Мария мчалась по почти пустой трассе, то и дело поглядывая на пейзажи вокруг. Июль был в самом разгаре, лето вовсю радовало теплом. По обеим сторонам дороги тянулись поля, усеянные яркими цветами - бирюзовыми, желтыми, красными и фиолетовыми, на фоне сочной зелени. В этих местах вообще красота невероятная. Жаль только, что Алексей на дух не переносил поездки сюда, на дачу к родителям, в эту Сосновку.
— В детстве здесь все уже надоело, — как-то нехотя объяснил муж. — А родителям просто удобно было меня сюда спихнуть и самим отдыхать.
Мария в этом мужа не понимала. Будь она на его месте, радовалась бы каждой минуте в таком живописном уголке, особенно в детстве, особенно на каникулах. Здесь и речка под боком, и лес, места просто загляденье. Хоть фильм снимай про сказку. И в друзьях в Сосновке у Алексея точно дефицита не было. Даже сейчас, в редкие наезды сюда, нет-нет да заглянет к нему кто-то из старых приятелей детства. Те самые ребята, с которыми Алексей гонял на велике по тихим проселочным дорогам, строил шалаши и плескался часами в теплой речке. И все равно теперь, став взрослым, Алексей старался держаться от Сосновки подальше, но иногда это не получалось. Например, вчера мать попросила помочь с ремонтом. Обычно все такие хозяйственные дела брал на себя Сергей Иванович, отец Алексея и свекор Марии, но сейчас он в больнице. Ничего страшного, просто плановый осмотр. У Сергея Ивановича с возрастом давление начало прыгать. Его жена Ольга Петровна теперь настаивала на регулярных обследованиях в стационаре, чтобы держать все под контролем. Тот нехотя соглашался, деваться было некуда. Ольга Петровна возражения просто не терпела, а тут вдруг крыша на летней кухне потекла. Вот она и вызвала сына на подмогу. А кого еще? Тем более у него как раз отпуск. Мария с радостью поехала вместе с Алексеем. Его родители всегда встречали ее тепло. К тому же женщине здесь нравилось.
Ее собственные бабушка с дедушкой жили в городе, и Мария в детстве завидовала одноклассникам, которые разъезжались на лето по деревням к родственникам. Они потом такие истории привозили, что Марии казалось, будто там совсем другой мир, куда интереснее и ярче обычного. Приятно было наконец оказаться в таком месте, пусть и уже взрослой. Яблоневый сад, уютная беседка, деревянная банька, небольшой двухкомнатный домик, выглядывающий из-за кустов сирени. И запахи — травы и цветы, нагретые солнцем, так пахли, что дух захватывало. Жужжание пчел, птичьи трели, в общем, сплошная красота. Вечерами Мария с Ольгой Петровной устраивались в беседке в саду и пили чай. Мята, листья смородины, клубничное варенье — все это создавало такую атмосферу. Мария с удовольствием провела бы здесь весь отпуск. Нигде больше она не чувствовала себя так спокойно. Нигде на нее не сходило такое умиротворение. А как здесь спалось? Словно в детстве — крепко, глубоко, без забот. Утром ее будили громкие песни птиц. И никакого шума от машин, никаких резких городских звуков. Здесь можно было по-настоящему отдохнуть и набраться сил.
Но Алексей редко привозил жену в Сосновку, да и сам предпочитал сюда не соваться. Вот и в этот раз он выглядел каким-то нервным, недовольным, торопился с делами, чтобы поскорее все закончить. Ворчал часто и без причины, хотя обычно это было ему не свойственно.
— Не люблю я эту Сосновку, — признавался он Марии. — Какое-то болото. Тихо, скучно, и воспоминания с этой деревней связаны не самые приятные.
Сосновка и правда была настоящей деревней, а не просто дачным поселком. Люди здесь жили круглый год. Многие держали скотину — коров, гусей, кур, коз. Мария, как чисто городская жительница, которая такую живность видела разве что на картинках, сначала была заворожена. Она то и дело снимала животных на телефон, особенно ей приглянулись коровы — такие спокойные, умные, с огромными глазами, обрамленными длинными загнутыми ресницами. Настоящие красавицы. Потом, конечно, она привыкла к этому деревенскому колориту, но все равно каждый вечер, когда пастух гнал стадо домой, стояла у забора и смотрела. Жаль только, что так и не завела Мария здесь друзей. Не было возможности — приезды супругов в Сосновку всегда были короткими. А вот у Алексея оставались старые приятели, с которыми он иногда общался. Правда, судя по всему, без особого энтузиазма. И это совсем не походило на веселого, общительного мужа Марии. Обычно он с радостью проводил время с друзьями, а здесь, в Сосновке, становился каким-то другим — будто чего-то опасался, будто все вокруг его раздражало и выводило из себя. Это было единственное, что не нравилось Марии в их поездках сюда. Сейчас Мария ехала домой. Завтра понедельник, ей пора на работу. А у Алексея отпуск еще не закончился. Он решил остаться, чтобы доделать крышу.
