Думаю о том, что родители тоже могут учиться у детей. Понятно, что речь не про арифметические действия или правила поведения. Уже 11 лет я очень плотно взаимодействую я детьми. За это время со мной играли, сочиняли новые сказки, изобретали, пели, выступали в спектаклях более 500 детей. И я поняла, что каждый из них живет жизнь.
Нам, взрослым, это кажется понятным. Мы про взрослую жизнь уже всё поняли. Каждый день ответственность. Каждый день воспитание детей. Тревоги. Работа и быт. Один день может быть похож на другой, словно под копирку. Мы это зовем жизнью. Но дети воспринимают жизнь по-другому. Потому что в их мире существует игра. Я не призываю родителей учиться у детей игре, но в ней есть один важнейший компонент, который можно взять в свою взрослую жизнь. И закрепить.
Игра — это серьезный психологический тренинг, с которым не каждый взрослый справляется. Пока мы были детьми мы проходили его раз за разом. Но — сейчас я выскажу, возможно, революционную мысль — никто из наз не обязан после психологического тренинга изменять свою жизнь. Даже после инсайтов на психологических тренингах мы не обязаны становится другими, более прокачанными людьми. Поэтому не все психологические уроки своего детства мы забрали с собой во взрослую жизнь. Особенно, если это касается игрового мира.
Самоанализ или игра?
Игровой мир одновременно похож на наш, но является другим. Дети в нем часто проживают то, с чем не справляются в реальности. Взрослые за тем же самым могут ходить к друзьям или психологам, потому что у нас уже хорошо развит внутренний диалог и способность к самоанализу. Дети еще не умеют анализировать, но зато они играют. И отыгрывают сложные моменты реальности в игровом мире.
Сравнивая игру и самоанализ, я отдаю предпочтение игре. Она вскрывает огромный, экзистенциальный пласт человеческой жизни, который мы не всегда можем заметить, анализируя свою жизнь на кушетке психолога. Пласт, который видит перед собой играющий ребенок. А все дело в том, что игра конечна. Она может длится час, два, три, но она обязательно закончится. И персонаж, которого играет ребенок, перестанет существовать. От этого понимания у меня всегда бегут мурашки и волосы на затылке шевелятся.
Вчера в живой игре в игровом клубе в Воронеже я играла жрицу богини Артемиды. Игра длилась всего один час. И больше жрицы нет. Она исчезла из этого мира. Ее жизнь длилась всего один час. И от меня зависело, как пройдет ее жизнь. Сможет ли она помочь спасти Трою или будет заперта в своем храме и стенать в течение этого часа. Да, конечно, в течение этого часа мы прожили несколько дней Троянской войны, но жизнь моего персонажа была ограничена этим самым часом. Как и жизни других персонажей, созданных другими игроками.
Все пройдет! А делать-то что?
Игра детей — это живая демонстрация конечности жизни. И пусть мы не можем ничего с этим сделать, но мы, и взрослые, и дети, остаемся в свободном выборе — как мы проведем эту жизнь, чем ее наполним и как будем вспоминать.
Я знаю многих людей, которые посмеиваются, глядя как дети играют в волшебников или рыцарей. Это может выглядеть смешно снаружи: палки вместо мечей, тряпки на плечах, а не плащи, «как будто меня не видно» вместо реальной невидимости. Но внутри игры это целая жизнь, которая закончится, когда мастер игры произнесет «Стоп игра!» Каждую игру я остро чувствую, что только от меня зависит, как проживет свою маленькую жизнь мой персонаж.
Вы читаете капитана игры Светлану Матвееву. Я не призываю вас играть с детьми: я готова это делать за вас. Чем и занимаюсь очно в Воронеже и семейных лагерях и онлайн. Я подсвечиваю глубину детской игры, чтобы взрослые и дети были ближе друг к другу. Ставьте лайк и подписывайтесь.
Мой ТГ-канал, где я веду игровые новости для детей.