Найти в Дзене
СВОЛО

Сверхпотребление

Нельзя согласиться, что «Все современное западное искусство является левым, потому что оно занимается критикой капиталистического общества» (https://oteatre.info/chto-takoe-levoe-iskusstvo/). Потому что оно – ультраправое: против вообще Этого мира и против этого (со строчной буквы) мира. В случае философского ницшеанства (часто подсознательного) – с идеалом метафизического иномирия. В случае бытового ницшеанства (осознаваемого) – с идеалом сверхчеловека, топчущего обычных людей. Таков был модерн. Негативным и натурокорёжащим. Негативным был и постмодерн: нет того, что достойно быть идеалом. И, естественно, негативизм надоел. С его натурокорёжением. Наступила реакция – с натурокорёжением поменьше и с оптимизмом. Его назвали метамодернизмом. Но надо ли мне оставить идею Шмита о вечной повторяемости стилей, преобразованную мною для себя в вечную повторяемость идеостилей? (Естественно, что это иллюстрируется синусоидой или спиралью; менее естественно, если синусоида – придумано мною – осло

Нельзя согласиться, что «Все современное западное искусство является левым, потому что оно занимается критикой капиталистического общества» (https://oteatre.info/chto-takoe-levoe-iskusstvo/). Потому что оно – ультраправое: против вообще Этого мира и против этого (со строчной буквы) мира. В случае философского ницшеанства (часто подсознательного) – с идеалом метафизического иномирия. В случае бытового ницшеанства (осознаваемого) – с идеалом сверхчеловека, топчущего обычных людей.

Таков был модерн. Негативным и натурокорёжащим.

Негативным был и постмодерн: нет того, что достойно быть идеалом.

И, естественно, негативизм надоел. С его натурокорёжением.

Наступила реакция – с натурокорёжением поменьше и с оптимизмом. Его назвали метамодернизмом.

Но надо ли мне оставить идею Шмита о вечной повторяемости стилей, преобразованную мною для себя в вечную повторяемость идеостилей? (Естественно, что это иллюстрируется синусоидой или спиралью; менее естественно, если синусоида – придумано мною – осложнена инерционными экстремистскими вылетами сверхвверх и субвниз.)

Элиассона, причисляемого к метамодернизму, я уже раз пристроил к мещанскому идеалу. В общем, оптимистическому и с не очень большим натурокорёжением.

А ну? Смогу я другие его вещи к нему пристроить?

Например, такую не очень (если смотреть сквозь ресницы) корёжащую натуру, как «Нью-Йоркские водопады» (с июля по 13 октября 2008). – Ну, вода-то натуральная и падает натурально… В ненатуральном месте… Ну, так на это можно прикрыть глаза.

-2
-3
-4

Видеть ТАКОЕ чудо…

Особо слов не надо. Достаточно одного: сверхпотребление. Американцы – первая нация. Нью-Йорк – первый город.

«Нью-Йорк — самый богатый город в мире. В нём проживает 384 500 миллионеров, 818 центимиллионеров (с капиталом от 100 млн долларов США) и 66 миллиардеров» (Алиса).

Если придерживаться темы чуда, то можно даже такую бесплотность, как тени превратить в невероятное развлечение.

Элиассон. Дом множественных теней. 2010.
Элиассон. Дом множественных теней. 2010.

«…представляющий собой отдельно стоящую деревянную конструкцию с полупрозрачными проекционными экранами вместо стен. Четыре экрана освещаются группами разноцветных ламп, свет которых, смешавшись, проецирует на экраны яркие монохромные оттенки. Когда посетители входят в конструкцию, на стенах появляется множество перекрывающихся цветных теней» (Машинный перевод. https://olafureliasson.net/).

Или вот – цитата из Чудовского:

«Жизнь, устремленная вверх... жизнь растений... Цветок, который тянется к Солнцу, елочка, которая пробивается к свету сквозь тень, лучше выражают чистый идеализм, чем тысячи стихов об идеале. Растения - мечта земли о надземных эдемах, память земли о Творце. Растения - вечный укор горизонтальным взорам человека, который должен сделать усилие, чтобы увидеть небо...».

Так это – идеализм. А для сверхпотребления как?

Элиассон. Ваши ледниковые ожидания. 2012.
Элиассон. Ваши ледниковые ожидания. 2012.

Художнику изготовили и он разложил по окрестностям 5 зеркал с формой от круга до всё более вытянутого эллипса.

И – зрителю не нужно подымать голову, чтоб смотреть в небо.

Но.

Больше ничто у него не поддаётся моему толкованию.

8 ноября 2025 г.