— Постараюсь управиться побыстрее, — сказал он на прощание. — Закончу ремонт и сразу в город, к тебе.
Она не сомневалась, что так и будет. Алексей так не любит Сосновку, что, конечно, сделает все, чтобы поскорее выбраться оттуда. Ну, имеет право на свое мнение. Не во всем супруги должны думать одинаково. И так они в основном смотрят на мир схожим образом. Кстати, это и зацепило Марию несколько лет назад, когда она познакомилась в ночном клубе с симпатичным парнем. Конечно, тогда она и представить не могла, что меньше чем через год этот парень станет ее мужем. Их общение в клубе сначала выглядело как обычный флирт. Он подошел к ней прямо на танцполе, начал двигаться рядом. Не просто рядом — именно с ней. Это ясно читалось, хотя Алексей и не касался ее. Мария оценила этого молодого человека. Красивый, спортивный, явно ходит в зал, стильно одетый. Серые, внимательные глаза, правильные черты лица, улыбка — невероятно обаятельная, открытая, широкая, с белыми зубами. От нее все его лицо будто светлело и становилось еще привлекательнее. Он смотрел на нее так, словно Мария была самой прекрасной женщиной на свете. Это очень подкупало.
Мария знала, что у нее привлекательная внешность — стройная, высокая, с большими глазами. Такой типаж как раз был в моде. Она часто слышала комплименты от мужчин, да и в поклонниках недостатка не испытывала. Но все они будто красовались перед ней, сосредотачивались в основном на себе. А Алексей оказался другим. Ему была интересна Мария и только она. Он ловил каждое ее слово, старался развеселить, чтобы она не заскучала, и вообще делал все, чтобы ей было комфортно рядом. И Марии действительно было комфортно рядом с ним. Скоро выяснилось, что Алексей еще и приятный собеседник. Он знал уйму всего, шутил к месту, задавал интересные вопросы и мог поддержать любую тему. Умный, эрудированный, веселый, начитанный. Быстро стало ясно, что молодым людям нравятся одни и те же книги и фильмы, и по важным вопросам их мнения совпадают полностью. Причем Алексей не старался специально угодить Марии, не подстраивался под нее. Он просто был собой — и этим притягивал ее все сильнее.
Конечно, из клуба они уехали вместе. Алексей проводил Марию до дома, естественно, спросил номер телефона. И в ту же ночь они долго переписывались, никак не могли прервать общение. Мария потом утром радовалась этой переписке — она как бы подтверждала, что Алексей не сон и не выдумка, что он существует на самом деле. Они начали встречаться: кафе, ночные клубы, поездки в путешествия, просто прогулки по городу, держась за руки. Все это было очень красиво и романтично. Алексей, как и Мария, был нацелен на карьеру. Он работал программистом в крупной IT-компании. Его, талантливого студента, взяли туда сразу после диплома. Алексей выделялся в университете — участвовал в олимпиадах, побеждал, вел интересные проекты, в общем, был полностью погружен в свое дело. Конечно, это не осталось незамеченным. Теперь вчерашний студент зарабатывал столько, что уже купил квартиру и крутую машину.
Правда, без кредита не обошлось, но выплаты были вполне по карману перспективному специалисту. Когда Алексей говорил о работе, глаза его загорались. Мария это понимала. Она и сама в то время строила карьеру и жила работой. Мария окончила престижный экономический вуз. Еще с восьмого класса она осознала, что хочет развиваться именно в этой области. Ей нравились цифры, отчеты, та четкость и порядок, которые присущи экономике. Мария обладала врожденной интуицией и внимательностью к деталям. Эти качества помогали ей, совсем молодой девушке, недавно после вуза, подниматься по карьерной лестнице. Она тоже неплохо зарабатывала, и впереди ждали отличные перспективы. Так что и в этом они с Алексеем полностью совпадали. Мария никогда не пилила парня за то, что он задерживается на работе и мало уделяет ей внимания. Тот, в свою очередь, не жаловался на ее загруженность.
