Это была та самая дорога, которую водители называют «зеленым тоннелем» — старый тракт, зажатый с двух сторон непролазной стеной вековых сосен. Днем он был живописен, но ночью… Ночью сосны смыкались в сплошной черный занавес, поглощающий свет фар и любые звуки. Именно здесь, как гласили байки, можно было встретить «Попутчика».
Марк ехал поздно, спешил домой из командировки. Навигатор, обычно такой надежный, вдруг взбесился — карта скакала, голос робота прерывался на полуслове. С проклятием он выключил его и решил ехать по памяти. Машина мягко гуляла по пустой дороге, и единственным светом в кромешной тьме были ее фары, выхватывающие из мрака куски асфальта.
Внезапно, метрах в ста, он увидел фигуру. Человек стоял на обочине, спиной к дороге, неподвижный, как статуя. Он был одет в длинный, до пят, темный плащ, а в руке, опущенной вдоль тела, что-то слабо поблескивало.
Марк сбавил скорость. Было что-то неестественное в этой позе, в этой абсолютной неподвижности. Он прибавил газу, инстинктивно желая проскочить мимо как можно быстрее. И в тот момент, когда он был уже напротив, фигура резко, не поворачивая корпуса, повернула голову на 180 градусов.
Из-под капюшона не было лица. Там была лишь идеальная, фарфоровая маска без единой черты. И все же Марк почувствовал на себе тяжелый, слепой взгляд.
Нога сама ударила по тормозам, но было поздно. Он пронесся мимо. В зеркале заднего вида фигура уже стояла, повернувшись к нему всем телом, и ее рука медленно поднялась, указывая ему вслед. В пальцах поблескивал старый, тусклый компас, стрелка которого бешено вращалась, не находя севера.
Сердце колотилось где-то в горле. Марк давил на газ, смотря вперед, стараясь не отвлекаться на зеркала. Проехал пять минут, десять… И снова увидел его. Того же человека. На том же месте. В той же позе — спиной к дороге. Только теперь он был ближе.
Ледяной комок страха застрял в груди Марка. Это невозможно. Он не сворачивал, не петлял. Он ехал строго прямо.
Он снова промчался мимо. И снова — тот же поворот головы, та же безликая маска, тот же поднятый компас. На этот раз Марк увидел, что стрелка остановилась и указывала прямо на него.
Он зажмурился на секунду, молясь, чтобы это был сон, галлюцинация от усталости. Когда он открыл глаза, дорога перед ним была пуста. Он вздохнул с облегчением, но оно длилось недолго. Впереди, в свете фар, показался знакомый поворот. И на обочине… Снова ОН.
Только теперь фигура стояла лицом к дороге. Маска смотрела прямо на приближающуюся машину. А рука с компасом была вытянута вперед, словно предлагала его взять.
Марк не сбавил скорости. Он решил, что проедет сквозь это наваждение. Но когда до фигуры оставалось метров пятьдесят, она сделала шаг на проезжую часть, прямо на его путь.
Раздался оглушительный удар. Марк почувствовал, как машина на что-то наехала, и резко дернул руль в сторону. Автомобиль закрутило, он вылетел в кювет и с глухим стуком ударился о сосну.
В полной тишине, нарушаемой лишь шипением пробитого радиатора, Марк сидел, дрожа, и пытался осознать произошедшее. Он сбил его. Он сбил это… это существо.
Собрав волю в кулак, он открыл дверь и вылез. Перед его машиной никого не было. Ни тела, ни обрывков плаща. Только на капоте, прямо перед лобовым стеклом, лежал старый, тусклый компас.
Он подошел ближе. Стрелка, прежде бешено вращавшаяся, теперь была неподвижна. Она указывала прямо на него.
Из темноты за спиной донесся шепот, сухой, как шелест опавших листьев. Он раздавался прямо у его уха, хотя вокруг никого не было.
«Ты потерялся. Я укажу путь».
Марк резко обернулся. Никого. Когда он повернулся обратно к машине, он застыл в ужасе. На пассажирском сиденье, прямо за стеклом, сидела та самая фигура в плаще. Безликая маска была прижата к стеклу, а бледная рука с вытянутым указательным пальцем медленно проводила по нему изнутри, словно рисуя невидимый маршрут.
Марк бросился бежать. Он бежал по дороге, не разбирая пути, с одной лишь мыслью — прочь отсюда. Вскоре он увидел вдалеке огни придорожного кафе. Запыхавшийся, в разорванной одежде, он ворвался внутрь.
За стойкой стоял пожилой бармен, с равнодушным видом вытирая кружку.
—Помогите! — выдохнул Марк. — Там… на дороге… какой-то человек! Он преследовал меня! Я сбил его, но тела нет!
Бармен медленно поднял на него глаза. В них не было ни удивления, ни страха. Только усталая печаль.
—Темный плащ? Маска? Компас? — спросил он глухим голосом.
Марк только кивнул, не в силах вымолвить слово.
—Он не преследует тебя, сынок, — бармен тяжело вздохнул. — Он просто показывает тебе дорогу. Ту, по которой ты уже едешь. Давно.
Он отвернулся и продолжил вытирать кружку.
—Но куда? — прошептал Марк.
Бармен снова посмотрел на него, и на этот раз в его глазах было что-то невыразимо жуткое.
—Ты разве не понял? Ты же уже мертв. Твоя машина в кювете. Ты не смог выбраться. А он… он провожает заблудших водителей. Чтобы они не сбились с пути в вечной ночи.
Марк оглянулся на запотевшее окно кафе. На нем, будто изнутри, кто-то медленно вывел мокрой пальцем одну-единственную фразу: «Конец маршрута». А за стеклом, в кромешной тьме, стояла знакомая фигура с поднятым компасом. Стрелка, ровная как штык, была направлена прямо на него.