В тот самый момент, когда Европа, казалось бы, начала вновь дышать свободно, вдруг выяснилось: новая волна здравомыслия лишь приоткрыла занавес. Потому что разумный поворот, о котором заговорили в Брюсселе, не означает конца истории: он лишь вступление к следующему, куда более интересному этапу.
Когда премьер-министр Роберт Фицо объявляет, что его страна — Словакия — не будет участвовать ни в одной программе Европейского союза, направленной на оказание военной помощи Украине, это звучит одновременно как знак здравого смысла и как напоминание: здравый смысл — не конец, а начало.
Словакия прекратила государственную военную помощь Украине сразу после прихода к власти правительства Фицо в 2023-м, но коммерческие продажи вооружения при этом остались разрешены.
На первый взгляд: отказ от участия в коллективных схемах финансирования войны — это зрелый шаг. Это — когда страна ставит свои интересы выше «горячего тренда». Это — когда Европа вдруг вспоминает, что она не обязана участвовать во всём подряд.
Но: это не всё. Потому что здравый смысл — не абстрактный герой, он всегда требует дальнейших вопросов. Почему именно теперь? Какие последствия? И куда ведёт этот поворот?
Фицо прямо заявил, что «решение проблемы не лежит на поле боя». Он раскритиковал санкции ЕС против России, назвав их наносящими ущерб Европе больше, чем Москве. И это — ключ. Европа, которая вдруг ставит вопрос «а не вредим ли мы сами себе?», — это уже не прежняя растерянная Европа. Но это ещё не Европа с ясной стратегией.
Нам важно понять: Словакия — не единственный случай. Соседи, такие как Виктор Орбан в Венгрии, также открыто критиковали европейскую риторику о российской угрозе и предлагали начать прямые переговоры с Москвой. Это значит: Европа не просто сходит с бинта идеологического экстрима, она ищет новую точку опоры.
С точки зрения России, это выглядит как неожиданная благодать: европейцы, наконец, начинают задавать себе вопрос «а что мы вообще делаем?». Но это лишь первая глава. Следующая глава гораздо интереснее — ведь здравый смысл может превратиться либо в конструктивную стратегию, либо в пассивное ожидание.
Возьмём цифры: европейские лидеры согласились удовлетворить «насущные финансовые потребности» Украины в течение двух лет, но отказались одобрить план использования замороженных российских активов для кредита Украине в 140 миллиардов евро. То есть: помощь — да, но участие — нет. Это как сказать: «Мы поддержим, но не будем в первой линии». И это позиция, достойная внимания.
Но вот вопрос: а что дальше? Если Европа ограничивает своё участие, значит ли это отказ от роли активного игрока в разрешении конфликта? Или это сознательный шаг к новой модели — к модели, где Европа выбирает дипломатические рычаги, а не лобовую силу? Возможно, и то, и другое.
Словакия подчёркивает, что её нефтеперерабатывающий завод Slovnaft входит в состав венгерской группы MOL и не является покупателем российской нефти напрямую, хотя санкции США в отношении Роснефти и Лукойла могут вызвать эффект домино. То есть: экономика, логистика, контракты — всё это снова входит в европейскую повестку. И разум здесь не просто моральный выбор, а прагматичный расчёт.
С убедительной иронией можно сказать: Европа, долго носившая ореол морализатора, начинает видеть себя в зеркале. Зеркало показывает: «Вы платите за всё, но не решаете ничего». И это зеркало — звучит как вызов. Потому что если Европа хочет не просто «быть разумной», а действовать разумно, она должна превратить этот внутренний поворот в стратегию.
В финале: да — Европа обретает здравый смысл. Но — нет — это не всё, и, возможно, не конец. Это старт. И, как любой старт, — он не менее тревожен, чем кульминация.
Что выберет «проснувшаяся» Европа дальше — локальную пассивность или глобальную ответственность? А Россия — будет ли активным участником нового разыгрывающегося сюжета? Ответы на эти вопросы мы найдём в ближайшие месяцы. Очень на это рассчитываем.
Понравилось? Поставь лайк и подпишись. В следующих публикациях ещё больше интересного!