Если свидание срывалось из-за ее аврала, он просто приезжал к офису и ждал, пока она закончит. Иногда приходилось засиживаться чуть ли не до утра. Но Алексей терпеливо дожидался и всегда сам отвозил Марию домой. Девушке, конечно, нравилась такая забота — это трогало. Алексей вообще сильно ее опекал, но не навязчиво, а деликатно. В общем, приятно было чувствовать себя за ним как за каменной стеной. Алексей не говорил громких слов, но его поступки, взгляды и прикосновения говорили сами за себя. Мария чувствовала себя любимой — и любила в ответ. И это было замечательно. И, как ни странно, впервые в ее жизни по-настоящему. До Алексея Мария не влюблялась всерьез — так, симпатии, не больше. Алексей стал для нее родным и близким, причем очень быстро. Он не раз подтверждал свои чувства делами и поступками.
А потом случилась та история с бабушкой. У Марии тогда бабушка заболела — возраст все-таки. Родители Марии уехали на море, так что бабуля временно осталась полностью на попечении взрослой внучки. Мария в то время уже жила с Алексеем в его квартире, но, несмотря на отсутствие родителей, переехала к бабушке, чтобы та всегда была под присмотром. Бабуле часто становилось плохо именно ночью. Так вышло и в тот раз. Старушка вроде заснула, ничто не предвещало беды, но вдруг резко села в постели и начала задыхаться, синеть, хрипеть. Сердце! Мария уже видела такие приступы и знала, что нужно срочно вызывать скорую — никакие таблетки тут не помогают. Скорую ждали долго. Бабушке сделали укол, ей вроде полегчало, но бледность и синюшность губ никуда не делись, да и дыхание оставалось тяжелым. Мария упрашивала врачей побыть с ними еще немного, не уезжать сразу. Мало ли что — состояние бабушки ей не нравилось.
— Девушка, вы представляете, сколько у нас вызовов? — устало вздохнула немолодая фельдшер. — Нам некогда тут с вашей бабушкой сидеть. Приступ мы остановили.
И медики уехали. Спустя всего десять минут после их ухода бабушка снова задыхалась. И снова Мария вызвала скорую. Ей было по-настоящему страшно — такого еще не случалось. Обычно после укола бабушке надолго становилось лучше, а тут приступ за приступом. Новая бригада сделала старушке такой же укол. Бабушка перестала задыхаться, но ей все еще было плохо, а медики явно собирались уходить.
— Отвезите ее в больницу, — умоляла Мария. — Вы видите, ей плохо. А если новый приступ? А если с ней что-то случится?
— Девушка, — вздохнул полноватый мужчина в форме, — с ней все равно что-то случится скоро, возраст и болезнь такие. Мест в больницах нет, куда ее везти? Молодым койки не достаются, а уж пожилым и подавно. Станет плохо - опять вызывайте, вы уже привыкли.
После ухода медиков Мария впала в отчаяние. Ей было страшно, очень страшно. Она боялась, что с бабушкой случится что-то непоправимое прямо на ее глазах, и никого рядом не окажется в такой момент. Трясущимися руками Мария набрала Алексея. Она знала, что он в командировке в соседней области и что сейчас ночь, глубокая, темная ночь, но ей хотя бы хотелось услышать его голос. Может, он скажет что-то, от чего станет легче. Алексей, поняв, в чем дело, не стал тратить время на утешения.
— Скоро буду, — бросил он.
— Подожди, ты же далеко, — начала Мария, но он уже отключился.
Алексей добирался три часа. За это время Мария вызывала скорую дважды. И каждый раз бабушке становилось все хуже. Девушка умоляла врачей забрать больную в стационар, может, даже в реанимацию, но неизменно получала отказ. Медики твердили одно и то же, как по шаблону: возраст, тяжелый диагноз, мест в больницах нет, скорый конец неизбежен. Страх, отчаяние, безысходность, острая жалость к бабушке, которая все прекрасно понимала и, казалось, уже смирилась со своей участью. Старушка пыталась сказать что-то внучке, успокоить, возможно, но она так тяжело дышала, что ничего у нее не получалось. Алексей ворвался в квартиру, когда уже собиралась уезжать очередная бригада медиков. За окном занимался серый ранний рассвет.
Продолжение :