Подписываю приказ об увольнении. Смотрю на фамилию — Соколов Глеб Сергеевич. Моя фамилия была такой четыре года. Теперь я снова Морозова.
Ставлю подпись. Быстро, не думая.
Секретарша забирает документы и выходит. Я откидываюсь на спинку кресла. За окном дождь. Серый ноябрь. В офисе пахнет кофе и новой мебелью.
Странно, но никакого триумфа не чувствую.
Как мы познакомились
Пять лет назад я работала в бухгалтерии строительной фирмы. Зарплата средненькая, работа рутинная, но стабильно. Глеб пришёл к нашему главному бухгалтеру консультироваться по налогам — у них с партнёром была маленькая IT-компания.
Я как раз делала чай на кухне. Он зашёл за водой.
— Привет. Ты тут работаешь?
— Ага. Помощник бухгалтера.
— Понятно. Слушай, а ты в налоговом учёте разбираешься?
Разговорились. Он рассказал про свой бизнес — какое-то программное обеспечение для автоматизации складов. Я слушала вполуха, если честно. Зато он был симпатичный. Высокий, в очках, говорил быстро и увлечённо.
— Давай как-нибудь встретимся? — предложил он перед уходом.
Я согласилась.
Встречались три месяца, когда он сделал предложение:
— Переходи к нам бухгалтером. Платить будем меньше, чем сейчас, но процент от прибыли дадим. Мы растём, Лена, серьёзно. Через год-два выстрелим.
Я подумала. Риск, конечно. Но интересно же.
Согласилась.
Свадьбу сыграли через полгода. Скромную — человек двадцать в кафе. Букет, торт, шампанское. Его мама весь вечер гладила меня по руке и повторяла: «Хорошая девочка, хорошая».
Снимали однушку на Речном. Старый дом, батареи грелись плохо, зимой спали в носках. Зато близко до метро.
Я вела бухгалтерию, он с Кириллом — своим партнёром — занимались разработкой. Работали много. Иногда Глеб приходил домой в час ночи, падал на диван и засыпал не раздеваясь.
Но дело шло. Клиенты появлялись. Компания росла.
Я гордилась им. Гордилась нами.
Анна
Три года назад наняли маркетолога. Анну. Ей было двадцать пять, у неё была степень MBA и куча амбиций.
— Смотри, какую стратегию она предложила, — показывал мне Глеб презентацию. — Целевая аудитория, воронка продаж, SMM. Профессионалка!
Я кивала. Меня маркетинг не интересовал — я разбиралась в цифрах, отчётах, налоговых декларациях. А продвижение — пусть занимаются специалисты.
Первые месяцы всё было нормально. Анна действительно работала хорошо. Клиентов стало больше. Прибыль выросла.
Потом Глеб начал задерживаться.
— Лен, я сегодня поздно. Надо с Анной презентацию доделать.
— Завтра в субботу встреча с инвестором. Придётся поработать.
— Съезжу на выходных на конференцию. Анна тоже едет, она выступает с докладом.
Я не паниковала. Бизнес требует времени. Понимала же.
Но однажды обратила внимание — он стал телефон на стол экраном вниз класть. Всегда. Раньше не делал этого.
И ещё. Приходил домой и сразу в душ. Без разговоров. А раньше мы болтали на кухне, пили чай, обсуждали день.
— Глеб, у нас всё хорошо? — спросила я как-то вечером.
— Да, конечно. А что?
— Просто ты какой-то... далёкий стал.
— Устаю, Лен. Извини. Сейчас аврал на работе.
Поверила.
Через две недели он оставил телефон на зарядке ночью. Я встала попить воды, увидела — экран светится. Сообщение.
«Спокойной ночи, любимый. Целую».
От Анны.
Я стояла босиком на холодном линолеуме и смотрела на эти слова. В половине третьего ночи. В его старой футболке.
Взяла телефон. Пароль я знала — дата нашей свадьбы. Открыла мессенджер.
Переписка началась четыре месяца назад.
Дальше не буду описывать. Там были фотографии. Сообщения. Обсуждение того, как скрывать от меня. Планы на будущее.
«Когда ты ей скажешь?»
«Не знаю ещё. Надо подготовиться».
«Я устала ждать, Глеб».
Я вернула телефон на тумбочку. Легла обратно в кровать. Он спал, дыша ровно.
А я смотрела в темноту до утра.
Развод
Утром за завтраком я сказала:
— Собирай вещи. Мне всё известно про Анну.
Он поперхнулся кофе.
— Лена, подожди, давай я объясню...
— Не надо. Уходи.
— Это просто так вышло, мы не планировали, она...
— Глеб. Уходи сегодня.
Он ушёл вечером. Набил сумку одеждой, взял ноутбук и зарядку. Всё.
Я потом узнала — он сразу переехал к ней. Она снимала двушку в новостройке.
К юристам пошли через неделю. Квартира съёмная — делить нечего. Машины не было. Оставались только накопления на общем счету — шестьсот тысяч.
По триста каждому.
Оформили развод за три месяца. Быстро. Без скандалов.
Я вернулась в свою девичью фамилию и сняла однушку на другом конце города.
Что дальше
Первый месяц я функционировала на автомате. Работа — дом — работа. Ела бутерброды, потому что готовить для одной лень. Смотрела сериалы до двух ночи. Подруги приглашали куда-то — отказывалась.
