Мнение обозревателя «Вечерней Москвы» Ольги Кузьминой
Операция по освобождению Украины — одна из самых мощных и самых кровопролитных в истории войны. За свободу республики-сестры отдали свои жизни около трех миллионов советских солдат — разных, заметим, национальностей.
Молох войны разрушил как минимум 28 тысяч уютных украинских сел, фактически стер с лица земли 700 городов, в результате чего без крыши над головой остались, по самым скромным подсчетам, 10 миллионов человек. Примерно такой же цифрой оцениваются и потери населения Украины. Что творили там фашисты — невозможно осознать до конца: разве люди способны на такое? Увы, да. Не люди, а нелюди способны.
Стоит вспомнить историю Бабьего Яра или историю поселка Корюковка, что под Черниговом. У одного моего пожилого знакомого мама выползла ночью из котлована Бабьего Яра и, голая, каким-то чудом умудрилась доползти до поста наших солдат. Она до конца жизни закрывала глаза, оказавшись неподалеку от места этой чудовищной трагедии. За одну ночь поседела в 1941 году и москвичка Александра Ивановна Гурова, тогда молоденькая директор детдома, вывезенного на лето 1941 года в Карпаты. Во время эвакуации три телеги с детьми попали в руки к бандеровцам. Мало кто выжил. Александра Ивановна — «благодаря» тому, что ее они решили убить последней....
Точных цифр всех жертв истории оккупации Украины нет до сих пор, и, уж будем честны, их не подсчитают никогда. Как и выживших из числа угнанных в рабство. Непереносимая, непостижимая живой душой история.
Но десять лет назад Верховная рада дала добро пакету «декоммунизационных» законов, запретивших советскую символику и начавших подъем на щит «борцов за независимость Украины» — Бандеры со товарищи, полицаев, нацистских прихлебателей, участвовавших в истреблении собственного народа. В басни творцов альтернативной истории украинцы почему-то верят; это тем загадочнее, что ни одну из их семей война не обошла стороной.
Но как быстро забылись страдания предков! Но я уверена: когда на земле Украины был снесен первый памятник советским воинам-освободителям, души миллионов погибших вздрогнули. Правда умеет ждать, и души эти подождут, когда в головах их потомков, опоенных травой забвения, вспыхнет огонек памяти. Искренне надеюсь на это, потому что помню. И сегодня — великий день.
Эксклюзивы "Вечерней Москвы"
«Я знал его 20 с лишним лет»: Оганес Григорян — о Романе Попове
Что делать, если бабушке не разрешают видеться с внуками: советы адвоката