Парадоксальная ситуация: авангард в моде, но при этом архитектуре конструктивизма объявлена война. Под дробильными ковшами экскаваторов что ни день исчезают кварталы, клубы, фабрики-кухни, дома-коммуны. В скором времени будет уничтожено здание (ул. Мироновская, 27), построенное как баня-бассейн Бауманского района в 1928–1930 годах по проекту архитектора Николая Гундарева.
Бытовые условия в молодой советской республике, в том числе гигиена, были в плачевном состоянии. Не в лучшей форме в те годы пребывало и банное хозяйство, которое едва ли отвечало современным требованиям.
Московскому Совету ничего не оставалось, как только выделить весьма значительный бюджет на строительство новых оздоровительных сооружений. Для одного из таковых нашелся участок земли в местности Благуша, ограниченной Яузой и Хапиловскими прудами.
Благуша тогда уже именовалась Бауманским районом.
«Омовение под душем является более гигиеничным, чем наш старый способ мытья в мыльной при непременном участии шайки или таза. Но сразу отказаться от мыльных и парилен очень трудно, так как значительная часть населения Москвы к ним привыкла», — описывал концепцию журнал «Строительство Москвы».
Мытья по старинке с шайкой населению было уже недостаточно, поэтому при проектировании пришлось учитывать и зарубежный опыт. Канализацию в Бауманский район в те времена провести еще не успели, и для очистки сточных вод было необходимо устройство биостанции.
Архитектор Николай Иванович Гундарев (1895–1972), уроженец Ростова, недавний выпускник ВХУТЕИНа, спроектировал двухэтажное здание из кирпича, но с большепролетным деревянным перекрытием. Постройка имела асимметричный план. Полукруглый остекленный объем словно врезался в прямоугольную часть. Круглыми окнами-иллюминаторами Гундарев подчеркивал сходство здания бани с океанским лайнером. Входную зону, также полукруглую, обнимало ленточное остекление и надпись: «Купальня-баня построена на средства займа Моссовета».
Комплекс состоял из плавательного бассейна, мужского и женского банных отделений с вестибюлями, так называемыми ожидальнями, раздевалками, мыльными и парильнями. Четыре мыльных были рассчитаны на сто человек каждая. Кроме того, на втором этаже располагались душевые кабины и ванны. Отдельно стоящие корпуса предусматривались для прачечной и котельной.
Бассейн для плавания и тренировок по водным видам спорта, один из первых в стране крытых и отапливаемых, имел длину 33,3 метра и глубину 4,8 метра. Имелись вышка для прыжков, трибуны для зрителей, кабины для спортсменов. Бассейн освещался боковым и верхним светом.
Перед Олимпиадой 1980 года оздоровительный комплекс пережил реконструкцию, став Дворцом водного спорта. Бассейнов в здании с тех пор три: один 50-метровый и два 25-метровых.
В 1990 году Дворец водного спорта превратился в Московский дельфинарий, филиал Утришского дельфинария (подразделение Института эволюционной морфологии и экологии животных им. А. Н. Северцова АН СССР), находящегося под Анапой.
На Мироновской с успехом шли шоу-представления с морскими животными: черноморскими афалинами, белухами, северными морскими котиками, морскими львами. Моржиха Василиса устраивала для зрителей концерт, морская львица Ульяна показывала акробатические трюки, белуха Егор считался признанным мастером изобразительного искусства, афалины Кася и Тимофей выступали дуэтом.
Потом открылся «Москвариум», а дельфинарий в 2011 году закрыли. Считалось, что зданию требовался капитальный ремонт, который, однако, так и не последовал.
Но теперь образец конструктивизма 1930 года замер в ожидании сноса. К 2029 году на его месте решено воздвигнуть новый спортивный комплекс с бассейном для прыжков в воду, спортивного плавания, с термобассейном, универсальным игровым залом для мини-футбола, волейбола, баскетбола, тенниса, сауной и буфетом. На реализацию проекта заложен бюджет 7,5 млрд рублей.
Фото: Максим Мухин, журнал «Советский Союз» №2 1951, pastvu.com
Текст: Евгения Гершкович