Я не слышала раньше слова «тума». Пришлось уточнять в словаре. Оказалось, что таким словом обозначаются метисы, полурусские-полутатары. Лев Гумилёв, говоря о тума, имел в виду конкретно этническую группу в низовьях Волги и Прикаспии. А Даль определяет тума как любую помесь в природе. Также этим термином в низовьях Дона обозначались разбойные люди, ходившие в грабительские походы в Персию и на Каспий.
Степан Разин, герой романа Захара Прилепина, тоже был тума. Его отец был русским, а мать – из крымских татар, взятая в плен. Казаки часто женились на пленницах разных национальностей.
Роман Прилепина – не о восстании под предводительством Степана Разина. Он – о детстве и молодости Степана, причём главы чередуются – воспоминания детства с одним очень тяжёлым годом в жизни Разина – годом, который он провёл в татарском плену.
Здесь сразу надо сказать, что официальных данных о том, что Степан Разин был в плену – нет. Получается, что это – вымысел автора, и использовать его роман как биографическое произведение нельзя. Хотя в романе, наряду с Разиным, действуют реальные герои, упоминаемые в исторических документах, есть и имевшие место факты из жизни Степана Тимофеевича, например, как был он в юности трудником в Соловецком монастыре.
Очень ярко описана жизнь героя до его пленения: детство в казачьей станице Черкасск, отношения матери с отцом, походы повзрослевших братьев Разиных на соседние селения с целью разбоя и грабежа.
Казаки – особая историческая и этнографическая общность людей, первоначально по большей части состоявшая из беглых крестьян, преступников, селившихся в низовьях Дона и ведшими военный образ жизни. Принято считать, что казачество охраняло южные рубежи России от нападений кочевых племён, войск крымского хана. Но и казачество было неоднородным: донцы враждовали с запорожцами, хоть и те, и эти считались казаками «руськими» (русскими). Очень явно прослеживается противопоставление донских казаков «хохлачам», то есть украинцам. Однако, совершенно не возникает симпатии ни к тем, ни к другим, ни к третьим, а также ни к польским шляхтичам, ни к татарам, ни к туркам, ни к ногаям. Все они одинаково жестоки, безжалостны, все преследуют только свои интересы – нажива, пленники.
«…и брали там дом богатый, из коего шла по нам пальба, и сгибли тогда четверо казаков. И начали мы палить со всего наряду, и дом взяли, и побили там всех людей, и слуг сгоряча побили, хотя слуги те кричали русской речью и ружей при себе не держали. Выходит, томились тут в полону…
…и в тот поход брали ясыря много, а кто из ясыря был переранен, тех казаки перерубили, ставя себе руку на удар и со смехом выглядывая, как люди расстаются с животами, и слушая, о чём молят. И не все кричали на турском, а кричали на всяких наречиях…»
Ясырь ясыри, ясырки – это пленники, захваченные в результате набегов. Ясырей могли продать на базаре, могли оставить себе рабами. С ясырками ещё проще, и повезёт тем девочкам, девушкам, женщинам, кого возьмут в жёны, а иначе будет у них жизнь ой какая несладкая…
Книга маркирована возрастным ограничением 18+, поскольку в ней есть нецензурная брань. Но если бы даже в тексте не было ни одного бранного слова, я бы это ограничение оставила. Потому что весь текст просто пронизан жестокостью. Описания военных схваток, набегов, ранений и убийств, жесточайших пыток – практически на каждой странице. И эти жестокости не сравнятся с описаниями деяний любого маньяка. Потому что маньяк, как правило, один, и жертв у него определённое количество. А тут – все друг друга убивают, и не просто убивают, а сначала ещё издеваются – не для того, чтобы выведать какие-нибудь военные секреты, а просто так, потому что сегодня я победитель, а ты проигравший, а завтра может быть будет наоборот. Убивают не только соперников, воинов, мужчин. Попались под руку женщины, старики, дети – рубить их, колоть, сносить им головы.
