22:07.
Тишина.
Все спят.
А я стою на кухне, босиком, в тьме, перед холодильником, как перед алтарём искушения. Он светится изнутри белым холодным светом — как будто специально подсвечивает все мои слабости.
Йогурт. Кефир. Сыр.
И та самая колбаса, которую я оставил “на завтра”, но она явно думает иначе. — Ну здравствуй, — шепчу я.
Холодильник отвечает тишиной, но я чувствую — он рад. — Я не голодный, — говорю я. — Просто... ну, захотелось.
— Тебе не захотелось, — будто бы отвечает он. — Тебе тревожно. Вот за это я его и ненавижу — за то, что он всегда прав. Иногда кажется, что диабет — это не болезнь, а образ жизни, где холодильник становится главным психологом.
Я не иду к нему, чтобы поесть.
Я иду поговорить. Стою, думаю: “Если выпить кефир — это ведь не еда? Это кальций, белок, профилактика.”
“А если туда добавить немного творога — всё равно безопасно.”
“А вот кусочек колбасы — чисто для вкуса. Глюкометр же не узнает?” Глюкометр, кстати, лежит на столе и молчит.
Но я чувствую его взгл