В путь
– Ничего не забыли? – мама напоследок окидывала квартиру взглядом.
Ещё бы. Нас с Вовкой отправляли на два с лишним месяца в деревню к бабке с дедом. Два чемодана на двоих и ещё одна большая сумка с продуктами.
– Не понимаю. Зачем ты каждый год нагружаешь сумки консервами, колбасой и прочими продуктами, – не понимал папа. – Ведь всё равно она всё спрячет в кладовку до “лучших времён”. Когда эти лучшие времена наступят?
– Ну, ты знаешь, что она обидится, если мы ничего не привезём. Я же знаю свою маму. Нам не трудно, а ей приятно, – оправдывалась мама.
Меня в деревню отправляли на всё лето уже два раза. Вовка же ехал туда впервые. Ему в этом году исполнилось уже пять лет, и родители посчитали, что его тоже можно отправлять на свежий воздух вместе со мной. Доставить, так сказать, бабке с дедом истинное, двойное удовольствие.
– Присядем на дорожку.
Мы с Вовкой сели на один чемодан. Папа с мамой на второй. Раздался треск, и чемодан под родителями развалился на две части.
– Ну вот. Плохой знак, – расстроилась мама, поднимаясь с пола и собирая наши вещи.
– Ну, это можно даже не гадать, – смеялся папа, сидя на полу. – В этом году их будет двое. Так что я не завидую твоим родителям.
Через несколько минут вместо чемодана вещи переселились в спортивную сумку, и мы отправились к ожидавшему нас такси.
– Ваших не тошнит в такси? – обратился водитель к папе. – А то вчера вёз с вокзала мамашу с малым, так он мне всё заднее сиденье уделал. Еле отмыл. И чем она его накормила? Похоже было, как-будто макароны по-флотски. Вон прям там, где пацан сидит, – водитель указал на моё место.
– Не переживайте. C нашими такого не случится, – заверила водителя мама. И придирчиво осмотрела указанное место.
Я, в общем-то, люблю макароны по-флотски, и мой детский мозг реалистично представил себе тарелку с этим блюдом. Затем воображение перенесло их на сиденье, и в завершении картины желудок сделал своё дело.
– Ну что за чёрт! – водитель дал по тормозам.
От резкого торможения я уткнулся в переднее сиденье и добавил ещё.
Водитель вышел из машины и открыл дверь с моей стороны. Мама суетилась, доставая платок, чтобы вытереть меня и мой завтрак с коврика.
– Я сейчас всё тут вытру, – заверяла мама водителя.
– А говорили, не случится. Вы хоть пакеты что ли с собой возите. Вам тут не самолёт, сервиса минимум, – расстроился таксист.
– Дяденька, не переживайте, – пытался я успокоить таксиста. – Это не макароны по-флотски, это яичница с колбасой.
– Вот спасибо, парень. Теперь ты меня успокоил. А то я уж переживать начал, что второй день макароны по-флотски. Спасибо за разнообразное меню.
Коврик общими усилиями отмыли, и мы отправились дальше в сторону вокзала.
– Вот наши места, – папа поставил чемоданы, и мы начали обустраиваться.
Мне всегда нравилось ездить на поезде. Обычно я забираюсь на верхнюю полку и смотрю в окно. Порой я себе представляю, как я мчусь параллельно поезду на велике, перепрыгивая через все препятствия, встречающиеся на пути. Иногда я, конечно, врезаюсь, падаю, но затем продолжаю своё движение за поездом. Как-будто меня забыли на вокзале, и я догоняю своих родителей. Но это, если светло. Когда темнеет, я вглядываюсь в пейзаж за окном, в мелькающие домики и представляю себе их обитателей. Что они сейчас делают? Может спать собираются, а может телевизор смотрят. А иногда стреляю из воображаемого гранатомёта по неправильным окнам.
Люди выбегают во двор и кричат: «Пожалуйста! Не стреляй в нас!»
