Вера щёлкала по объявлениям уже два часа подряд. Сидела на чужой кровати в посуточной квартире. Третья за месяц.
Телефон показывал восемь часов вечера. На счету двадцать три тысячи. Из них шестнадцать – на эту жалкую посуточку на следующие две недели. Остаётся семь. На еду, на связь, на проезд.
Она искала квартиру до пятнадцати тысяч. Дальше никак.
Позвонила по седьмому объявлению за день. Комната на Горках.
– Алло, добрый вечер. По объявлению звоню, комната ещё свободна?
– Свободна. Вы работаете где-нибудь? Официально?
Вера уже знала, что сейчас будет.
– Копирайтер. Фрилансер. Доход стабильный.
– А, фрилансер. Ага. Ну... знаете, я как раз буквально час назад сдала. Извините.
Гудки.
Восьмой отказ за два дня.
Вера откинулась на подушку. Закрыла глаза. Чужая постель. Чужой запах — стиральный порошок незнакомой марки. Две недели назад она спала в своей... Нет. В его. В его квартире. Всегда была его.
***
Олег стоял у двери с картонными коробками в руках.
– Вер, слушай. Мне... ну, в общем. Тебе нужно съезжать. Серьёзно.
Она смотрела на него. Восемнадцать лет вместе. Восемнадцать лет она думала, что это их квартира.
– Ты понимаешь, что ремонт мы делали на мои деньги?
– На свадебные. Подарки гостей. Это не твои деньги.
– Я вложила свои накопления! Сто пятьдесят тысяч!
Олег пожал плечами.
– Докажи. Чеки есть? Расписки?
Вера молчала.
– Вот именно. Квартира моя. Была до тебя, останется после. Настя беременна. Нам нужно жильё.
– Настя. Двадцать восемь лет. И ты.
– Да, я. И она. И ребёнок. А ты что? Бездетная. Без работы нормальной.
– У меня есть работа.
– Копирайтер. – Олег усмехнулся. – Статейки за копейки. Это не работа, Вера.
– У тебя два месяца. Собирайся.
Вера хотела крикнуть. Ударить. Что угодно. Но только стояла. Руки холодные. Во рту сухо. Смотрела на коробки и думала: как быстро восемнадцать лет помещаются в картон.
***
Первая посуточная квартира была на Ямашева. Две тысячи двести рублей в сутки. Шестьдесят шесть тысяч в месяц. Вера прикинула в уме. Её средний доход – двадцать восемь тысяч. В хороший месяц тридцать два.
На посуточках долго не протянешь.
Она открыла сайт с объявлениями. Долгосрочная аренда. Фильтр – до пятнадцати тысяч.
Девятнадцать объявлений. Смотрела фотографии. Гостинки. Комнаты. Подвалы. Жильё на окраинах, куда час добираться.
Позвонила по первому.
– Добрый день, квартира свободна?
– Да, а вы кто будете? Семья? Дети?
– Одна. Без детей. Работаю копирайтером.
– Копирайтером? А это что такое?
– Тексты пишу. Для сайтов, для рекламы.
– А, фрилансерша значит. Не, не пойдёт. Мне надо, чтоб человек с постоянным доходом был. Извините.
Вера положила трубку. Посмотрела в телефон. Восемнадцать объявлений осталось.
***
2007 год. Вера стояла перед зеркалом в белом платье. Простое. Скромное. Но своё.
Олег обнимал её со спины.
– Красавица моя.
– Олег, я так рада, что у тебя уже есть квартира. Хоть не надо снимать.
– Родители постарались. Хорошая однушка. Правда, старая. Ремонт лет двадцать не делали.
Вера повернулась к нему.
– А давай после свадьбы сделаем ремонт. На деньги, которые гости подарят.
– Серьёзно? Ты не хочешь их на что-то другое потратить?
– На что? У нас всё есть. Давай лучше квартиру обновим. Чтоб красиво было.
Олег поцеловал её.
– Ты у меня умница.
На свадьбе гости подарили четыреста тысяч. Вера добавила свои сто пятьдесят. Накопления за три года работы в газете.
Они сделали ремонт. Новая сантехника. Кухонный гарнитур. Ламинат. Обои. Всё новое. Всё красивое.
Вера смотрела на результат и думала: это наша квартира. Наша.
***
Вторая посуточная квартира была дешевле. Две тысячи рублей в сутки. На Азино. До центра полтора часа. Но выбирать не приходилось.
Вера считала деньги каждый день. Шестьдесят тысяч в месяц на жильё. Плюс еда. Самая дешёвая. Лапша быстрого приготовления. Каши. Хлеб. Плюс проезд. Плюс связь.
На счету оставалось двадцать восемь тысяч. Меньше чем на месяц.
Она открыла сайт с вакансиями. Искала хоть что-то постоянное. С официальным трудоустройством. Чтоб хозяева квартир не отказывали.
Менеджер по продажам. Зарплата двадцать пять тысяч. Требуется опыт. Нет опыта.
Администратор. Двадцать тысяч. График два через два. Ночные смены. В сорок шесть лет?