Потом как-то утром посмотрела на себя в зеркало. Круги под глазами. Немытые волосы. Халат в пятнах от кофе.
И подумала: хватит.
Уволилась из их компании. Нашла работу в крупной логистической фирме — главным бухгалтером. Платили шестьдесят тысяч. Плюс премия.
Записалась на фитнес. Начала встречаться с подругами. Съездила на море одна.
Триста тысяч я не трогала. Положила на депозит. Потом сняла и вложила в акции — читала статьи, смотрела обзоры, училась. Купила акции нескольких компаний. В том числе — их стартапа.
Почему? Не знаю. Может, любопытство. Как они там без меня?
А может, надеялась когда-нибудь вернуть вложенное.
Стала следить за их отчётами. Как акционер имела право.
И заметила — финансы хромают. Они активно росли, нанимали людей, снимали большой офис, вкладывались в рекламу. Но резервов почти не было. Кредиты, займы, отсрочки поставщикам.
Я помнила — когда я там работала, я настаивала на финансовой подушке. Откладывали десять процентов прибыли каждый месяц. Глеб ворчал, но слушался.
Теперь этого не было.
Я подумала: если начнётся кризис, они не выдержат.
Кризис
Через год начался кризис. Курс доллара взлетел, инфляция поползла вверх, клиенты стали экономить. Многие компании начали сокращать расходы на автоматизацию — не до того.
Их выручка упала. Сначала на двадцать процентов. Потом на тридцать.
Акции начали дешеветь.
Я следила. Каждый день проверяла котировки на бирже.
Когда цена упала в четыре раза, я начала покупать. Понемногу. Через разные брокерские счета, чтобы не светиться как крупный покупатель.
Вкладывала всё, что зарабатывала. Жила скромно — снимала маленькую квартиру, готовила дома, одежду покупала на распродажах.
Но покупала акции.
Ушло два года на то, чтобы собрать контрольный пакет — пятьдесят один процент.
Когда последняя сделка прошла, я сидела дома с ноутбуком и смотрела на цифры в личном кабинете брокера.
Моя компания.
Точнее, теперь моя.
Собрание
Я пришла на годовое собрание акционеров. В офисе ничего не изменилось — те же белые стены, те же столы, тот же кофе-автомат в коридоре.
Глеб сидел во главе стола. Рядом — Кирилл. Ещё несколько человек, которых я не знала. И Анна.
Когда я вошла, все замолчали.
— Морозова Елена Игоревна, — представилась я. — Представляю контрольный пакет акций компании.
Положила документы на стол.
Кирилл взял бумаги, пробежался глазами.
— Это... как?
— Скупала на бирже последние два года.
Глеб смотрел на меня молча. Лицо белое.
— Зачем? — спросил он тихо.
— Инвестиция, — ответила я. — Считаю, что компания управляется неэффективно. Требуется реструктуризация.
Молчание.
— Что ты хочешь сделать? — спросил Кирилл.
— Сократить расходы. Урезать неэффективные направления. Оптимизировать штат.
— Конкретнее?
Я достала ещё один документ.
— Вот список предложений. В том числе — сокращение топ-менеджмента на двадцать процентов. И вывод из штата сотрудников, не приносящих прямой прибыли.
Анна побледнела.
— Это касается меня?
— Да. Маркетинг будем отдавать на аутсорсинг. Дешевле и эффективнее.
Она открыла рот, но ничего не сказала.
Глеб встал.
— Мне нужно подумать.
— Конечно, — кивнула я. — Решения вступают в силу через неделю.
Он вышел. Анна — за ним.
После
Анну уволили через неделю. По сокращению штата. С выплатой компенсации.
Глеб проработал ещё месяц, потом написал заявление по собственному.
— Не могу работать под твоим управлением, — сказал он при встрече.
— Понимаю.
— Ты специально это всё затеяла? Чтобы отомстить?
Я посмотрела на него. Он похудел. Под глазами залегли тени. Костюм висел мешком.
— Нет. Я затеяла это, чтобы спасти компанию. Вы её угробили бы через полгода.
— А мы с Анной... это просто побочный эффект?
— Просто совпадение.
Он кивнул и вышел.
Больше мы не виделись.
Компания сейчас
Прошло полтора года. Компания стабилизировалась. Я наняла нового финансового директора, оптимизировала процессы, пересмотрела ценообразование.
Прибыль небольшая, но стабильная. Резервы есть. Кредиты погасили.
А я... я поняла кое-что важное.
Я не мстила. Правда.
Я просто делала то, что умею — управляла финансами. И оказалось, что умею неплохо.
Когда подписывала приказ об увольнении Глеба, чувствовала не радость. А усталость.
Усталость от этой истории. От прошлого. От того, сколько сил я потратила.
Теперь я живу в съёмной двушке. Работаю по двенадцать часов в день. Путешествую редко. Но у меня есть цель. Есть дело, которое я делаю хорошо.
А месть... Месть — это когда ты делаешь что-то, чтобы сделать кому-то больно.
Я не делала больно. Я делала правильно.
Разница огромная.
Для подписчиков
Расскажите в комментариях — как вы справлялись с предательством? Что помогло пережить? Верите ли в то, что бизнес и личное можно разделить?
Примечание: Все события и персонажи вымышлены. Совпадения случайны.