Птица может быть индивидуальностью. Но с яркостью это проявляется нечасто. Обычно запоминается то, что служит отличием всего вида в целом. Запоминается также «калейдоскоп природы»: сочетание особенностей света, как он льется с небес, птичьего голоса, цветовые рефлексы от птичьего пера, меняющие фон с цветущим густым вишенником. Запоминается, в конце концов, собственное самочувствие и недолгое обладание радостью. А птица… Она ложится в память как строчка в бесконечном рациональном списке «что видел на своей летней орнитологической тропе». Но вот вычищаю от мусора фотопапку и вдруг натыкаюсь на варакушку, который претендует на индивидуальность. Из бессчетного числа варакушек характером и манерой поведения запомнился только он. Был тороплив, необдуманно поспешен. В дождливый июньский день я встретил его на тропинке у Елшанки, где он ловил жуков, стрекоз, пауков. Бегал от одной насекомовской присады к другой – как сказочный герой, нечаянно попавший в пещеру Аладдина: «Моё! Моё! Всё моё!.