Я проснулась от стука в дверь. Резкого, настойчивого. Леня рядом тоже вскочил, посмотрел на часы. Половина третьего ночи. Кто там может быть в такое время?
Стук повторился, еще громче. Я накинула халат и пошла к двери, сердце колотилось. Леня шел следом, хмурый.
— Кто там? — крикнула я.
— Мам, это я! Открой!
Голос дочери. Я открыла дверь, и на пороге стояла Настя. Лицо опухшее, глаза красные, на щеке темное пятно. Я замерла.
— Мам, он меня бьет, — выдавила она и заплакала.
Леня выскочил из дома, даже куртку не надел. Сорвался с места так быстро, что я не успела ничего сказать. Хлопнула дверь подъезда, и его уже не было.
Я обняла дочь и затащила в квартиру. Она тряслась вся, губы дрожали. Я усадила ее на кухне, включила чайник. Руки тоже тряслись, но надо было взять себя в руки.
— Расскажи все по порядку, — сказала я как можно спокойнее.
Настя вытерла слезы рукавом. На ней была тонкая кофта, джинсы. Куртки нет, сумки нет. Видимо, выскочила как есть.
— Мы поругались. Из-за ерунды какой-то. Я сказала, что устала, хочу к вам на выходные приехать. А он начал орать, что я всегда сваливаю, что мне наплевать. Я ответила, что ему вообще на все наплевать, кроме его работы и друзей. Он разозлился и ударил меня. Первый раз вот так сильно.
— Первый раз? — переспросила я. — То есть раньше тоже бил?
Настя отвернулась. Вот тебе и раз. Дочь замужем третий год, и я ничего не знала. Она всегда говорила, что у них все хорошо, что Артем заботливый, внимательный. А теперь сидит на моей кухне с синяком на лице.
— Раньше просто толкал. Или мог схватить за руку сильно. Но чтобы так... нет, не было.
Чайник закипел. Я заварила чай, поставила перед ней чашку. Села напротив.
— Почему ты молчала?
— Не знаю, мам. Мне казалось, что это я виновата. Что я его провоцирую. Он же не просто так злится. Я действительно много претензий предъявляю. И потом, мне стыдно было признаться, что выбрала не того человека.
Я сжала кулаки под столом. Вот так всегда. Женщины винят себя во всем. Я тоже через это прошла с первым мужем, отцом Насти. Он тоже поднимал руку, и я тоже думала, что сама виновата. Пока не ушла с маленьким ребенком на руках.
— Ты ни в чем не виновата. Слышишь? Мужчина, который бьет женщину, просто урод. И точка.
Настя кивнула, но я видела, что не верит. Еще не до конца осознала.
— Где Леня? — спросила она.
— Не знаю. Выскочил, когда ты сказала про побои. Наверное, к Артему поехал.
— Мам, только не надо драки! — испугалась дочь.
— Поздно уже волноваться. Знаешь же, какой у него характер.
Леня был моим вторым мужем. Мы познакомились, когда Насте было десять. Он сразу принял ее как родную. Вырастил, можно сказать. Водил в школу, помогал с уроками, когда я работала. Настя его папой не называла, но относилась с уважением и любовью. А он ее обожал. Дочка выросла, вышла замуж, а Леня все равно считал ее своим ребенком.
И сейчас поехал разбираться. Я представила, как он врывается в их квартиру. Артем высокий, спортивный, но Леня крепкий мужик, хоть и пятьдесят пять уже. На стройке всю жизнь работает, руки тяжелые. Если начнется драка, не поздоровится никому.
Телефон зазвонил. Леня. Я схватила трубку.
— Ты где?
— Под их домом стою. Он не открывает дверь. Я в домофон трезвонил, кричал, чтобы вышел. Тишина. Сволочь трусливая.
— Возвращайся домой. Не надо там устраивать цирк.
— Я ему морду разобью!
— Леня, я сказала, домой! Настя здесь, ей плохо. Приезжай.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ ЮТУБ
АУДИОИСТОРИИ — ЗДЕСЬ
Он помолчал, потом выругался и бросил трубку. Но я знала, что он вернется. Когда я таким тоном говорю, он слушается.
Настя допила чай и посмотрела на меня.
— Что мне теперь делать?
— Оставайся у нас. Будешь жить в своей комнате. Завтра съездим, заберем твои вещи. Когда Артем на работе будет.
— А если он не отпустит? Если придет сюда?
— Пусть попробует, — сказала я жестко. — Леня ему все объяснит.
Дочь кивнула. Она выглядела такой маленькой и потерянной. Двадцать шесть лет, а сидит как ребенок напуганный. Я встала, обняла ее.
— Все будет хорошо. Обещаю.
