— Сорок тысяч на какой-то лагерь? Ты вообще спросить не могла?
Алла замерла с телефоном в руке. Максим стоял в дверях, и лицо его было таким, будто она потратила не премию, а последние деньги на еду.
— Это моя премия, — спокойно ответила она. — У нас есть деньги. Егору будет полезно.
— Полезно? — он усмехнулся. — Тебе полезно показать, что ты теперь главная? Что можешь разбрасываться деньгами?
Алла посмотрела на мужа и не узнала его. Четырнадцать лет брака, а она вдруг поняла — он смотрит на нее как на врага.
Она села за стол на кухне, налила себе сок и попыталась понять, когда все пошло не так. Егор уехал в лагерь утром, радостный и счастливый. А сейчас она сидела одна, и тишина в квартире давила сильнее любых криков.
Максим ушел, хлопнув дверью. Перед этим выкрикнул что-то про испорченную жизнь и про то, что видеть ее больше не хочет. Алла не поняла главного — это навсегда или он вернется через час? Почему он не взял вещи? И почему вообще лагерь для ребенка стал поводом для такого скандала?
Она вспомнила, как они познакомились. Бизнес-центр на окраине, лабиринт офисов, где легко заблудиться. Оба работали менеджерами в разных компаниях, оба звонили клиентам до одури и получали мизерный оклад плюс проценты. В обеденный перерыв сбегали в сквер напротив, чтобы не сойти с ума от телефонных гудков и отказов.
Тогда они были на равных. Уставшие, злые на весь мир, но с одинаковыми шансами. Максим говорил, что они с ней как два солдата в окопе, и она ему верила. Поженились через год — быстро, без пышных церемоний. У Аллы была квартира от бабушки, и этого казалось достаточно для счастья.
Детей решили отложить. Хотелось сначала встать на ноги, накопить денег, чтобы ребенок родился не в нищете. Работали до изнеможения, делились успехами и неудачами, строили планы. Казалось, они команда.
Когда брак просуществовал три года, Алле предложили повышение. В тот же день она узнала, что беременна.
— Конечно, ребенка рожать надо! — обрадовался Максим. — Повышение никуда не денется!
Тогда она не задумалась, почему он так уверенно решил за нее. Просто согласилась и ушла в декрет. Максим остался единственным кормильцем, и это была его звездная роль. Он старался, работал допоздна, приносил деньги. Только повышения так и не получил.
Когда Алла вышла из декрета, ей снова предложили руководство отделом. На этот раз она согласилась. Максим встретил новость молчанием, а потом начал намекать, что неплохо было бы ей сидеть дома и заниматься семьей.
— Я же работаю, — удивлялась Алла. — И дома все успеваю. Разве у нас что-то не так?
Он не отвечал прямо, но недовольство сквозило в каждом взгляде.
Когда их обоих повысили одновременно, она радовалась вдвойне. Максим стал старшим менеджером, а она возглавила отдел. Праздновали скромно, но Максим был напряжен и почти не улыбался. Зато он ожил, когда коллеги поздравляли его. Алла списала это на усталость.
— Скоро и я отдел получу, — говорил он тогда. — А ты можешь уже не надрываться. Я справлюсь, обеспечу семью.
Она кивала, но увольняться не собиралась. Ей нравилось работать, нравилось чувствовать себя нужной. И почему она должна бросать то, что у нее получается?
Однажды вечером генеральный директор приехал к ней в офис, вручил цветы и приказ о назначении директором филиала. Алла опешила — ее даже не спрашивали, не предупреждали. Просто поставили перед фактом.
Максим встретил новость молчанием, а потом сказал:
— Откажись.
— Что? — она не поверила своим ушам.
— Откажись. Ты мне обещала, что уволишься.
— Кто отказывается от такой должности? — она растерялась. — Ты понимаешь, сколько там платят? Мы сможем нормально жить! Отремонтировать квартиру, купить машину, Егора в хорошую школу отдать!
