Предыдущая часть:
Дома она зашла в ванную комнату, включила яркую лампу над зеркалом – ту, которую они обычно не зажигали, чтобы не видеть лишнего. Яркий белый свет высветил все морщинки вокруг глаз, следы хронической усталости от бесконечных ночных смен и вообще от последних пяти лет напряженной жизни. Конечно, рядом с выспавшейся и неработающей соседкой, которая может позволить себе полный уход и отдых, Маргарита выглядела явно проигравшей в этом сравнении.
На следующий день у нее стояла дневная смена в парке. Она оставила Леру дома – дочь уже вполне справлялась сама в светлое время суток, могла поесть и поиграть. Отработала день, не отрываясь от тяжелых мыслей о том, что творится в их семейной жизни и как все это исправить. А потом снова пришла ночная смена. Маргарита отвезла Леру в школу утром, забрала после уроков, но Максим так и не объявился дома. На звонки по-прежнему не отвечал ни разу. А Лера вернулась из школы вся в слезах, еле сдерживая рыдания и утирая лицо рукавом.
– Мам, почему мы такие бедные по сравнению с другими? – выпалила она, уткнувшись в мамино плечо и всхлипывая. – В школе готовят большой спектакль, я могла бы спеть в хоре с девочками, но для этого нужно купить специальное платье. Ты точно не сможешь найти такие деньги.
– Это кто тебе сказал, что мы бедные? – удивилась Маргарита, обнимая дочь крепче и гладя по спине. – Давай разберемся подробно, кто там такие слова разбрасывает направо и налево.
– Ирина Олеговна, наша классная руководительница, – покраснела Лера, вытирая слезы и шмыгая носом.
Маргарита заглянула в родительский чат на телефоне – там уже полным ходом шли жаркие споры и перепалки. Такое заявление от учительницы она слышала впервые в жизни. Набрала номер Ирины Олеговны, та ответила почти сразу, голос деловой и спокойный.
– Да, Маргарита Алексеевна, что-то случилось у вас? – спросила она без особого беспокойства.
– Вы на самом деле сказали моей дочери, что она нищая и не может участвовать? – поинтересовалась Маргарита, стараясь держать голос ровным, хотя внутри все кипело от гнева. – Хотелось бы понять, как это вообще укладывается в рамки педагогической этики.
– Лера, наверное, все сильно преувеличила в своих словах, – отозвалась Ирина Олеговна без тени вины. – Я просто отметила, что такое платье ей не по карману, и ничего больше не имела в виду.
– Прекрасно, просто замечательно, – не скрывая раздражения, ответила Маргарита. – А может, я сама буду решать, что нам по карману, а что нет, без ваших советов?
– Роли в спектакле уже все распределены между детьми, – усмехнулась та в трубку, и это было слышно. – Боюсь, даже если платье волшебным образом появится, это ничего не изменит в ситуации.
– Вот как, ну ладно, мы еще посмотрим на все это повнимательнее, – отрезала Маргарита твердо. – А на вас я обязательно напишу жалобу в дирекцию школы.
– Ой, пишите на здоровье, сколько угодно, – фыркнула Ирина Олеговна с явным сарказмом. – Думаете, руководство не в курсе, что ваша дочь учится здесь только благодаря квоте из-за местной прописки?
Маргарита сбросила звонок, фыркнув от злости и бессилия. Снобизм в этом поселке всегда зашкаливал за все разумные пределы, а теперь даже учителя позволяли себе такие выпады, что руки чесались устроить настоящий скандал с разборками. Она нашла в чате ссылку на платье для хора, заказала его онлайн без раздумий – цена повернула в шок за простой кусок капрона с тюлью и блестками, но делать было нечего. Слезы Леры в таком количестве Маргарита просто не могла выносить, это разбивало ей сердце.
Впрочем, в родительском чате битва за роли в школьном спектакле уже подходила к своему логическому концу. Маргарита влезла в разговор под самый финал, попыталась отстоять права дочери, но ее быстро вышвырнули оттуда, как ненужный и нежелательный элемент.
– Почему Леру Лисину не взяли в спектакль вообще? – написала она в чат.
– Потому что ни платья у вас нормального нет, ни таланта особого у ребенка, – ответила одна из мамаш без зазрения совести. – Вашу девочку вообще пора в коррекционный класс переводить, она программу еле тянет.
– Вы о чем вообще говорите? – возмутилась Маргарита в ответ, пальцы летали по клавиатуре. – Моя дочь отличница в классе, а ваша даже простое стихотворение в три строчки не может запомнить.
– Зато ее отец оплатил все декорации к спектаклю из своего кармана, – парировала та мгновенно. – Поэтому моя дочь играет главную роль. А вы хоть раз за что-то в классе платили добровольно? Если нет, то и разговор с вами окончен навсегда.
После этого Маргариту заблокировали еще и в общем чате класса для родителей. Она нервно рассмеялась про себя, качая головой – ну и богачи пошли, никакой критики не переносят, сразу в бан.
