Во времена оные на территории этой страны жили какие-то унылые дикари – вероятно, близкие к современным пигмеям. Но что-то более-менее интересное здесь начало происходить только в процессе миграций банту около 3-х тысяч лет тому назад. Эти «индоевропейцы Африки» принесли сюда сельское хозяйство и технологии: в 1-м тысячелетии до н.э. местные жители уже умели возделывать поля и даже ковали железо.
Южная часть будущей ЦАР расположена в зоне влажных экваториальных лесов. Тут выращивали бананы, которыми сыт не будешь. Зато северная половина входит в состав Сахели – африканской саванны, которая на этом своем участке является зоной рискованного земледелия. Здесь культивировали такую зерновую культуру, как сорго – это, конечно, лучше, но все равно не то.
Сложности ведения земледелия вкупе с удаленностью от основных торговых путей привел к относительной изоляции и самодостаточности региона. Здесь не от кого было обороняться, потому что никто не хотел местных завоевать. Поэтому по краям территория ЦАР иногда входила в состав великих африканских империй. Но в центральной части тут ничего не возникло, за исключением некрупных вождеств.
Впрочем, в 17-м веке соседи принесли сюда работорговлю и прочие блага цивилизации. Арабские, голландские и португальские торговцы невольниками с помощью воинственных кочевников фульбе начали опустошать территорию Центральной Африки, где можно было разжиться живым товаром.
Только в 1896-м году был основан Нделе – первый (и очень надолго – единственный) город страны. Его повелел поставить Мохамед эс-Сенусси – самопровозглашенный султан и предводитель действовавшей здесь шайки работорговцев. Это был выходец их мусульманского государства Багирми на территории нынешнего Чада.
Практически в то же самое время здесь появились бельгийцы и французы. Они пока не претендовали на присоединение соответствующих территорий, но поставили свои форпосты вдоль речных путей. Но в начале 20-го века любители лягушек изгнали контингент, направленный султаном Египта и провозгласили создание колонии Убанги-Шари – ее название было взято от двух здешних рек.
Эта колония была не очень богата и управлялась из Браззавиля – столицы нынешней Республики Конго. Здесь не было ни гражданской, ни военной администрации, а территория и ее ресурсы эксплуатировались за счет частных концессий. Соответственно, каждый директор каждой фирмы сам нанимал персонал и определял политику в отношение к местным. С прибытия французов в 1890-м году и до начала Второй мировой в 1939-м численность населения снизилась вдвое.
«Отец центральноафриканской нации» Бартелеми Боганда считал, что племена региона слишком малы, чтобы претендовать на что-то даже в Африке, не говоря уже о международной арене. Он продвигал идею создания Штатов Латинской Африки, куда бы вошли основные колонии французов.
Благодаря ему нынешняя ЦАР называется не Убанги-Шари, а именно так. Предполагалось, что в состав Центральноафриканской республики войдут также Конго, Габон, Чад, Камерун, Руанда, Бурунди, Ангола и так далее. Но местные отцы народа решили, что лучше быть первым в галльской деревне, чем вторым в Риме. И такое объединение не состоялось.
В 1959-м Боганда погиб в авиакатастрофе. И независимости под своим руководством добился его близкий сподвижник Дэвид Дако. Этот политический деятель очень любил назначать на важные должности своих родственников, и в 1965-м году его отправил в отставку собственный двоюродный брат Жан-Бедель Бокасса – тролль, лжец и точно не девственник.
Сначала он правил, как президент, но вскоре преобразовал ЦАР в империю. И началось: консервы из человечинки, содержание огромных гаремов, полное истребление политических соперников и непокорных деревень, подача заключенных одной из тюрем в качестве праздничных блюд.
Вместе с тем, при Бокассе в Центральной Африке сохранялось какое-то подобие порядка. А экономика держалась на плаву благодаря добыче европейцами полезных ископаемых, главным образом, бриллиантов. Но после свержения последнего императора в стране начались перманентные восстания и революции, которые постепенно перешли в гражданскую войну – и она идет уже более 20-ти лет.
Сначала племя воевало с племенем, затем христиане с мусульманами. А сейчас местные, кажется, и сами не понимают, с кем и за что они воюют.