— На деньги повелась, — бросил он с какой-то брезгливостью. — Или тебе власть нравится?
— Я о семье думаю! — возмутилась Алла. — Разве я что-то не успеваю? У нас всегда чисто, всегда ужин готов. И на тебя у меня время есть!
Он замолчал, но в его глазах появилось что-то темное. Алла решила, что он просто переживает, и купила машину. Отдала ему ключи, и конфликт как будто сгладился. Он даже повеселел.
Сделали ремонт, Егора отдали в частную школу, стали ездить в отпуск дважды в год. Жизнь наладилась, и Алла подумала, что все плохое позади.
А потом ее перевели в головной офис.
— Нам вторую машину покупать надо, — сказала она. — Если ты меня будешь возить в центр, опоздаешь на работу через пробки.
— Обязательно туда переходить? — спросил Максим тихо.
— Мы это уже обсуждали, — напомнила Алла. — Пока тебя ценят, надо брать все, что дают. Иначе потом будет поздно.
Он кивнул, но в его взгляде читалось поражение.
И вот этот лагерь. Всего сорок тысяч из ее премии. Алла даже не думала, что это станет проблемой. Но Максим взорвался.
— Ты хоть спросить могла! — кричал он. — Может, у семьи другие потребности! Может, надо было на что-то другое потратить!
— У нас есть деньги, — не понимала она. — Что тебе еще купить? Говори, купим!
— Ты только о себе думаешь! — Максим был вне себя. — Тебе лишь бы выше всех прыгнуть! А обо мне ты подумала? О том, как я себя чувствую?
— Я виновата, что у меня получилось? — тихо спросила Алла. — Я виновата, что зарабатываю больше?
— Если бы ты меня любила, сидела бы дома! — выкрикнул он. — Была бы нормальной женой!
Тогда она промолчала. А теперь сидела на кухне и понимала — он завидовал. С самого начала. Когда ей предложили первое повышение, когда она возглавила отдел, когда стала директором. Он хотел быть главным, а получилось наоборот.
Дверь открылась. Максим вернулся, и вид у него был виноватый.
— Я домой пришел, — сказал он.
— За вещами? — уточнила Алла.
Он посмотрел на нее с презрением:
— Домой! Прости меня, я погорячился.
— Нет, — она покачала головой. — Ты пришел за вещами. Я не хочу с тобой жить.
— Что? — он не ожидал.
— Я не прощаю, — Алла встала. — Ты мне все уже сказал. Я поняла, в чем дело. Ты просто не смог смириться с тем, что я добилась большего. И это твоя проблема, не моя.
Я работала, и дома все успевала. Егором занималась, тебе внимание уделяла. А ты после работы только уставал. И на работе, наверное, так же — просто устал.
Максим побагровел:
— Главной себя возомнила? Все знают, как ты карьеру делала!
Алла взяла стакан с соком и выплеснула ему в лицо. Он вытерся и ушел, хлопнув дверью сильнее, чем в первый раз.
Она налила себе еще сока и подумала: когда это началось? С первого повышения? Или еще раньше, когда они познакомились? Максим с самого начала видел в ней соперника, а не партнера. Просто пока они были на равных, он этого не показывал.
А когда она вырвалась вперед, любовь не выдержала. Зависть оказалась сильнее.
Алла допила сок и поняла — ей не нужен муж, который видит в ней врага. Четырнадцать лет она пыталась быть хорошей женой, успевать везде, не обижать его своими успехами. А он просто ждал, когда она споткнется и упадет. Или когда он сможет ее догнать.
Телефон завибрировал. Сообщение от Егора из лагеря: "Мама, тут круто! Спасибо!". Она улыбнулась. Ради этого стоило работать. Ради того, чтобы сын мог позволить себе хороший лагерь, хорошую школу, хорошую жизнь.
А Максим? Он так и останется старшим менеджером, который не смог простить жене ее успеха. И это уже не ее история.