Леня вернулся минут через сорок. Злой, красный. Прошел на кухню, плеснул себе воды, выпил залпом.
— Трус поганый, — процедил он сквозь зубы. — Прячется.
— Хорошо, что не открыл, — сказала я. — А то бы ты сейчас в полицию ехал.
— Да пусть! Я бы с удовольствием ему все кости переломал!
Настя смотрела на него виноватым взглядом.
— Извини, что втравила вас во все это.
Леня подошел, положил руку ей на плечо.
— Не говори глупостей. Ты моя дочка. И никто тебя не смеет обижать. Понятно?
Она кивнула и снова заплакала. Я налила Лене чаю, и мы сидели втроем молча. За окном начало светать.
Утром я позвонила на работу, сказала, что заболела. Леня тоже остался дома. Настя спала до обеда, а когда проснулась, выглядела чуть лучше. Синяк на щеке посинел окончательно, но опухоль спала.
— Надо ехать за вещами, — сказала я. — Артем сейчас на работе?
— Должен быть. У него смена до шести.
— Тогда собирайся. Леня, поедешь с нами?
— Еще спрашиваешь, — буркнул он.
Мы поехали на такси. Настя жила на другом конце города, в новостройке. Квартира небольшая, однушка. Они купили ее в ипотеку. Вернее, Артем оформил на себя, а Настя помогала выплачивать. Теперь вот как быть с этим, не знаю.
Настя открыла дверь своими ключами. В квартире был разгром. Кухонный стул валялся на полу, на столе разбитая тарелка. Видимо, после того как Настя ушла, он еще побесился.
Дочь прошла в спальню и начала складывать вещи в сумку. Я помогала ей. Леня ходил по квартире, хмурился.
— Сволочь, — повторял он. — Сволочь конченая.
Мы собрали все необходимое минут за двадцать. Одежду, обувь, документы, косметику. Настя взяла еще несколько книг и фотографию со свадьбы. Я удивилась.
— Зачем тебе это?
— Не знаю. Просто хочу.
Леня вынес сумки в коридор. Мы уже собирались уходить, когда дверь открылась. На пороге стоял Артем. Высокий, широкоплечий, с квадратной челюстью. Красивый парень, ничего не скажешь. Раньше мне он нравился. Воспитанный, вежливый. Я радовалась, что дочь нашла такого мужа. А теперь смотрю на него и вижу только мразь.
Он посмотрел на нас, потом на сумки.
— Ты что, уходишь? — спросил он Настю.
— Да, — ответила она тихо.
— Настя, ну зачем? Прости меня. Я был не прав. Это больше не повторится.
— Повторится, — вмешалась я. — Всегда повторяется.
Артем посмотрел на меня с раздражением.
— Вы вообще какое право имеете?
— Имею, — ответила я жестко. — Я ее мать. И я не позволю тебе ее калечить.
— Никто ее не калечит! Мы просто поругались!
Леня шагнул вперед. Он был на голову ниже Артема, но сейчас выглядел опаснее.
— Еще слово скажешь, и я тебя через окно выброшу. Ясно?
Артем сглотнул. Он явно не ожидал такого отпора.
— Настя, останься. Мы все обсудим. Я обещаю, что изменюсь.
— Нет, — сказала дочь. Голос дрожал, но она смотрела ему в глаза. — Я ухожу.
Мы вышли из квартиры. Артем не пытался нас остановить. Только стоял в дверях и смотрел вслед. В такси Настя заплакала опять.
— Почему он так изменился? Раньше был другим.
— Не изменился, — сказала я. — Просто показал свое настоящее лицо. Такие люди сначала обаятельные, внимательные. А потом, когда женщина уже привязалась, начинают показывать характер.
Настя молчала. Леня сидел рядом с водителем и смотрел в окно. Кулаки у него были сжаты.
Дома я устроила дочь в ее старой комнате. Мы не стали ее переделывать после свадьбы, оставили как есть. Настя разложила вещи, легла на кровать.
— Можно я просто полежу?
— Конечно. Отдыхай.
Я вышла, прикрыла дверь. На кухне Леня заваривал кофе.
— Что теперь будет? — спросил он.
— Не знаю. Разведутся, наверное. Надо к юристу сходить, узнать, как делится квартира.
— Думаешь, он просто так отпустит?
— А что он может сделать? Если Настя решит уйти, он ее не удержит.
— Может начать звонить, приходить. Уговаривать.
— Пусть попробует. Я ему все скажу, что думаю.
Леня кивнул и налил кофе в две чашки. Мы сели за стол.
— Помнишь, как мы познакомились? — спросил он неожиданно.
Я улыбнулась. Конечно, помню. Столько лет прошло, а я помню каждую деталь того дня. Я работала в магазине продавцом, а он пришел за краской. Разговорились о ремонте, потом он пригласил меня в кафе. Через полгода поженились.