А я им в ответ: «Время уже позднее. Всем спать надо, а не телевизор смотреть».
А когда заняться совсем нечем, просто разглядываю попутчиков, которые ходят взад-вперёд по проходу вагона с полотенцами и зубными щётками. Вроде только из дома, а в поезде их припирает помыться и почистить зубы.
Ещё я всегда жду момента, когда мы усядемся, поезд тронется, и мама достаёт из пакета жареную курицу, яйца, варёную картошку и прочие дорожные припасы. Я специально перед поездом стараюсь много не есть, потому что самая вкусная еда будет в поезде. Я даже как-то попросил дома маму приготовить дорожный набор, но это не оказалось так вкусно, как тут, в вагоне.
Так же неповторимым был чай. В специальном подстаканнике и брикетиком сахара с нарисованным поездом. Тот сахар был тоже каким-то особенным. Я просил всегда маму брать в дорогу с собой сахар, потому что тот, с нарисованным поездом, я оставлял на потом. Чтобы уж дома выпить его с чаем.
В этот раз я так же сразу забрался на верхнюю полку и, перегнувшись, поглядывал, как мама раскладывает дорожную еду.
– Мам. А ты сахар не забыла взять? – на всякий случай интересовался я.
– Не забыла.
– А чай возьмём?
– Обязательно возьмём.
– А в туалет сходим? – не унимался я.
– Нет, – вмешался папа. – Будем все вместе терпеть до деревни.
Я понимал, что папа шутит, и развернулся головой к проходу, понаблюдать за остальными пассажирами.
Напротив, на боковых местах расположились дяденьки. Они тоже уже достали свой дорожный набор и приготовились к обеду.
– А вы чай будете брать? – обратился я к ним.
– В смысле? – не понял один из дяденек.
– Ну, если вы чай будете брать, то вы сахар не кладите.
– Почему? – заинтересовался второй.
– Ну, вы его мне отдадите, – пояснил я.
Дяденьки немного опешили от моего заявления.
– Не приставай к людям, – вмешалась мама.
– Мам. Ты много сахара взяла?
– Достаточно. Тебе-то зачем много?
Я рассказал маме и дяденькам свой план. Всякий раз, когда они заказывают чай, мама им даёт наш сахар, а свой они отдают мне.
Дяденьки засмеялись, восхищаясь моей предприимчивостью, и пообещали обязательно заказать чай, хоть он им в принципе и не нужен. У них, как они сказали, есть с собой и чё покрепче чая. Я же довольный своей находчивостью уже подсчитывал, сколько сахара мне перепадёт в этот раз.
– А жопа не слипнется от такого количества сахара? – поинтересовался папа.
– Бабушка говорит, что нет. Скорее её разорвёт, – вспомнил я угрозы бабки.
– То же, хочу заметить, не лучший вариант, – заметил папа и уткнулся в газету.
Наконец-то мама пригласила всех обедать, и мы с Вовкой с удовольствием накинулись на еду. Между делом я следил за теми дядечками, чтобы они вдруг не забыли про сахар. Пока было всё в порядке, чай они ещё не просили.
После обеда я опять залез на верхнюю полку и предложил маме отправить туда же Вовку. Потому что одному мне там было скучно. На что мама заметила, что Вовка ещё мал и может ненароком оттуда свалиться, и к бабушке с дедом приедет не полный комплект приключений. И они по этому поводу сильно расстроятся. Так, в одиночестве я продолжил своё путешествие. Скоро должна была быть остановка, и папа выйдет за пивом и раками. На этой станции всегда продают раков. По перрону вдоль поезда бегают бабульки и предлагают пассажирам свои товары. Пирожки, дорожные обеды, напитки и собственно самих раков. Я знал, что папа возьмёт меня с собой, и ждал этой остановки. Папа тоже знал, что я напрошусь. Но это был последний раз, когда меня выпустили на стоянке из поезда.
Продолжение следует....