Я не в состоянии объективно высказываться о больших много профильных больницах. Еще подростком понял, что крупное предприятие приносит мне горе. Два года ходил в физико-математическую школу при МАИ. Авиационный институт того времени выглядел как очень крупный завод. Проходная как в метро, не оскудевающая народом даже ночью. Этажи, корпуса, кабинеты, аудитории. Народу как в городе. Никто никого не знает. Алгебру и физику очень уважал, весьма недурственно задачи решал. Но, завод, проходная, толпы народа. Нет, нет и ни за что. Никогда, решил я, будучи еще почти подростком.
Работал в «Склифе», в «36-й». Не самые большие учреждения, по сравнению с современной «Коммунаркой». Знаю, планируется значительное укрупнение и закрытие. Будет построено несколько «коммунарок». Многие больницы старого типа закроют. Живу недалеко от этой огромной больницы. Помирать начну повезут именно туда. Подозреваю, что меня там не заметят, я маленький, старый, больной. Больница огромная, гигантская. Одним больше, одним меньше, никто и не заметит.
А вот если, больница небольшая? Дежурный врач знает меня, моих соседей. Дети наши вместе в школе учились. Медсестры с моей женой в булочной встречались. Все всех знают. Понимаете, о чем я? Ведь часто, для спасения жизни, от врача и медсестер надо совсем немного. От каждого по не многу. Внимательности, искреннего желания помочь именно вот этому человеку, да и как потом говорить, что умер твой человек, жене, детям. Ты ведь всех знаешь. И они тебя. Многое можно сделать для спасения, вы даже и представить не можете, как можно лечить по-разному. Надеюсь, что сейчас меня какашками закидают. Скажут, что никогда такого не было, что я такой сякой наговариваю. Что вот он, например всю жизнь честно работал и никогда, и нигде, и всегда всех честно лечил. Я верю, верю. Спокойно только. Верю, что дурак может так уверенно говорить, что всех лечит одинаково. Или дурак или в «коммунарке» работает. Невозможно честно лечить больного, если ты про него ничего не знаешь как о человеке. И это не только анамнез морби и вите. Собирая в день десятки морби и витов, не может врач искренно и честно переживать за каждого, это невозможно. В больших больницах врач не человека лечит, а непонятно кого, организм с фамилией и отягощенным анамнезом. Вот начну помирать, привезут меня в большую больницу и будут меня лечить как организм с фамилией. А я ведь жизнь прожил, я человек, любил, страдал, работал. Хочу, чтобы уж лучше никак, чем как организм с отягощенным анамнезом и плохими анализами. Если вылечить невозможно, то проводите меня как человека, а не как набор органов.
Все-таки маленькая больница лучше. Там ведь, работая врачом, можно человеческий облик сохранить. И не выгореть. И в больном, человека увидеть. Переживаний больше, ошибки дороже обходятся, все-ж тебя знают. И помирать легче, ведь все кругом тебя люди-человеки. А если в огромной больнице? Тяп-ляп отработал, похоронил кого-то. И что? Сел в машину и забыл. Ни ты, ни тебя никто не узнает, не спросит. Спокойно, красиво. И не стыдно. И совесть не мучает потому, как не помнишь никого и ничего. Тогда и кричать можно, что всех одинаково лечишь. Ты "молодец-одинаковец".
Маленькая не значит грязная. Маленькая не значит обшарпанная. Большая это не всегда новая, а новая она ведь то же обветшает. И превратится в огромную обшарпанную, страшную. А так как денег в нее вбухано мильен, и ремонт будет мильен стоить. Жуть, большая, страшная больница. Маленькую и чинить проще и чистоту поддерживать легче. Ведь и Коммунарка обветшает и думаю, скоро.
