Ответный ход "Бурана"
Американцы строили свой "Спейс шаттл". Мы, естественно, не могли остаться в стороне. Ответом и стал "Буран". Это был корабль-ракетоплан многоразового использования. Правда слетал он один раз. Но, на это были уже другие причины.
В 1972 году Никсон объявил о новой программе. Называлась она "Спейс Шаттл". Программа, разумеется, была объявлена национальной. Планировали строить четыре корабля. Совершать по шестьдесят полетов в год. Деньги на это дело отпускались немалые – 5,5 млрд $. И это в деньгах 1972 года.
Челнок из СЩА, по задумке, должен был выводить на орбиту чуть ли не 30 тонн. А обратно возвращать – всего до 15-ти. Цифры, надо сказать, вызывали в СССР тихую оторопь. Американцы и так с помощью своих одноразовых ракет выводили около 150 тонн в год. А тут замахнулись сразу на 2 000. С орбиты же они почти ничего не возвращали.
Советскому Союзу они, конечно, объяснили, что главное тут – снижение транспортных расходов. Мол, экономика. В СССР тогда кое-что просчитали. Тогда было кому это делать. Выяснили, что насчет экономии – это американцы слабую "сказку" придумали. Никакого снижения затрат у них не предвиделось. И у программы другая цель. Вовсе не гражданская. А совсем наоборот. Что, в общем-то, было ожидаемо. Холодная война продолжалась.
Потому "Буран" изначально рассчитывался тоже как военная система. Иначе в тех условиях быть не могло.
Но была у "Бурана" одна особенность. Которой не было ни у кого. Он летал на полной автоматике в автономном режиме. Этот сейчас "беспилотники" – обыденность в технике и на войне. Но тогда на дворе был конец 80-х...
Полет назначили на холодное утро 29 октября 1988 года. "Буран" привезли на Байконур, прицепили к самой мощной в мире ракете "Энергия" и собирались запустить в небо. За 51 секунду до старта автоматика "отменила" запуск. Какая-то ферма с приборами отошла не так. Уже тогда стало ясно: главный пилот у этого корабля – не человек.
Успешный старт состоялся 15 ноября, в 6-00 по Москве. Погода, как нарочно, испортилась. Пускать корабль в такую непогоду казалось безумием. Но техническое руководство, махнув рукой, дало добро. Ракета "Энергия" оторвалась от земли и понесла "Буран" в космос.
С этого момента человек окончательно стал зрителем. В 06:08 корабль отделился от носителя и начал жить своей, независимой жизнью. Он сам вышел на орбиту, сам перезагрузил свою оперативную память, сам перекачал топливо из носовых баков в кормовые – для правильной центровки при посадке.
Два витка вокруг Земли заняли 206 минут. Интересное началось на обратном пути. В 08:20 бортовой компьютер включил двигатель, и "Буран" лег на курс домой. В 08:53, на высоте 90 километров, связь с ним прервалась – корабль вошел в плазменный кокон, раскаленный до тысяч градусов.
В 09:11 его поймали локаторы. Он летел со скоростью, в десять раз превышающей звуковую. И тут случилось неожиданное. "Буран" не пошел на посадку по стандартной схеме. Он вдруг заложил левый крен и ушел в сторону. Наземные операторы замерли. Позже выяснилось – "электронный пилот" рассчитал, что энергии для гашения слишком много, и выбрал более длинный, оптимальный путь. Программа сама нашла верное решение.
В 09:21 он вышел на посадочную глиссаду. Его уже сопровождал самолет МиГ-25. В 09:24 "Буран", борясь с сильным боковым ветром, коснулся посадочной полосы. Пробег ракетоплана составил 1 620 метров. Отклонение от оси выбега – всего 3 метра. Для первого и единственного полета – это высокая точность.
Через 10 минут после остановки ЦУП подал последнюю команду – обесточить системы. Корабль-самолет, совершивший первый в мире полностью автоматический полет в космос и обратно, замер на полосе.
Потом его поставили в ангар, где он медленно разрушался. Империя Союза треснула. Идея оказалась не нужна. Политика и экономика возобладали, и страна переходила на новые рельсы. Но тот ноябрьский полет остался в истории. Как напоминание о том, что мы могли...