Продавец-консультант. Восемнадцать тысяч. Меньше, чем на фрилансе.
Вера закрыла сайт. Открыла рабочую почту. Три новых заказа. Тысяча пятьсот рублей за всё.
Карточки товаров для интернет-магазина постельного белья. Пятьсот рублей за десять штук. Текст для группы ВКонтакте — триста рублей. Описание услуг автосервиса — семьсот. Полтора дня работы.
Начала писать.
***
2015 год. Сокращение. Вера — в числе уволенных. Полгода поисков. Вакансий для журналистов нет.
– Вер, ты серьёзно собираешься статейки строчить за копейки? – спросил Олег.
– А что мне ещё делать?
Он пожал плечами. Вера открыла ноутбук. Статья про пользу витаминов для иммунитета. Триста рублей.
***
Третья посуточная квартира была на Горках. Две тысячи сто рублей в сутки. Вера переехала туда через две недели. На счету осталось двадцать три тысячи.
Она листала объявления. Нашла комнату за десять тысяч. На самой окраине. Фотографий не было. Только адрес и номер телефона.
Позвонила.
– Алло, это по поводу комнаты?
– Да, ещё свободна. Хотите посмотреть?
– Можно сегодня приехать?
– Приезжайте. Адрес записывайте.
Вера записала. Собралась. Поехала.
Ехала два часа. Автобус. Потом маршрутка. Потом ещё пешком двадцать минут.
Дом старый. Пятиэтажка. Панельная. Подъезд грязный. Почтовые ящики без дверок. Стены исписаны.
Вера поднялась на третий этаж. Позвонила в дверь.
Открыла женщина лет пятидесяти пяти. Полная. В домашнем халате.
– Вы по объявлению?
– Да. Можно посмотреть?
– Заходите.
Вера вошла. Прихожая маленькая. Обои отклеиваются. Пахнет сыростью.
Женщина провела её в комнату. Девять квадратных метров. Окно на стену соседнего дома. Кровать. Стол. Шкаф. В углу чёрная плесень.
– Шестнадцать тысяч в месяц. Коммунальные отдельно. Залог – два месяца. Деньги вперёд.
Вера считала в уме. Шестнадцать плюс шестнадцать плюс шестнадцать. Сорок восемь тысяч. У неё есть двадцать три.
– А можно залог один месяц?
Женщина покачала головой.
– Нет. Два. Так у всех.
– Понятно. А можно подумать?
– Думайте. Только быстро. Желающих много.
Вера вышла в прихожую. Женщина шла за ней.
– А вы где работаете?
– Копирайтер. Фрилансер.
– А это что такое?
– Тексты пишу. Удалённо.
Женщина задумалась.
– А доход какой?
– Двадцать восемь – тридцать два тысячи. В среднем.
– В среднем. – Женщина повторила. – А бывает меньше?
– Бывает. Но редко.
Женщина молчала. Смотрела на Веру. Оценивающе.
– А семья у вас есть? Муж?
– Нет. Разведена.
– Дети?
– Нет.
– Родственники в Казани?
– Нет.
Женщина снова помолчала. Потом сказала с фальшивым сожалением:
– Знаете, я подумала. Женщина в вашем возрасте, одна, копирайтер – это нестабильно. А вдруг заболеете, работу потеряете? Кто мне платить будет? Риск большой. Вы уж извините.
Вера стояла. Молчала. Что сказать?
Что она восемнадцать лет отдала мужу и осталась ни с чем?
Что просто хочет КРЫШУ?
Что готова жить в девяти метрах с плесенью – лишь бы не на посуточках?
Женщина открыла дверь.
– Ищите что-нибудь другое. Всего хорошего.
Вера вышла. Спустилась вниз. Вышла на улицу.
Села на остановке. Пальцы дрожали — открывала приложение банка. Четыре тысячи триста. Три ночи. Может, четыре, если не есть завтра. Горло сжало. Не плакать. Не здесь. Мимо прошла женщина с коляской. Обернулась. Вера опустила голову. Смотрела в телефон, пока та не скрылась за углом.
И только тогда заплакала.
Не громко. Тихо. От бессилия. От унижения. От отчаяния.
Женщина средних лет. Без работы – по мнению общества. Без семьи. Без денег. Без права на дешёвое жильё.
На остановке зазвонил телефон. Олег.
Вера сбросила. Через минуту — сообщение:
«Вер, ты где? Надо забрать свои вещи. Настя въезжает послезавтра».
Она заблокировала экран. Посмотрела на серое небо. Через два дня у Насти будет её... его... квартира с её ремонтом. А у неё — девять метров. Может быть.
***
2020 год. Вера готовила на кухне. Олег пришёл поздно. Пахло женскими духами.
– Где был?
– На корпоративе.
– Какой корпоратив в среду?
– День рождения коллеги.
Вера посмотрела на него.
– Олег, я не идиотка.
– Что ты имеешь в виду?
– У тебя кто-то есть?
Олег помолчал.
– Нет.
Вера не поверила. Но промолчала. Просто отвернулась.
