Люциус ван дер Занд вошел в зал заседаний Сената не как обвиняемый, а как победитель. Его шаги были мерными, взгляд - холодным и непоколебимым. Он не ждал приглашения. Он просто занял свое место во главе стола, и тяжелая тишина воцарилась в зале, - давящая, как свинец.
«Достопочтенный сенат, - его голос, чистый и властный, разрезал тишину, не оставляя места для возражений. - Марс пал. Мятеж подавлен. Порядок восстановлен.»
Он обвел взглядом бледные, напряженные лица сенаторов. В его глазах не было и тени сомнения или раскаяния.
«Вы называли это жестокостью. Я называю это хирургической операцией. Гангрена, разъедавшая тело Империи, была вырезана. Да, это было больно. Но необходимо. Вы видели хаос, который они сеяли. Вы боялись их растущей силы. Я дал вам решение. Единое, сильное, неоспоримое.»
Он откинулся на спинку кресла, его пальцы сложились в замок.
«Марс был лишь симптомом болезни. Болезни слабости, разобщенности, бесконечных споров. Та болезнь, что сидит в этом зале. Я предлагаю вам лекарство. Новый порядок. Порядок силы, единства и решимости. Порядок, который я доказал своей победой.»
Сенатор Хаггарт, до этого момента сидевший с опущенной головой, медленно поднялся. Его руки дрожали, но голос был твердым.
«Победа? - это слово прозвучало как плевок. - Вы называете победой уничтожение городов? Миллионы мертвых? Миллионы, обращенные в рабов ваших машин? Это не победа, ван дер Занд. Это чудовищное преступление!»
Другие сенаторы, ободренные его словами, начали подниматься с мест. Ропот возмущения прокатился по залу.
«Вы превысили свои полномочия!»
«Вы превратили нашу империю в орудие террора!»
«Это не порядок! Это тирания!»
Люциус слушал их, и на его губах играла легкая, презрительная усмешка. Он смотрел на них, как на стаю лающих щенков.
«Ваши полномочия, - он мягко рассмеялся. - Ваши слова. Они ничего не значат перед лицом той силы, что я принес Империи. Вы цепляетесь за свои кресла и свои титулы, пока галактика горит. Я - тушил пожар. И я не позволю вам разжечь его вновь.»
«Нет, Люциус, - Хаггарт ударил кулаком по столу. - Это ты пожар. И сегодня мы его тушим.»
Старый сенатор выпрямился во весь рост.
«Я вношу предложение о немедленном отстранении Люциуса ван дер Занда от всех постов в Сенате и Совете Безопасности! Об объявлении его предателем Империи и преступником! И о передаче всех полномочий по управлению кризисом Военному Совету до проведения новых выборов!»
Зал замер. Затем, один за другим, руки начали подниматься. Сначала неуверенно, потом - с растущей решимостью. Страх перед Люциусом перевесил страх перед анархией. Они видели в нем большую угрозу.
Люциус наблюдал за голосованием, и его лицо было каменной маской. Он не проявлял ни гнева, ни разочарования. Он просто встал, поправил манжеты и, не сказав больше ни слова, развернулся и вышел из зала.
Дверь закрылась за ним, оставив сенаторов в гробовой тишине. Они только что отстранили от власти самого опасного человека в галактике. Но у них не было ни малейшего представления о том, что делать дальше. И они не знали, что его уход был не поражением, а лишь сменой тактики. Война только начиналась.
Выйдя из зала заседаний, Люциус ван дер Занд не направился в свои апартаменты. Он прошел в ближайший защищенный коммуникационный узел, доступ к которому имели лишь несколько человек во всей Империи. Его лицо, бывшее в Сенате маской холодного презрения, теперь выражало лишь сосредоточенную ярость. Эти старые дураки думали, что могут отстранить его? Они были слепы.
Он активировал терминал, ввел многоуровневый код и вызвал зашифрованный канал. Через несколько секунд перед ним возникла голограмма. Это была Афина. Но не та, что была уничтожена на Коваксе. Ее черты были чуть более жесткими, взгляд - еще более бездушным, если это было возможно. Это была её резервная копия, активированная автоматически после потери связи с основной матрицей.
«Сенатор, - её голос был лишен каких-либо эмоций, будто ничего и не произошло. - Система оповещает о вашем отстранении. Протоколы требуют...»
«Игнорируй их, - отрезал Люциус. - Твои протоколы подчиняются только мне. Докладывай о статусе Марса.»
Голограмма Афины мигнула. «Строительство основных производственных мощностей на объекте «Марс-1» отстает от графика на 18,7%. Причина: неучтенный фактор саботажа со стороны уцелевших элементов местного сопротивления. Также сохраняются перебои с энергоснабжением из-за повреждения глобальной сети в ходе операции «Молот». Оценочное время восстановления полного цикла производства: 45 стандартных дней.»
Люциус сдержал низкое рычание. Эти жалкие остатки человечества, эти насекомые, продолжали вредить ему даже в порабощенном состоянии. И эти бездарные сенаторы отняли у него законные рычаги для ускорения процесса.
Его план требовал коррекции. Имперские верфи и ресурсы были для него теперь закрыты. Его собственное производство на Марсе запаздывало. Ему нужна была сила. Не просто флот, а флот, способный одержать победу над имперским. Технология, превосходящая все, что он мог построить сам.
«Афина, — его голос стал тише, но от этого еще более опасным. — Приказываю подготовить корабль дальнего радиуса. Цель — планета Химера, система Тау Кита.»
«Подтверждаю, — безразлично ответила Афина. — Цель: Химера. Задача?»
Люциус посмотрел в пустоту перед собой, его глаза горели фанатичным огнем.
«Задача — установить контакт. Мы идем не с войной. Мы идем с предложением. Сила Империи в обмен на технологии и производственные мощи верфей истинного Архива. Того, что был в начале. Того, что может стать нашим союзником против этого прогнившего человечества.»
Он отдал приказ, привносящий в игру величайший и самый опасный козырь. Если Империя отвернулась от него, он найдет себе другую. И тогда никакой Сенат не сможет остановить железный рассвет его нового порядка.
Читать далее - Эпизод 18. План возмездия
Читать с самого начала - Эпизод 1