Ранний снег мелкой россыпью падал под ноги, но Валерия этого не замечала. Она медленно брела, сама не зная, куда. И что теперь делать, когда и не знаешь, как жить? Как живут другие ― Лера не знала. Она всегда надеялась на маму. А та ее, в свою очередь, оберегала. Теперь же никого не осталось: ни мамы… ни квартиры.
* * *
― Пошла вон отсюда! ― кричала какая-то толстуха, показывая документы. ― Это моя квартира!
― Этого быть не может, ― робко отвечала Лера. ― Мы с мамой тут всю жизнь…
― Твоя мамаша тридцать лет у меня снимала квартиру. Не платишь ― тогда проваливай!
Лера не поверила наглой тетке, уселась на диван и отказалась уходить. Тетка не стала долго ждать, привела людей из правоохранительных органов, которые помогли покинуть чужую жилплощадь
* * *
Валерия поскользнулась, упала и сильно ударилась головой. Тут же подбежали какие-то люди, стали поднимать, спрашивать, как она себя чувствует. И тут Лера не растерялась.
― Не помню…
― Куда шла ― помнишь?
― Нет…
― Надо скорую вызывать, видно же, головой сильно ударилась! ― предположил какой-то мужичок в сторонке, а заметив, что с ним соглашаются, продолжил: ― Коммунальщики, будь они неладны, даже лед не могут убрать!
Тут же вокруг засуетились, приехала скорая помощь, Валерию посадили в машину и увезли в травматологию. Нашли небольшое сотрясение и оставили на несколько дней под присмотром.
Валерия упорно не говорила ни имени, ни фамилии. Помнила, как мама еще при жизни учила:
― Надо быть хитрее всех ― тогда и получишь хоть что-нибудь. Иначе, запомни, все так и будут тобой пользоваться.
Почему мама сделала такие выводы ― она не понимала, но кивала и запоминала. И только после ухода матери знания пригодились.
― Давайте еще раз, как вас зовут? ― молодой интерн смотрел на Валерию добрыми глазами.
― Не помню.
― Маша?
― Нет.
― Катя?
― Нет, вроде…
― Да что ты с ней возишься? ― в палате уже все посмеивались. ― Понравилась, что ли?
Интерна звали Вадимом, и пациентка ему действительно понравилась. И поэтому, когда ее выписали из больницы, он привел ее к себе домой.
― Папа, знакомься, это Катя. Она поживет у нас.
Валерия лишь скромно улыбнулась. Если хочет, пусть называет Катей. Ей не жалко.
― Неужели привел невесту? ― отец в растянутой майке потирал руки от радости. ― Это надо отметить!