Представьте, что у вас есть рентгеновский аппарат для человеческой души. Вы наводите его на коллегу, который говорит: «Я не против помочь», — а аппарат показывает раскаленную добела сталь обиды и тлеющие угольки карьерного расчета. Вы смотрите на любимого человека, который произносит: «Всё хорошо», — а ваш аппарат видит за этим целую вселенную тоски, страха и невысказанных претензий. Написание пьесы — это и есть сборка такого аппарата в своей голове. Почему именно пьеса? А не роман или рассказ?
Отличный вопрос. Роман — это царство автора-бога. Вы можете лезть в головы персонажей и описывать, что они там на самом деле чувствуют: «Олег смотрел на нее с обожанием, хотя сам того не осознавал». В жизни так не бывает! В жизни мы видим только действие и слышим только слово. Муж молча уходит в другую комнату и хлопает дверью. Что это? Обида? Злость? Отчаяние? Мы не знаем. Мы можем только догадываться. Пьеса — это искусство действия и подтекста. Персонаж на сцене не может повернуться к зрителю