***
Настоящее время. Октябрь 2024. Вера сняла комнату в гостинке. За шестнадцать тысяч. Девять квадратных метров. Плесень в углу. Туалет и душ – общие на этаже. Соседи шумные. Но хозяин согласился. Без вопросов. Деньги вперёд – и живи.
Она переехала с одной сумкой. Ноутбук. Одежда. Постельное бельё.
Комната пахла сыростью. Вера открыла окно. Села на кровать. Посмотрела вокруг.
Девять метров. Её личное пространство. Купленное за последние деньги.
Включила ноутбук. Открыла почту. Пять новых заказов. Четыре тысячи рублей за всё.
Начала работать.
***
Ноябрь 2024. Вера работала по двенадцать часов в сутки. Каждый день. Заказы находила сама. Искала постоянных клиентов. Выходила на прямые контакты. Без посредников. Без бирж.
Доход вырос. Тридцать восемь тысяч за месяц. Хватило на аренду, на еду, на коммунальные.
Она даже отложила три тысячи.
Позвонил Олег.
– Вер, привет. Как ты?
– Нормально.
– Слушай, я тут подумал. Может, дашь пожить у тебя? Временно. Я помогу с арендой.
Вера молчала. Смотрела на девять метров. На плесень. На общий туалет в коридоре.
– Что случилось?
– Да я продал свою квартиру. Вложил деньги в трёшку для Насти. Для неё, для мамы её и для дочки. Думал, заживём. А там ад, Вер. Тёща командует. Настя истерит. Ребёнок орёт. Не выдержал. Съехал.
– И где ты сейчас?
– У друга угол снимаю. А ипотеку плачу. Шестьдесят тысяч в месяц. Денег не хватает.
– Понятно.
– Ну так что? Дашь пожить?
Вера посмотрела на кровать. На стол. На шкаф. Девять метров.
– Нет, Олег. Мне самой негде жить.
– Как это негде? Ты же где-то живёшь.
– В гостинке. Девять метров. Общий туалет. Плесень. Хочешь сюда?
Олег помолчал.
– Вер, ты чего злишься? Я же помочь хочу.
– Не надо. Справлюсь сама.
– Ну, как знаешь.
Вера положила трубку. Вернулась к работе.
***
2023 год. Телефон Олега пищал всю ночь. Вера не выдержала. Взяла. Посмотрела.
Сообщения от Насти.
«Любимый, не могу без тебя»
«Когда ты уже разведёшься с этой старухой»
«Хочу ребёночка от тебя»
Вера разбудила Олега.
– Кто такая Настя?
Он открыл глаза. Посмотрел на телефон в её руках.
– Вер, это не то, о чём ты думаешь.
– А что это?
– Коллега. Просто коллега.
– Коллега пишет про ребёночка?
Олег сел.
– Хорошо. Да. У нас роман. Три года уже.
Вера почувствовала, как всё внутри проваливается.
– Три года?
– Да. Я не хотел тебе говорить.
– Почему?
– Потому что ты не могла дать мне детей. А Настя может.
Вера ударила его. Ладонью по лицу. Первый раз за восемнадцать лет.
Олег встал. Вышел из комнаты.
***
Январь 2025. Три месяца в гостинке. Вера нашла постоянных клиентов. Доход стабилизировался. Тридцать восемь – сорок тысяч в месяц. Иногда больше.
Она узнала про ипотеку. Если постараться можно взять комнату в коммуналке. Подала заявку. Ждала ответа.
Олег позвонил снова.
– Верунь, давай вернёмся. Я всё понял. Ошибся. Настя меня выгнала из квартиры. Требует алименты. Компенсацию. Суд будет. А я один. Без денег. Без жилья. Давай вместе будем.
Вера стояла у окна. Смотрела на грязный двор. На серое небо. На январскую хмарь.
– Поздно, Олег. Мне нечего тебе предложить. Да и не хочу.
– Вер, ну ты же понимаешь. Мы восемнадцать лет вместе были.
– Были. Прошло.
– Но я же признаю ошибку!
– Признаёшь. Хорошо. Только поезд ушёл.
– Верунь!
Вера отключила телефон. Села на кровать. Налила себе в пластиковый стакан остывший чай. Открыла ноутбук. Посмотрела на новый заказ.
Три тысячи рублей за большую статью. Два дня работы.
Начала писать.
Позвонила подруга.
– Вер, как ты там? Держишься?
– Держусь. У меня есть крыша. Пока что.
– Приезжай в гости. Поговорим.
– Приеду. Обязательно.
Вера допила чай. Посмотрела на экран. На мигающий курсор. На текст, который пишется медленно, но пишется.
За окном стемнело. В коридоре хлопнула дверь — сосед вернулся. Слышно, как он возится на кухне. Греет что-то. Пахнет лапшой быстрого приготовления.
У неё такая же лежит на полке.
Вера вернулась к тексту. Три тысячи рублей. Два дня. Потом следующий заказ. И следующий.
Девять метров. Плесень в углу. Чужие шаги в коридоре. Но ключ от двери — в её кармане. Её. Только её.
Она продолжила печатать.