— Помню. Ты купил тогда самую дорогую краску, хотя тебе нужна была обычная.
Он усмехнулся.
— Я просто хотел подольше с тобой поговорить. Ты мне сразу понравилась.
— И мне ты понравился. Надежный такой, спокойный.
— А я сразу понял, что ты правильная женщина. Не из тех, кто истерики закатывает. И Настю сразу полюбил. Девчонка хорошая была.
— И сейчас хорошая.
— Да, но этот урод ее сломать хотел.
Мы допили кофе. В комнате у Насти было тихо. Видимо, уснула. Оно и правильно, ей надо отдохнуть.
Телефон зазвонил. Настин. Я взяла трубку. Артем.
— Алло, это я. Можно с Настей поговорить?
— Нет, нельзя. Она спит.
— Разбудите ее, пожалуйста. Мне надо с ней поговорить.
— Не надо тебе ничего. Оставь ее в покое.
— Вы не имеете права мне указывать! Это моя жена!
— Была твоя жена. Теперь она здесь, в безопасности. И если ты хоть раз попытаешься к ней подойти, я вызову полицию. Понял?
Он помолчал, потом бросил трубку. Я положила телефон на стол. Леня посмотрел на меня.
— Молодец.
— Надоел уже. Думает, что все ему простится.
Настя вышла из комнаты часа через два. Умылась, переоделась. Выглядела лучше.
— Артем звонил?
— Да. Я ему сказала, чтобы не беспокоил.
— Спасибо, мам.
Она села за стол. Леня поставил перед ней тарелку с супом.
— Ешь. Давно ничего не ела.
Настя послушно начала есть. Мы сидели молча. Потом она вдруг сказала:
— Я виновата. Надо было раньше уйти.
— Не виновата ты ни в чем, — ответила я. — Просто так сложилось.
— Нет, я виновата. Я видела, что он меняется. Что становится агрессивным. Но думала, что это пройдет. Что он успокоится. А он только хуже становился.
Леня положил руку ей на плечо.
— Главное, что ты ушла. Вовремя. Некоторые всю жизнь терпят, а потом уже поздно что-то менять.
Настя кивнула. Доела суп и встала.
— Я пойду прогуляюсь. Голова болит.
— Возьми ключи. Мы дома будем.
Она оделась и вышла. Я посмотрела на Леню.
— Справится?
— Справится. Она сильная. В тебя пошла.
Я улыбнулась. Хотелось верить, что так и есть.
Вечером Настя вернулась спокойная. Мы поужинали все вместе, посмотрели телевизор. Она рано легла спать, а мы с Леней еще посидели на кухне.
— Думаешь, он отстанет? — спросил муж.
— Не знаю. Посмотрим. Если нет, будем действовать по обстоятельствам.
Через два дня Артем пришел к нам. Позвонил в дверь, я открыла. Он стоял с букетом цветов.
— Можно мне с Настей поговорить?
— Нет, нельзя. Она не хочет тебя видеть.
— Просто пять минут. Я все объясню.
— Нечего объяснять. Все ясно и так.
Настя вышла в коридор. Увидела Артема и остановилась.
— Что ты здесь делаешь?
— Пришел поговорить. Настя, прости меня. Я был не прав. Это больше никогда не повторится.
— Ты уже говорил это. Я не верю.
— Я изменюсь. Схожу к психологу. Сделаю все, что ты скажешь. Только вернись.
Настя покачала головой.
— Нет. Я подам на развод. И больше не хочу тебя видеть.
Артем побледнел. Цветы выпали из его рук.
— Ты серьезно?
— Абсолютно.
Он постоял еще немного, потом развернулся и ушел. Настя закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Я подошла, обняла.
— Правильно сделала.
— Да. Я знаю.
Через неделю она подала на развод. Артем не сопротивлялся. Квартиру он оставил себе, отдал ей только ее часть денег. Настя не стала спорить. Сказала, что хочет побыстрее закончить с этим.
Она устроилась на новую работу, начала снимать квартиру недалеко от нас. Я переживала, что ей будет тяжело одной, но она справлялась. Приходила к нам каждые выходные, мы готовили вместе, разговаривали.
Однажды она сказала:
— Спасибо вам. Что не отвернулись. Что приняли меня той ночью.
— Мы же семья, — ответила я. — Всегда будем рядом.
Леня кивнул.
— И если кто-то снова попытается тебя обидеть, я ему голову оторву.
Настя засмеялась. Первый раз за долгое время. Живой, настоящий смех. Я посмотрела на нее и подумала, что все будет хорошо. Обязательно будет.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ ЮТУБ
АУДИОИСТОРИИ — ЗДЕСЬ