Найти в Дзене

«Дурной глаз»: мистика, классовая месть и медленная отрава совести / Nocebo, 2022

Кристин — известный модельер, успешная, утончённая, живущая в холодной лондонской роскоши. Всё рушится, когда она заболевает странным недугом, который не могут объяснить врачи.
На помощь приезжает Диана — филиппинская сиделка с мягкой улыбкой и странными обрядами. Она обещает исцелить хозяйку… но с каждым ритуалом становится всё очевиднее: исцеление — лишь маска, за которой скрывается нечто гораздо темнее.
История балансирует между мистикой и социальной драмой, постепенно превращаясь из рассказа о болезни — в притчу о вине и возмездии. «Дурной глаз» — тот редкий случай, когда хоррор и социальный комментарий переплетаются почти идеально.
Фильм начинается как психологический триллер о женщине, зажатой между тревогой и болезнью, но быстро оборачивается метафорой — о колониализме, о классовом неравенстве, о той самой «цивилизованной» Европе, которая предпочитает не замечать, на чьих плечах стоит её комфорт. Ева Грин здесь не просто актриса — она сама как часть визуального языка фильм
Оглавление

Краткое содержание

Кристин — известный модельер, успешная, утончённая, живущая в холодной лондонской роскоши. Всё рушится, когда она заболевает странным недугом, который не могут объяснить врачи.

На помощь приезжает Диана — филиппинская сиделка с мягкой улыбкой и странными обрядами. Она обещает исцелить хозяйку… но с каждым ритуалом становится всё очевиднее: исцеление — лишь маска, за которой скрывается нечто гораздо темнее.

История балансирует между мистикой и социальной драмой, постепенно превращаясь из рассказа о болезни — в притчу о вине и возмездии.

-2

Мнение

«Дурной глаз» — тот редкий случай, когда хоррор и социальный комментарий переплетаются почти идеально.
Фильм начинается как психологический триллер о женщине, зажатой между тревогой и болезнью, но быстро оборачивается метафорой — о колониализме, о классовом неравенстве, о той самой «цивилизованной» Европе, которая предпочитает не замечать, на чьих плечах стоит её комфорт.

Ева Грин здесь не просто актриса — она сама как часть визуального языка фильма. Хрупкая, нервная, с болезненным блеском в глазах, она будто всё время балансирует между реальностью и безумием. Смотреть, как её героиня медленно распадается — физически, морально, эмоционально — завораживает. И да, приятно видеть, что даже в образе женщины, потерявшей контроль, Грин остаётся мощной, почти ведьминской фигурой.

-3

Филиппинка — абсолютное открытие. В её спокойствии есть угроза, в улыбке — отчаяние, а в каждом обряде чувствуется не просто суеверие, а вековая боль. Между ней и Грин — электричество, но не эротическое, а почти духовное: столкновение двух миров, двух историй, двух справедливостей.

Что особенно впечатляет — визуальный и звуковой слой. Режиссёр Джо Кларк и оператор Радек Ладчук (тот самый, что работал над «Бабадук») создают настоящий кошмар наяву: всё медленно, вязко, будто камера сама заражена болезнью. Свет тускнеет, цвета гаснут, и даже обыденные сцены выглядят тревожно.

-4



Шепоты, насекомые, тиканье часов, дыхание — всё работает на одно: заставить тебя почувствовать физический дискомфорт.

Да, сюжет читается раньше, чем хотелось бы. И да, финал не то чтобы поражает — он просто логичен. Но этот фильм не про «кто виноват». Он про то, почему мы предпочитаем не видеть. И здесь ужасы становятся не фантастикой, а отражением реальности — тихой, но страшной.

-5

«Дурной глаз» — это не про проклятие. Это про карму, замаскированную под фольклор. Про то, как боль одной страны прорастает в теле другой. И, пожалуй, про то, что иногда болезни приходят не снаружи, а изнутри — из чувства вины, которое слишком долго пытались не замечать.

Итог

«Дурной глаз» — это медленный, завораживающий хоррор с идеальной Евой Грин и смыслом, который не отпускает после титров.
Он может показаться затянутым, но его сила — в атмосфере и подспудной злости.
Фильм, после которого хочется выключить свет и посидеть молча — не потому что страшно, а потому что стыдно.

-6