Галина вернулась домой после чаепития у подруги, жившей на соседней улице, и, войдя в дом, громко охнула. В гостиной и в её спальне были выпотрошены все ящики и полки, но главное, что на полу валялся платок, в который она заворачивала деньги на чёрный день. Галина проверила полку шифоньера, где хранила сбережения, но под старым свитером ничего не оказалось. Вытащив из кармана плаща телефон, она тут же позвонила старшему сыну.
– Андрюша, сынок, он взял мои деньги, – всхлипнув, сообщила она. – Добрался всё-таки, представляешь, паршивец! У родной матери украл, всё до копейки взял.
– Сергей тебя обокрал? Пиши заявление в полицию, – холодно ответил Андрей.
– Нельзя же так, он ведь мой сын, – тихо возразила Галина. Она была мягким человеком и всё спускала с рук своим детям, особенно младшему, который даже к тридцати семи годам не устроил свою жизнь.
– Ещё как можно, мама. Помнишь, что Серёга выкинул в прошлый раз? Он обвинил нас, что мы ему чего-то не додали! Ты его во все места целовала, вот он и бесится от безнаказанности.
– Андрей, как ты можешь так со мной говорить? – жалобно пролепетала Галина. Она привыкла во всём полагаться на старшего сына, успешного семьянина, готового всегда прийти на помощь родным и недолюбливавшего младшего брата за расхлябанность, но предпочитала не признавать огрехи своего мягкого воспитания. После смерти супруга Галины шесть лет назад Сергей постоянно дёргал мать из-за своих проблем, просил денег и никогда не возвращал обратно. Он перестал уважать её как родителя и знал, что она никогда не откажет. Привычка справляться с неприятностями с помощью алкоголя стоила Сергею семьи. Жена Дарья с двумя малолетними детьми ушла от него и запрещала видеться с ними, пока он не бросит пить.
– Мам, ты своим милосердием и Серёге хорошо не делаешь, и себе жизнь отравляешь. Он же постоянно тебя до слёз доводит или до скачков давления. Я приеду после работы, и мы вместе заявим на него в полицию. Моё терпение лопунло. Я больше не хочу иметь с ним ничего общего, и тебе давно пора сделать то же самое, а не жалеть его. Он взрослый мужик. Раз детей сумел заделать, то и нести ответственность за собственную жизнь уже должен был научиться.
Весь день Галина сокрушалась над поступком Сергея и отношением к нему Андрея. Ей было больно, что сыновья не ладят друг с другом. Что они с мужем упустили в их воспитании? Когда всё пошло не так? Почему дети отдалились друг от друга? Раньше она гордилась тем, что Андрей, родившийся раньше на десять лет, всегда был опорой для Сергея, приучал его к порядку и дисциплине, защищал от хулиганов, рассказывал о вреде курения и помогал в учёбе. Теперь же Андрей был разочарован в брате и не желал давать ему ещё один шанс. Галина и сама понимала, что обманывается в Сергее, ведь, несмотря на все его заверения исправиться, найти стабильную работу и наладить отношения с семьёй, он опускался всё ниже и ниже и достиг дна, обворовав её.
***
Поздний ужин в компании Андрея прошёл в неловкой тишине. Он видел грусть в глазах матери и не хотел давить, но ему придётся стать злодеем, чтобы убедить её отказаться от помощи Сергею. Он не заслуживал нового шанса на прощение, ведь своим поступком перечеркнул доверие к себе и в очередной раз доказал: для него нет ничего важнее, чем бутылка пива в компании такого же беспечного дружка.
Около четырёх часов утра Галину поднял телефонный звонок инспектора ДПС, сообщившего, что Сергей попал в аварию.
– Он жив? Скажите, что с моим сыном? – мгновенно проснулась Галина после услышанного.
– Жив, но при столкновении со столбом получил множественные переломы. Сейчас его везут в шестую городскую больницу. Как придёт в себя, допросим.
– Как же это произошло? У него даже нет машины. Всё его дружки проклятые! Это они его к пиву приучили, они ему жизнь испортили!
– Радуйтесь, Галина Романовна, что Сергей жив остался, и дружок его, что рядом с ним сидел. Он в столб угодил, потому что чуть не наехал на велосипедиста. Тот успел вовремя соскочить с велосипеда и не попал под колёса, только транспорт его смяло под колёсами автомобиля.
***
Андрей с трудом успокоил мать, которая лила слёзы в палате Сергея, не пришедшего в себя после аварии. Он был весь в бинтах и трубках, и даже старшему брату, что давно махнул рукой на неблагополучного родственника, было страшно на него смотреть.
