А потом потерял.
И теперь живёшь по чужим правилам, думая, что это твои.
Ты пришёл сюда с чемоданом.
В нём лежала инструкция.
Там было написано, зачем ты здесь. Что тебе нужно сделать. Какую рану зашить. Какой голос вернуть миру.
Но при рождении происходит амнезия.
Не медицинская.
Экзистенциальная.
Первый вдох стирает всё.
Как жёсткий диск, который форматируют перед продажей.
Ты кричишь не от боли родов.
Ты кричишь от ужаса потери памяти.
И дальше ты растёшь.
Тебе говорят, кем быть.
Тебе объясняют, что важно.
Тебе показывают, куда идти.
Ты киваешь.
Потому что не помнишь, что в твоём чемодане было что-то другое.
К двадцати годам ты уже построил карьеру из чужих ожиданий.
К тридцати — семью из страха одиночества.
К сорока — жизнь, от которой задыхаешься.
Не потому что она плохая.
А потому что она НЕ ТВОЯ.
И вот это ощущение.
Когда грудь сжимается без причины.
Когда хочется кричать, но горло молчит.
Когда утром встаёшь, и на весь день хватает 2% энергии.
Это не депрессия.
Это кислородное голодание души.
Ты дышишь не своим воздухом.
Люди приходят на землю с целью.
Не с «предназначением» — это слово уже затёрли до дыр.
С КОНТРАКТОМ.
Там написано:
«Ты здесь, чтобы...»
И дальше — твоя уникальная строчка.
У кого-то там: «...чтобы научить других не бояться».
У кого-то: «...чтобы создать то, чего не было».
У кого-то: «...чтобы простить и освободить».
Но контракт теряется в первые секунды жизни.
И дальше ты живёшь по наитию.
А наитие — это смесь чужих голосов, социальных норм и страхов.
Ты думаешь, что выбираешь сам.
На самом деле ты повторяешь чужой сценарий.
Почему люди не хотят вспоминать?
Потому что вспомнить — значит признать.
Признать, что последние 20 лет ты строил не то.
Любил не тех.
Молчал там, где нужно было орать.
Это больнее, чем забыть окончательно.
Это как обнаружить рану, которая гноилась 15 лет, а ты не замечал.
Поэтому люди хватаются за отвлечения.
Работа. Сериалы. Алкоголь. Социальные сети. Тренинги личностного роста, которые ничего не растят.
Всё что угодно, лишь бы не тишина.
Потому что в тишине слышно, как стучит твой настоящий пульс.
И он не совпадает с ритмом, в котором ты живёшь.
Вспомнить цель — это не просветление.
Это разрыв.
Когда понимаешь: всё, что ты считал важным — декорации.
А ты — актёр в чужой пьесе.
И режиссёр уже умер, но ты всё играешь его текст.
Я не скажу тебе, зачем ты здесь.
Это не моё дело.
Это написано в твоём чемодане, который ты бросил на пороге роддома.
Но я скажу, как понять, что ты рядом с ответом:
Когда делаешь что-то — и вдруг можешь дышать.
Не поверхностно, как обычно.
А ГЛУБОКО.
Полной грудью.
Как будто всю жизнь задыхался, а тут — воздух.
Когда говоришь о чём-то — и голос начинает дрожать.
Не от слабости.
От того, что задеваешь ЖИВОЕ.
То, что не фальшивка.
Когда занимаешься делом — и теряешь счёт времени.
Не потому что «увлёкся».
А потому что время перестаёт быть врагом.
Оно становится союзником.
Это не романтика.
Это физиология.
Твоё тело ЗНАЕТ свой контракт.
Даже если голова забыла.
Тело помнит.
Оно подаёт сигналы.
Сжатие в груди — это сигнал «не туда».
Мурашки по коже — «близко».
Тошнота перед выбором — «это не твоё, но ты боишься отказаться».
Внезапный прилив сил — «вот оно, иди сюда».
Люди приходят на землю не случайно.
Они приходят с ЗАДАЧЕЙ.
С чемоданом, полным инструментов.
И с амнезией, которая делает задачу сложнее в тысячу раз.
Потому что если бы ты помнил — было бы легко.
А легко — не про рост.
Легко — про деградацию.
Ты здесь не для того, чтобы выжить.
Выжить может любой.
Ты здесь, чтобы ВСПОМНИТЬ.
И когда вспомнишь — начать делать то, ради чего подписал контракт.
Даже если это разрушит всё, что ты построил на лжи.
Даже если придётся уйти от людей, которые держат тебя в клетке «нормальности».
Даже если будешь выглядеть сумасшедшим.
Потому что сумасшедшие — это те, кто вспомнил.
А нормальные — те, кто решил не вспоминать до самой смерти.
И вот ты лежишь на больничной койке.
2% заряда.
Последний вдох.
И вдруг — щелчок.
Амнезия спадает.
Ты видишь свой чемодан.
Открываешь.
Читаешь контракт.
И понимаешь:
Ты прожил ВСЮ жизнь... мимо.
Не делай так.
Не жди койки.
Открой чемодан сейчас.
Пока пульс ещё бьётся.
Пока есть время переписать сценарий.
Ты не забыл свою цель.
Ты просто решил, что удобнее не помнить.
Но удобно — это не про жизнь.
Удобно — это про выживание в чужой системе координат.
А ты сюда пришёл ЖИТЬ.
Не выживать.
Не приспосабливаться.
ЖИТЬ — это когда пульс совпадает с делом.
Когда дыхание не сбивается от лжи.
Когда засыпаешь без снотворного стыда.
Твой контракт ждёт.
Он не сгорел.
Он просто под слоем пыли из чужих мнений.
Сотри пыль.
Прочитай.
И начни делать то, зачем ты здесь.
Или продолжай жить, как живёшь.
Это тоже выбор.
Просто знай:
На смертном одре тебя не будет мучить вопрос «а вдруг я ошибся?».
Тебя будет душить вопрос «а что, если я так и не попробовал?».
Разница чувствуешь?
Первый вопрос — про страх.
Второй — про рану, которая не заживёт даже после смерти.
Ты подписал контракт.
Не читая.
Но это не значит, что ты не можешь его выполнить.
Ещё можешь.
Пока бьётся.
Пока дышишь.
Пока есть 2% — хватит на первый шаг.
Первый шаг — не «найти цель».
Первый шаг — перестать делать вид, что её нет.