Диспетчер по рации продиктовала новый наряд:
– Вызов в центр. Женщина без двух лет тридцать, головная боль.
Она открыла бригаде, держась за косяк входной двери. Молодая, ухоженная женщина в розово-лиловом халатике.
– Голова раскалывается, – с трудом произнесла пациентка. – И рука онемела.
– Как вас зовут?
– Ма-ри-на, – поступил медленный по слогам ответ.
Фельдшер Павел насторожился и пригляделся: одна половина лица уехала прямо при нем. Он сразу помог больной дойти до комнаты и положил ее на кровать.
– Какая рука, говорите?
– Левая. С-на-ча-ла просто покалывало, теперь вообще не чувствую.
Речь женщины была то смазанной, то снова становилась четкой.
– Улыбнитесь, – попросил медицинский работник.
Гримаса вышла кривой, левый угол рта вообще не поднимался.
– Теперь поднимите обе руки и так держите.
Правая поднялась легко, а вот левая никак.
– Настя, срочно за волокушами! И народ найди! – отдал команду старший по бригаде своей молодой напарнице.
Пока он «колдовал» над больной, его напарница сбегала за носилками и постучала в соседнюю дверь. Открыл парень под два метра ростом, широкоплечий, на вид трезвый.
– Помогите, пожалуйста! Соседку вашу на носилках спустить нужно!
– Некогда нам, – сказал он недовольно и попытался закрыть дверь.
– Как некогда?! – Настя не отступала. – Человеку же плохо!
Из-за спины первого выглянули еще двое – копия старшего, такие же рослые.
– Че надо-то? – спросил второй резко.
– Говорю, помочь спустить женщину...
– Мы заняты, – отрезал третий.
На шум из глубины коридора квартиры братьев выглянула женщина лет семидесяти – их мать. Затем она вышла на площадку, любопытно заглянув в открытую дверь квартиры пациентки, где Павел продолжал вовсю работать.
Братья последовали за ней.
Из комнаты донесся слабый голос Марины:
– Ле-ша? Ки-рилл? Макс-сим? Это вы?
Братья переглянулись.
– А, Маринка, – неловко пробормотал старший.
Она откинула голову назад, продолжая лежать на кровати в комнате. Похоже женщина слышала весь разговор.
– Вас... же про-си-ли... – слова давались ей с трудом, – когда ваша ма-ма... в больнице ле-жа-ла... Я про-дук-ты носила... Де-нег да-ва-ла...
Повисла неловкая тишина.
Братья уставились в пол. Их пожилая мать, стоявшая рядом побагровела.
Марина, сглотнув слюну, с горечью добавила:
– Толь-ко и по-мо-гай... пос-ле эт-того... лю-дям...
Соседка перевела взгляд с Марины на своих сыновей. Лицо ее исказилось:
– Так! – строго сказала она. – Марину вниз! Живо!
– Да, ма, мы же того...
– Шементом, я сказала, все трое! – она схватила старшего за ухо и тот неожиданно согнулся пополам, пытаясь отстраниться.
Женщина шепотом, но все-таки достаточно слышно сказала ему на ухо:
– Если она про это потом всем расскажет, нам в этом доме больше никто в долг ни то что рубля, копейки не даст! А ну, быстро!
Братья, не говоря ни слова, закивали головами, и когда все было готово, они наконец-то помогли фельдшерской бригаде.
Внизу младший брат, глядя в куда-то сторону, пробормотал:
– Поправляйтесь.
Задние двери кареты «03» захлопнулись и можно было держать путь в региональный сосудистый центр. В пути терапия СМП продолжилась, как и опрос в ходе которого выяснились возможные причины.
– Принимаете противозачаточные?
– Да, а что?
– По назначению врача?
– Нет. Сама.
– Ну возможно они и привели к этой беде. Риск от их бесконтрольного приема довольно велик.
Марина заплакала:
– Я же мо-ло-дая... как же теперь ра-бо-та, мои пла-ны...
– Не все так страшно, – ответил Павел. – Первые часы – самые важные. Вам должны помочь.
Настя держала её за руку:
– Главное, что вы сразу вызвали. Многие терпят, думают, само пройдет.
Паша добавил:
– Точно. При инсульте счет идет на минуты и, чем раньше начинается лечение, тем больше шансов на восстановление.
Марина кивнула, вытирая слезы здоровой рукой.
В этот раз бригаде удалось предупредить развитие пагубной истерики, подтвердив в очередной раз простую медицинскую истину: правильно подобранные слова – первый, но пожалуй, самый главный на этом этапе шаг в сторону выздоровления больного.
Через полчаса женщина была доставлена в неврологический ОРИТ и принята дежурным реаниматологом, что, впрочем, совсем другая история, а что вы думаете после прочтения этой?
Пожалуйста, оцените текст. Каждый палец вверх — знак интереса к темам, которые я поднимаю в своих публикациях.
Ваш автор, Саша Док.