Продолжение…
Весна, оказывается, всё-таки вновь обостряет мечты. Дочка говорит:
— Мама, сколько можно варить борщ для одной себя? Найди кого-нибудь, хоть для пеших прогулок и кино!
Сказано — сделано. Села вечером за компьютер. Открыла «тот самый» сайт (какая назойливая реклама!). Слегка дрожащими пальцами вновь ввожу имя, ставлю свою фотографию — ту, где на даче с радостным лицом и кошкой на руках.
Пишу о себе: «Люблю садоводство, театр, готовить на всю семью и смотреть хорошие фильмы под дождём». Смешно вышло? Наверное. Зато сразу три отклика — и ещё не прошло и часа.
От волнения забыла взять даже очки. Читаю:
— «Добрый вечер! Вы очень обаятельны!»
— «Что любите готовить? Я холостяк, был бы рад попробовать!»
— «Привет. Просто хочу познакомиться»…
Вот так начинается новая глава. Старые друзья обзавелись дачами, внуками, а ты — о, мамочки! — опять пытаешься сделать робкий шаг в совершенно другое море.
Моя вторая весна
Пальцы… Дрожали! Никак не ожидала, что так непросто будет просто — нажать на “ответить”. Всё свои. Комната, старая лампа, зелёная чашка с облупившейся ручкой — а сердце будто стучит где-то у ушей. И вспотевшие ладони — будто я не на сайте, а на экзамене.
“Здравствуйте, Ольга… Можно познакомиться?” — написал Виктор. На фотографии — мужчина в светлой рубашке, с умными глазами. Пенсионер, но выглядит моложаво, с собакой на руках. Улыбка усталая — но искренняя.
Я долго разглядывала его фотографию. Потом перечитала профиль... Любит сад, читает книги — и в “Знаниях” (это там раздел был, новенькое что-то, но посмотреть любопытно) отвечал на что-то за здоровье. Значит, не глупый, не забулдыга.
Переписка шла осторожно. Каждый вопрос — как по минному полю. Виктор живёт в сорока километрах, жену потерял много лет назад, сын в Москве, а дочь — «недалеко, но редко видимся». Тоже огорчился, что старое кружит в голове, не отпускает…
Меня словно тянуло к реальности: дождик барабанит, в кастрюле что-то сбежало... А внутри — неутихающая тревога и какая-то дерзкая радость. Оказывается, я снова кому-то интересна! Захотелось и платье надеть, и волосы покрутить на бигуди, как бывало раньше.
— Может, встретимся в субботу? — написал Виктор.
— Не знаю… — Ответила я сразу, но тут же чуть пожалела. Боязно, глупо… А вдруг обманет? Ведь сейчас такое творится.
— Я могу в парк приехать, при всех... возьму собаку.
— Собаку? — рассмеялась я сквозь страх, представив, как весело будет ругать его Сема за то, что прыгнет на лавку.
Суббота — звучала и страшно, и радостно одновременно.
Всю ночь ворочалась. Вспоминала — как молодой муж в юности ждал меня у библиотеки, как быстро промелькнула жизнь... Как теперь незнакомый человек — попросит встречу на скамейке в парке, с собакой.
Вышла в субботу раньше, чем надо. Серое небо, жёлтые листья. Сердце часто колотится.
— Ну вот, дожила! — сказала себе, и чуть не рассмеялась.
Виктор пришёл первым. Высокий, чуть сутулый, одет аккуратно. Собака — чёрная, лохматая, вела себя обалдевше, как ребёнок. Виктор посмотрел на меня — прямо, но не нагло. Пожал руку.
— Ольга?
— Да, здравствуйте…
— Как добрались?
— На автобусе. Я часто гуляю в этом парке…
Сели на скамейку, вокруг кто-то кормил голубей. Собака виляет хвостом у его ног и, кажется, одобрительно на меня косилась.
— Как у вас дела? Не боитесь знакомиться так? — спросил он вдруг, немного застенчиво.
Я ответила — честно, как есть:
— Боюсь. Но, знаете, больше боюсь — не попробовать.
…Разговор шёл легко. Он рассказывал про дачу, про то, как однажды заблудился на грибах, про смешную внучку, которая никак не выговаривает букву “р”. Я смеялась — впервые за долгое время по-настоящему.
Глянула на часы — полтора часа пролетели, будто миг. Решила сама, вдруг удивлённо для себя:
— Давайте повторим? Через неделю.
Он улыбнулся, как мальчишка.
Иногда всё начинается с самого простого — с обычного “здравствуйте” и чёрной собаки на поводке.
После той встречи, необыкновенно простой и тёплой, я возвращалась домой будто на крыльях. Всё казалось другим — даже облезлый подъезд улыбался своими потертыми перилами, а сквозняк на лестничной площадке уже не раздражал, а щекотал щеки, как в детстве.
Всю дорогу мысленно перебирала детали… Его руки — тёплые, крепкие, будто у мужчины, знающего труд; взгляд — внимательный, такой, как редко встретишь у людей нашего возраста; и эта собака, что уткнулась во мне мордой, как бы принимая в свой круг маленькой стаи.