– Лера, я уже заказала то платье для тебя, – виновато заглянула она в комнату дочери вечером, когда та сидела за уроками. – Жаль, конечно, что в спектакле все места уже заняты другими детьми, но...
– Ничего страшного, мам, правда, – хитро улыбнулась Лера, вытирая последние следы слез и стараясь выглядеть бодрой. – Зато у меня теперь платье будет намного круче, чем у Поли и Вики, тех самых задиристых выскочек. Приду в нем в школу на какой-нибудь праздник – они свои надевать перестанут, точно вам говорю.
– Ах ты моя маленькая хитрая лиса! – рассмеялась Маргарита от души, целуя дочь в макушку и обнимая крепко. – Решила их так проучить и поставить на место, да?
– А то, пусть знают, что и мы можем себе такое позволить без проблем, – рассердилась Лера по-настоящему, сжимая кулачки. – Надоело уже, что они все время задирают нос и издеваются.
Маргарита улыбнулась и набрала номер няни, чтобы та приехала. Валерия с Матвеем вскоре подъехали на своей машине. Потом Маргарита позвонила в парк, чтобы узнать, кто из водителей сейчас недалеко от их дома и может забрать ее на смену. Сегодня дежурила не Алиса, а Нина, ее коллега.
– Слушай, с машинами вообще полный завал, половина в ремонте стоит на приколе, – вздохнула Нина в трубку с усталостью. – Поедешь с новеньким, Артемом-Невезухой, ничего против не имеешь?
– Со смехом переспросила Маргарита, пытаясь разрядить ситуацию. – Ладно, присылай его, какая в конце концов разница.
– Не говори так заранее, он сегодня уже два раза на ремонт вставал по дороге, – рассмеялась Нина в ответ. – Утром, представляешь себе, глушитель где-то потерял на трассе. Некоторым точно не стоит за руль садиться по жизни.
Через полчаса у дома притормозило такси, оглушительно чихнуло мотором и выпустило густое облако черного дыма из выхлопной трубы. Маргарита вздохнула тяжело – машина выглядела так, будто еле держится на ходу и требует капитального ремонта, но водитель внутри радостно помахал ей рукой через стекло. Пришлось идти навстречу и садиться в салон.
– Привет, я Маргарита, диспетчер на сегодняшней смене, – представилась она, устраиваясь на заднем сиденье.
– Артем, – кивнул он в ответ, глядя в зеркало. – Прозвище мое вы, наверное, уже слышали от ребят в парке.
– Как вас вообще занесло в наше такси, в эту обитель больших денег и роскоши, как шутят? – улыбнулась Маргарита, чтобы снять неловкость и начать разговор.
– Да как-то само собой все сложилось неожиданно, – улыбнулся Артем в ответ, заводя мотор с трудом. – По образованию я инженер-буровик, довольно неплохой специалист в своей области, но с детства мечтал руль крутить и дороги бороздить. Хотел стать дальнобойщиком, объездить страну, не сложилось по жизни. А год назад жена меня бросила – мы в Дубае по контракту работали, ну, она там больше отдыхала и развлекалась, чем я вкалывал. Нашла себе роман с моим начальником на стороне. Контракт закончился, его не продлили из-за меня, развод оформили быстро и без лишних слов.
– А коллеги в парке болтают, что вы бывший пианист, – заметила Маргарита с любопытством.
– Это я музыкальную школу в юности окончил с отличием, даже пару местных конкурсов выиграл тогда, – пояснил Артем с теплой улыбкой воспоминаний. – Кто-то, видно, до сих пор помнит те времена. Вернулся в родной город недавно, от деда дом достался в наследство и машина старенькая в гараже – новая фактически, тридцать лет простояла без движения. Дед по приискам мотался всю жизнь, геологом был, потом золотодобычей занялся на пенсии, а на авто почти не ездил. Жигули-шестерка, понимаете ли, в такси с такой сейчас неловко появляться перед клиентами.
– Ясно все с вашей историей, – кивнула Маргарита, слушая внимательно. – А я сюда переехала, когда замуж вышла за Максима. Муж в нашем районе служил тогда, на танцах в клубе познакомились случайно. Я колледж на делопроизводителя закончила, а теперь уже шесть лет в такси диспетчером работаю без перерыва.
Артем сразу понравился Маргарите своей манерой общения – спокойный, рассудительный мужчина лет тридцати пяти, не красавец в классическом смысле, но с интеллигентной внешностью, в тонких очках с металлической оправой, с ухоженными и красивыми руками. И все же в нем сквозила какая-то внутренняя надломленность, будто груз недавних неудач и потерь все еще давил на плечи и не отпускал.
Он довез ее прямо до вагончика диспетчерской, а не высадил у ворот парка, как делали многие другие водители. Потом печально поплелся в сторону механиков с поникшими плечами. У Маргариты даже сердце сжалось от жалости – новичку достался настоящий автохлам, почти раритет из музея, который еле ползет. Шутки коллег зашли слишком далеко в своей жестокости, и ей стало стыдно за такое отношение к человеку.