Сергей, узнав о произошедшем после того, как пришёл в себя, не смог выдержать полного отчаяния взгляда матери и выгнал её из палаты.
– Сыночек, за что?
– Уйди! Прошу тебя, уйди, оставь меня! – повторял Сергей, отвернувшись. – Не хочу тебя видеть!
– Идём, мам. – Андрей взял мать за плечи и повёл в коридор. – Он сам знает, что ему нужно. Избавим его от нашего присутствия. Пусть теперь крутится, как хочет. Давно пора было.
– Но я ведь не виновата, – бросив на Сергея последний взгляд, произнесла Галина дрожащими губами. – Я всё для него делала, всё! Как он теперь без меня весь переломанный?
Оставив накачанную успокоительными мать со своей приехавшей в деревню супругой, Андрей вернулся к брату, чтобы раз и навсегда покончить с их сложными взаимоотношениями.
– Ну и зачем ты так с мамой? – резко спросил он, войдя в палату, но тут же понизил голос, заметив на лице брата слёзы.
Сергей смотрел в стену, не отрывая взгляда. Он ответил не сразу и, заговорив, не решился поднять на Андрея глаза.
– Я опустился… я не знаю, что теперь делать. Я чуть не убил двоих и сам чуть не погиб, а я даже ничего не помню. Не помню, как мне пришла идея съездить в город за пивом, потому что наши магазины работают до полуночи, не помню, как гнал по дороге, как налетел на велосипед того парнишки. Представляешь, если бы он не спрыгнул с велосипеда. – Сергей перевёл на брата стеклянный взгляд. – Я был бы убийцей, а Лиза и Дима были бы детьми убийцы. Я потерял над собой контроль, не ночью, а вообще – над своей жизнью. Я давно не понимаю, что творю и чего хочу. Меня нужно изолировать, посадить. Я опасен.
Андрей слушал молча. Несмотря на сочувствие, которое он испытывал к Сергею, пока тот был без сознания, он не верил ни единому слову раскаяния. Годы пустых обещаний и бессовестных поступков брата заставили его ожесточиться и смотреть на действия, а не на слова. Раскаяния чудом выжившего алкоголика мало его убеждали. Нужно было время.
– Полиция возьмётся за тебя и без твоего согласия, – ответил Андрей холодно, но не увидел в глазах Сергея привычного сопротивления. Даже в детстве, когда Сергей баловался и просил прощения, по его глазам можно было сказать, что он не считает себя виноватым, но в этот раз Андрей не заметил мятежного огонька во взгляде. Сергей казался искренним и не на шутку перепуганным ночным происшествием.
– Я не могу видеть маму, я обидел её… Нет, хуже, я её предал, растоптал её веру в меня. Мне так стыдно.
Вошедший в палату врач попросил Андрея выйти. Сергею требовался отдых и покой, а сложные разговоры пришлось отложить на потом.
***
За вождение в нетрезвом виде без прав Сергея обязали выплатить крупный штраф и приговорили к общественным работам. Он избежал тюрьмы благодаря тому, что его впервые привлекли к ответственности перед законом.
Галина часто навещала сына в больнице, подбадривая его, но Андрей скептически отнёсся к намерениям брата изменить свою жизнь. Первое время из-за приёма некоторых препаратов Сергею нельзя было пить, и он начал свой путь отказа от любимых напитков гораздо раньше, чем планировал. За несколько месяцев Сергей восстановил здоровье, отработал положенные часы и выплатил штраф не без помощи родных. Летом он работал на полях, и тяжёлый труд выматывал его настолько, что о выпивке он думал в последнюю очередь.
Андрей, сомневавшийся в успехе затеи Сергея, начал чаще приезжать к матери и приятно удивлялся каждый раз, когда заставал брата в трезвом состоянии.
– Твои девчонки у мамы? – спрашивал брата Сергей, принимая его в своём скромном, но убранном доме. Он старался занимать себя делом, как только появлялось свободное время, чтобы не упасть в пучину сомнений и страхов, поэтому в доме и на участке теперь царил порядок, а кулинария стала его новым хобби.
– Да, летом им здесь нравится больше всего. А как у тебя дела? Даша ещё против твоих визитов?
– Потихоньку оттаивает, – улыбнулся Сергей. За его улыбкой стояло много труда, много борьбы с самим собой: с привычками, желаниями, с удобством. Он старался ради того, чтобы вновь увидеть своих детей, чтобы вернуть семью и доказать им, что он способен заботиться не только о себе, но и о них.