— Ольга, хватит уже фантазировать, — одёрнула себя я, стоя у зеркала и снимая шарф. — Какая вторая весна? Какая "новая жизнь"? Смешно ведь…
Но… всё казалось возможным. Разве не этого ждала долгими вечерами — чтобы снова почувствовать себя нужной, интересной, любимой, может?..
Целую неделю жила предвкушением: выбирала платье (пусть и знала, что всё равно надену то же самое), перебирала платочки, даже кремом для рук не поленилась намазаться. “Надо же, стараюсь, будто девчонка...”, — удивлялась сама себе и тихонько смеялась.
Прошла неделя — ничего.
Понедельник — тоже.
Я решила, он просто стесняется…
Но вот уже четверг — а Виктор не звонит.
Досталась мне — телефонистка! С утра проверила телефон: всё ли работает? Может, пропустила? Нет… Абонент вне зоны действия. Вон оно как…
Почти обиделась. Хотелось — выговориться, но никого нет… Подруге Елене звонить? Та засмеётся, скажет: “Смотри, опять влюбилась!” Дочьке? Да разве расскажешь такое — засмеёт по-доброму, конечно, но ведь и не поймёт.
Я ходила кругами по комнате, мяла в руках старую газету, потом вдруг решила — покрасить волосы. Вот вам и свобода: когда переживаешь, всегда хочется что-то менять, хоть немножко! Краска запахла аммиаком так, что из глаз полились слёзы — и даже не поймёшь, от чего именно… то ли от запаха, то ли от горечи.
“Вот я глупая курица… Старуха с дурными мыслями. Размечталась — и куда тебя несёт? А если он не напишет больше? А если и вовсе забыл имя моё, или — хуже! — с кем-то другим встретился… Смешная, правда…”
Поймала себя на смешных страхах.
Опрокинулась на диван, уткнулась в подушку. Вдруг вспомнилось, как в юности влюблялась: тоже боялась, что не позвонит, не придёт… Столько всего прожито — а всё тот же ком внутри.
Телефон молчал. Ни писка, ни вибрации.
…Вышла вечером на кухню, налила чай, посмотрела в окно на мокрый асфальт.
— Ну вот, Олюшко, вторая весна твоя где-то там — а ты здесь, с заваркой да печеньями. Ай, дурында…
На всякий случай посмотрела в почту, зашла на сайт знакомств: вдруг написал? Нет, пусто… Последняя фраза от него — “Давайте повторим — через неделю”.
И вдруг было страшно и больно — потому что только-только начала верить, что всё возможно.
— Глупая я всё-таки. Сколько лет прожито, а всё о том же мечтаю…
И всё равно, как ни старалась, не могла удержаться от мысли: “Вдруг всё-таки он позвонит завтра?..”
Продолжаем дальше....
А звонок всё-таки прозвучал. Именно тогда, когда я уже смирилась — почти даже перестала ждать до боли, отчаяния, до судорог в горле. Просто сидела у окна, глядя, как солнце медленно уходит за дом напротив, и всё вокруг наполняется этим густым оранжевым светом, в котором невидно ни одной мелкой пылинки, только всполохи, только тихая печаль.
— Алло? — даже испугалась — давно никто не звонил, кроме Коленьки-соседа: “Ольга Павловна, вы дома? Ключи от подвала не видели?” Не тот голос, не те интонации.
Но тут — тот самый, чужой и до боли знакомый.
— Ольга? Здравствуйте… Это Виктор. Простите, что не давал о себе знать…
— Ой… — я только и смогла выдохнуть. В голове мелькнула глупая мысль: какая у тебя прическа сейчас? Не слишком ли растрёпана? Глупо, ведь по телефону!
А сердце грохотало. Вот уж, правда, — “размечталась”!
Смех у него был неловкий, застенчивый… Честный такой.
— Извините. Вот только выбрался снова в город… У меня дача, тут связи — сами понимаете.
— Ой, ничего, я же… Я тоже на даче бываю! Только редко.
— Я думал о Вас всё это время, правда — всё боялся, что уже не захотите встретиться…
И тут меня пробило — на слёзы, на смех, на облегчение.
Вот и всё! Всё было просто: у человека действительно не было связи, не было никакой обиды, отсутствия интереса… Всё эти дни он работал в саду, ковырялся с заборами и клубникой, вспоминая “женщину-ангела”, как он меня потом назвал.
Мы болтали долго. Про всё — про новый урожай, про собаку, про то, как с возрастом начинаешь замечать каждую мелочь: как пахнет майский вечер, как влажно в огороде после грозы, как остались на руках следы от работы с землёй.
Я рассказывала, как рассердилась на свой старый чайник — опять прокапывает, ничего не меняется, а так хочется перемен!
Он смеялся:
— Поменять бы и себя — да только не знаем на что!
В какой-то момент стало так легко, будто снова январь, и мы с подругой катимся на санках с горки.
— Так что, — робко спросил он к концу разговора, — может, всё-таки встретимся ещё?
Я сглотнула… снова дрожь в руках, глупая дрожь, а во рту сухо.
— Конечно, — сказала я. — С удовольствием! Только… в этот раз, давайте не теряться?
— Обещаю! Даже если заеду к себе на дачу — буду караулить мобильную связь на крыше сарая!
Я рассмеялась — звонко, с облегчением…
Продолжаем дальше....