Артем стоически переносил все эти подколы и неудачи судьбы, с каким-то даже изяществом и достоинством. Маргарита сменила Нину за рабочим столом в диспетчерской. Коллега еще поболтала о делах на смене, пожаловалась на старый компьютер, который вечно виснет, требует перезагрузки и мешает нормальной работе.
– Нин, а почему Артему нормальную машину не выделили из тех, что получше? – спросила Маргарита с интересом. – Мы же без водителей сидим практически, людей не хватает.
– Сама не понимаю до конца, – надулась Нина обиженно, скрестив руки. – Сергеевич его почему-то невзлюбил с первого взгляда, велел хороших заказов и машин не давать вообще. У меня сложилось впечатление, что он Артема лично терпеть не может по какой-то причине.
– Интересно, за что бы это вдруг? – задумчиво произнесла Маргарита, хмуря брови. – Завтра, пожалуй, останусь на летучку после смены, послушаю, что наш шеф там вещать будет всем подряд.
– Ой, мы точно без работы останемся в ближайшее время, – вздохнула Нина трагично, закатывая глаза. – Алиса явно метит на весь парк целиком, сегодня Сергеевичу напела в уши, что вместо нас можно студенток набрать подешевле и помоложе.
– Да он свою выгоду всегда просчитает наперед, не переживай зря, – отмахнулась Маргарита уверенно. – Сколько у него таких Алис за мои шесть лет сменилось? Десять наберется легко, а мы все на месте и работаем дальше.
– Он Нине кольцо купил дорогое, в ЗАГС собрались подавать заявление, – прошептала Нина с ужасом в голосе. – Представляешь себе такую картину?
– Да ладно, правда? – изумилась Маргарита, широко раскрыв глаза. – Сергеевич пал жертвой настоящих чувств и любви? Тогда да, стоит новое место работы присматривать потихоньку.
Они еще немного посплетничали о парке и коллегах, потом Нина собралась и уехала домой на своем авто. Маргарита надела гарнитуру поудобнее и принялась разбирать поток входящих заказов, которые не прекращались.
В три часа ночи она вышла на улицу с кружкой кофе подышать свежим воздухом и размяться, и через пару минут внизу снова затарахтела знакомая машина с характерным звуком. Маргарита перегнулась через перила балкончика – внизу стоял Артем с двумя картонными стаканчиками в руках и пакетом из ближайшего фастфуда с логотипом.
– Привез поесть что-нибудь горячее и кофе нормальный, не тот, что у вас в контейнере варится и воняет, – махнул он рукой вверх, улыбаясь. – Только боюсь, с этим всем грузом по лестнице один не взберусь, помоги, пожалуйста.
– Я сейчас спущусь и помогу, – улыбнулась Маргарита в ответ. – А можно прямо здесь на площадке устроиться? Телефон все равно услышу, если звонок поступит.
– Идеально подойдет, – кивнул Артем довольный. – Просто подумал, что вы там наверняка всю ночь голодные сидите без нормальной еды.
– Ой, давай уже на ты перейдем, без этих лишних церемоний и формальностей, – предложила Маргарита легко. – Мы же не на официальном приеме у королевы какой-нибудь.
– Договорились, на ты так на ты, – согласился он сразу. – Это моя благодарность тебе, кстати. Первая смена с нормальными заказами вышла наконец, даже заработал немного на жизнь. Почему у других диспетчеров по-другому всегда получается?
– У всех свои любимчики среди водителей водятся, это нормально, – улыбнулась она. – Я одна замужем из всех диспетчеров, так что романов на стороне и фаворитов у меня нет по определению. Хотя мой брак, похоже, скоро развалится окончательно.
– Разводишься, что ли, с мужем? – спросил Артем с искренним сочувствием в голосе, ставя стаканчики на перила. – Знаешь, когда моя жена ушла от меня, я думал, что жизнь полностью закончилась. А потом ничего, потихоньку выкарабкался из этой ямы и встал на ноги.
– Тебе хоть было куда податься после всего, – грустно ответила Маргарита, беря кофе. – У меня квартира в другом городе осталась, сестра там с тремя детьми, мамой, отчимом, бабушкой – все в двухкомнатной ютятся тесно. А здесь муж дом снимает за свои, даже прописка у нас временная на год.
– Из любой, даже самой запутанной ситуации выход найдется всегда, – попытался утешить Артем мягко. – Вот сама увидишь со временем, полегче станет постепенно. Иногда это как с ампутацией больной части – отрезаешь то, что уже не спасти и тянет вниз, и живешь дальше полной жизнью.
Маргарита удивилась такой яркой сравнительной аналогии, но все равно улыбнулась в ответ. Они еще немного поболтали о жизни и работе, потом звонки в гарнитуре возобновились с новой силой. Артем уехал на следующий заказ, а Маргарита продолжила принимать вызовы до утра.
Продолжение :