– Держись. – Андрей похлопал брата по плечу. – Честно говоря, я в тебе сомневался до прошлого месяца, но теперь вижу, что ты не обманул. Ты действительно завязал.
– Я же говорил, – ответил Сергей беззлобно. – Пьянка многое у меня отняла, но я не собираюсь сдаваться. Я ради семьи готов на всё, и вы с мамой тоже моя семья. Я несколько раз извинился перед мамой за те деньги. Как подумаю, что взял их в тот день, в дрожь бросает. Я тогда не был собой, и вообще по жизни не был приятным человеком, всё время ждал, что кто-то принесёт мне на блюде всё готовое. А теперь, когда приходится добиваться всего своими силами, я понимаю, как это приятно, знать, что сам чего-то достиг, что всё благодаря моим усилиям.
– Ты действительно стал другим, даже внешне изменился. Даша это оценит, я уверен.
– Мне важно, чтобы и мама меня простила. Она человек огромного терпения, но я столько раз её обманывал, – вздохнул Сергей.
– Мама давно тебя простила, главное, ты себя прости. С тем парнем всё обошлось, ты, он и твой приятель остались живы, значит, всем вам выпал второй шанс.
***
Галина не могла нарадоваться, что в её семье снова царил мир и покой. Она жалела, что покойный супруг не видел, как изменился их младший сын, и как их дети вновь сдружились.
– Ты не представляешь, Володенька, каким стал наш Серёжа, – говорила она негромко, глядя на портрет мужа на надгробии и святясь от гордости. – Он теперь совсем другой: самостоятельный, трудолюбивый, готов положить к ногам Даши и детишек весь мир. Она по-прежнему живёт у сватов, пока не возвращается к нему, но я уверена, что скоро они снова заживут вместе. Вот такие у нас новости, мой дорогой. Вот ещё что: я решила позвать гостей на свой день рождения. В прошлом году Серёжа в больнице лежал, Андрей его знать не хотел, да и мне не до праздников было. Сейчас самое время собраться всем вместе и отдохнуть, как одна семья. Нам будет очень не хватать тебя за столом, – смахнув слезу, сказала Галина, дотронулась до холодного камня и простилась с Владимиром.
***
Андрей с семьёй в день рождения Галины приехал к ней утром и громкими поздравлениями поднял ей настроение. Они вместе готовили и накрывали на стол. Позже к родным присоединился Сергей, приподнёсший матери букет хризантем и подарок, обёрнутый в яркую упаковочную бумагу.
– Молодец, заморочился, – прошептала Андрею на ухо жена. – Вот бы и Даша к нему вернулась. Я её, конечно, понимаю, но Сергей действительно за ум взялся.
– Всё у них будет, – ответил Андрей и погладил жену по спине. – Они разберутся.
Сергей чувствовал себя расслабленно в кругу тех, кого подводил многие годы. Он произносил тосты, поднимая стакан с соком, много шутил, общался с племянницами, но с трудом скрывал тень сожаления при виде дочерей брата. Ему очень хотелось увидеть собственных детей, прижать их к себе, попросить прощения и заверить, что больше никогда не обидит их и маму.
Галина раскладывала торт по десертным тарелкам, когда раздался стук в дверь.
– Заходите! Мы как раз чай пить собираемся, – прокричала она, не отходя от стола. – Серёжа, сынок, посмотри, кто там пришёл.
– А ты прямо всех так к столу приглашаешь, без разбора? – спросил он с улыбкой и замер посреди комнаты. В коридоре стояла Дарья с сыном на руках, пока их старшая дочь снимала сапожки. – Господи, – выдохнул он. – Ты их пригласила? – взглянул он на мать, и Галина кивнула.
– Папа! – крикнула Настенька и побежала к нему навстречу. Сергей обнял её и закружил, крепко прижав к себе.
– Как же я соскучился! – он поцеловал дочь в щёку. – Ты так изменилась, доченька, совсем другая стала.
– А нас обнимешь? – спросила Дарья, подойдя ближе. Она смотрела на мужа несмело, но Сергея дважды просить не пришлось. Он был готов лопнуть от переполнявших эмоций. Он вновь со своими самыми родными и дорогими людьми, он больше не видит на лице жены разочарования. Он снова на своём месте.
– Спасибо вам, спасибо! – смахнув слезу, Сергей поцеловал всех по очереди и вдохнул аромат туалетной воды Дарьи. – Я всё понял, я изменился. Я больше никогда не сделаю вам больно, никогда не обижу и не напугаю. Я так счастлив, вы не представляете!
– Мы верим, – заверила Дарья шёпотом. – Я верю.
---
Автор: Мария М.