Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Самолет «BAC One-Eleven» авиакомпании «LACSA», замер у терминала аэропорта имени Хуана Сантамарии. Пассажиры быстро покидали салон. Среди них была и небольшая группа журналистов, легко миновавшая лабиринты формальностей и окунувшаяся в шумный хаос просторного зала ожидания. Найдя убежище в маленьком кафе, они устроились за столиком с чашками кофе, и между ними завязался тихий, деловой разговор.
Грегори вопросительно взглянул на Андрея: «Когда пойдешь звонить?»
Тот лишь улыбнулся в ответ: миссия уже была выполнена, звонок в Гондурас сделан из многоголосого пресс-центра отеля. Полковник Бермудес, их таинственный контакт, должен был навестить их с наступлением сумерек. Легкая ирония Андрея развеяла сомнения Грегори о наличии мест в отеле «Honduras Maya» — Гондурас в одночасье не стал меккой для туристов. Спокойствие Мари, призывавшей допить кофе, было подобно тихой гавани перед новым витком их опасного путешествия.
Перелет в Тегусигальпу и посадка в аэропорту Тонконтин, словно испытание на прочность. Лайнер, сделав над городом резкий, почти судорожный разворот, на мгновение открыл в иллюминаторах потрясающую панораму: город, словно оправа из холмов, с узкими улочками и домиками, карабкающимися по склонам под темнеющей черепицей. Сама посадка была на грани возможного — салон замер в гробовой тишине, прерываемой лишь скрипом сжимаемых подлокотников и беззвучными молитвами. Оглушительный удар шасси о бетон, пронзительный рев двигателей, тормозящих на краю слишком короткой полосы, упирающейся в жилые дома… Лишь когда самолет окончательно замер, нервное напряжение сменилось всеобщим облегчением. Пассажиры спешно покидали борт, будто бежали от самого воспоминания об этом опасном месте.
«Здесь есть другие аэропорты?» — с надеждой поинтересовался Уин. Мари, взяв под руку молчаливого товарища, пояснила, что другие есть, но все они далеко от столицы. Мысль о том, что частые визиты в этот регион могут стать необходимостью, заставила Уина с тревогой вздохнуть: «Никаких нервов не хватит».
Покинув аэропорт, такси несло их по улицам Тегусигальпы, где жизнь текла своим неспешным, почти сонным ритмом, под ленивым присмотром военных патрулей. Отель «Honduras Maya» встретил прохладой и тишиной холла. После размещения в номерах, прерванного лишь вечным стремлением Молчуна «пожрать», группа, отложив визит к загадочному капитану, решила подкрепиться. Местом сбора была назначена веранда второго этажа через двадцать минут.
*****
Вечер разливал по небу багрянец, когда журналисты поднялись на крышу отеля. Атмосфера ресторана, с безупречными официантами в бабочках и белых перчатках, была разительным контрастом с тем, что творилось за его пределами. Они расположились под большим тряпичным зонтом, заказав бутылку темного рома «Flor de Cana» и кофе. Первый глоток крепкого напитка был как ритуальный жест, переход от дорожной суеты к предстоящему разговору.
Их уединение вскоре было нарушено. Сначала появилась тень охраны — трое молодых людей в военной форме, бегло осмотревших пространство. А затем и сам полковник Бермудес, воплощение латиноамериканской тайны в песочной форме, с сигарой в руке и дымчатыми очками, скрывающими взгляд. Его появление было обставлено с почти театральной точностью.
Обменявшись крепкими рукопожатиями и пополнив стол бокалом для гостя, журналисты перешли к сути. Андрей, глядя на полковника, прямо спросил о напряжении в Манагуа и концентрации сил «контрас» у границы. Бермудес ответил с улыбкой, уходя от прямого ответа в рассуждения о слухах и природе дезинформации. Однако под давлением вопросов, особенно от проницательного Грегори, тактика полковника прояснилась. Это была изнурительная игра нервами: постоянная демонстрация силы у границы должна была сначала напрячь сандинистов, а затем, когда ничего не происходит, — усыпить их бдительность. «И вот в такой момент, — намекнул Бермудес, — будет нанесен удар».
Разговор коснулся и сил «контрас». Цифры, названные полковником, были размыты — от трех до шести тысяч, с потенциалом до пятнадцати. Главным камнем преткновения были не люди, а деньги. Даже увеличенная помощь от администрации Рейгана, как он признался с театральным вздохом, была недостаточна. Проблемой было даже оружие: устаревшие винтовки от армии Гондураса проигрывали надежным «Калашниковым», которые к тому же позволяли пополнять боезапас за счет противника.
Их военно-политическая беседа прервалась с появлением еды. Молчун, с удовольствием потирая руки перед тарелкой с мясом «Carne Asada», предложил традицию — насладиться пищей, отложив насущные вопросы. Бермудес с улыбкой поддержал его. И под огненным небом гондурасской ночи, за столом, ломящимся от еды и рома, опасные тайны и планы войн на время отступили перед простым человеческим ритуалом совместной трапезы.
Полную версию читайте на Boosty, подписка платная всего 100 рублей месяц.