Простой мужик, крестьянин, говорит казакам:
«- …такая вот, казаки-атаманы, вздурость постигла меня в зиму сю: погулять с казачками на волюшке. Я живот мучал с вами всего как полгода – а казаки-атаманы, вижу, так и живут сыздетства и до смерти: по нижнюю губу барахтаясь в кровяках… Да то ж удавиться, господи прости, с ужасу! – вдруг возопил он, и грохнул кулдаком по столу. – Погибай, гори в огне, утопай, издыхай, гинь! И кажный день, кажный день, кажный жень! Разве ж такие мытарства можно перемочь?! Жисть-то где у вас?
Казаки весь его сказ заходились от хохота, проливая горилку, пили – и снова гоготали, пихая друг друга.
…теперь устало икали, отирая усы-бороды.
- На том свете, мужик, жисть жить, - ответил Иван Разин. – А на сём – помирать».
В некоторых местах, где описаны пытки, меня даже затошнило.
У меня не возникло симпатии ни к кому из героев.
Роман написан очень хорошим языком – лаконичным, но очень образным, ярким. Много устаревших, диалектных слов, но я почти не обращалась к словарю: общий смысл был понятен. А ещё многочисленные вкрапления в основной текст фраз из других языков – такое многоголосие. Правда, всё равно эти фразы на других языках, написанные русскими буквами, я пропускала, читала сразу перевод, данный в скобках (и думаю, не я одна так делала).
Роман очень объёмный, почти 700 страниц, быстро его не прочитаешь, из-за этих иноязычных вкраплений, из-за рассуждений героев о политических тонкостях – кто против кого какие козни строит, кто за кого и по каким причинам.
Я не знаю, стоит ли кому-нибудь рекомендовать читать этот роман, однозначно, это не дамское чтение (разве что обсудить отношение к женщинам). Да, я согласна, жизнь действительно была такой жестокой, и Прилепин ничего не выдумал, создавая свой, далеко не тихий Дон. Но ради чего описывать все эти жестокости? Какие чувства должен был вызвать роман? Просто срез эпохи? Или на примере Степана Разина показать, как надо придерживаться своей веры и веры своих отцов – ни при каких пытках не отрекаться. Впрочем, повторюсь, в романе и православные, и католики, и мусульмане одинаково жестоки, хитры и готовы предать как чужеверцев, так и своих же единоверцев. А значит, дело не в вере, а в том, какие качества заложены в каждом человеке.
«…знай, Богдан, что мы и с друзьями можем обходиться так же, как и… с неприятелями нашими!»
У меня возникла лишь одна мысль: как хорошо, что мы живём в другое время!
Нашла я в тексте и несоответствие историческим фактам. Вот, например:
«В июле долетела с московской стороны чёрная весть: преставился государь, царь и великий князь всея Руси Михаил Фёдорович.
У государя осталось два сына, - казаки знали о том, - и всё равно то здесь, то там заводились, расчёсывались слухи, что наследники слишком малы, а бояре – подлы, что всё теперь пойдёт по шву, что султан уже сбирает тьмы в поход до самой Москвы, и первыми на пути османовых полчищ стоять – казакам…
…наконец, известили: Москва присягала шестнадцатилетнему, на год старше Степана, сыну усопшего правителя – новому Всея Руси государю, царю и великому князю Алексею».
Открываем википедию.
«Михаи́л Фёдорович (12 [22] июля 1596, Москва — 13 [23] июля 1645, Москва) — первый русский царь из династии Романовых».
Видим, что Михаил Фёдорович умер в 1645 году. Смотрим насчёт сыновей. Википедия говорит, что у него было три сына: Алексей Михайлович (1629-1676), Иоанн Михайлович (1633-1639) и Василий Михайлович (1639-1639). Получается, что на момент смерти Михаила Фёдоровича в живых был только один наследник – Алексей Михайлович, который и стал царём Всея Руси в свои 16 лет. Без выбора.
Роман заканчивается очень правильным и в любое время актуальным посылом, заветом, который отец Степана оставил своим сыновьям:
«Идёшь по чужую голову – неси и свою».
Но мы хорошо помним, как страшно закончил свою недолгую, но очень бурную жизнь донской казак Степан Разин. Страшные были времена.
