В штат Центрального телевидения Анна Шатилова была принята, когда ей было 24 года. Тридцать лет она была лицом советского телевидения. Первая ведущая главной информационной передачи страны – «Время». Но и после ликвидации отдела дикторов в 1990-х Анна Николаевна не забыла про любимое ТВ и до сих пор появляется на экранах в качестве героини или гостьи разных передач. Она постоянно в работе – съемки, проведение концертов и разных мероприятий. А еще – воспитание внуков.
Если вы хотите поддержать канал "Пераново перо" финансово, это можно сделать, нажав соответствующую кнопку в конце материала.
- Я рада, что благодаря работе могу делать внукам разные подарки, - делится Анна Николаевна. - После распада СССР, роспуска дикторов на нашем телевидении я осталась востребованной. Меня по-прежнему приглашают вести парады на Красной площади, концерты, зовут участвовать в передачах. Вся моя жизнь в движении. Часто слышу: «Как вам удается так хорошо выглядеть?!» Никогда не делала косметических уколов или пластических операций: работа помогает оставаться в форме. И еще: я всегда любила Родину и гордилась ею. К сожалению, сейчас патриотизм не ценится, принято ругать свою страну. Это плохо. Помню, как в 1973 году я первой из советских дикторов на год уехала в Японию, вести на местном телевидении программу «Уроки русского языка». Ни на минуту не могла там расслабиться, потому что знала: я лицо своей страны, а это очень ответственно. Всегда улыбалась, была доброжелательной, следила за внешним видом. А вечерами в одиночестве скучала по семье. И, чтобы не грустить, делала записи, наброски очерков, наблюдений о «стране восходящего солнца». Муж потом уговаривал: «Пиши книгу, у тебя получится, ты же хорошо владеешь словом!» Дома мы с ним часто оставляли друг другу шутливые записочки и письма, даже в стихах. Иногда с помощью таких посланий мирились после мелких ссор. Жаль, что я их не сохранила, а со временем они забылись. Да и книгу написать так и не сподобилась. А все потому, что ленивая. Из-за этого в свое время не вступила в комсомол и партию, не любила заниматься общественной работой. И машину не научилась водить. Леша – супруг - как-то посадил меня за руль, объяснил, что и как - и мы сделали круг вокруг телецентра «Останкино». На этом мое вождение закончилось. Но с тех пор я искренне убеждена: женщина за рулем – гениальна, талантлива. Это же столько надо освоить, запомнить!
- Вы до сих пор не изменили своему стилю: бело-красные одежды и знаменитые очки. Кажется, на советском телевидении вы первой решились надеть очки в кадре?
- Этот стиль: белое с красным я заимствовала, когда была в Японии. Конечно, каждый день приходилось «обманывать» зрителя. Накину на белую кофточку платочек иначе, - уже получается другой костюм. На следующий эфир – воротничок подниму и шарфик легкий повяжу. Вроде в одном и том же, но смотрится уже по-другому. А еще в Японии я купила линзы, для нас это было чудом. Но к моим глазам они не прижились… В результате, да, я была первой, кто в эфире надел очки. Однажды ко мне подошел наш начальник Юрий Летунов и сказал: «Аня, почему ты за кадром в очках, а в эфире – без? Сегодня же веди «Время» в очках». И пообещал, что в случае чего он все возьмет на себя. А я испугалась, что меня уберут за кадр. Это был огромный прогресс на телевидении. Мне стало намного легче: не надо было напрягать зрение, чтобы читать, не надо просить осветителей специально настраивать на себя свет. Правда, потом в редакцию стали приходить письма от зрителей с просьбой помочь достать оправу для очков, - ведь тогда они были громадным дефицитом в Москве. Мне начальство подписывало специальную бумагу, чтобы на заводе продали оправы.
- Анна Николаевна, помню, как однажды открываю интернет, а там сообщение о вашем уходе из жизни. Я остолбенел, звонил вам. Слава богу, это оказались только слухи…
- Ох, в тот вечер я устала отвечать на звонки. Друзья, знакомые, журналисты, как сговорились, вдруг вспомнили обо мне и принялись расспрашивать, все ли со мной хорошо. Извиняясь, я в двадцатый, наверное, раз терпеливо объясняла: «Не могу говорить» - и давала отбой. Мы с Игорем Кирилловым сидели в «Президент-отеле», готовились к выходу на сцену: нас пригласили вести корпоратив. А тут вдруг такой шквал... Позвонили даже из приемной Дирекции оформления эфира Первого канала, где мы с Кирилловым состоим в штате. «Анна Николаевна, с Вами все в порядке? - обеспокоенным голосом спросил наш директор Шмаков. - Тут на одном сайте написали…» Перебиваю его: «Пожалуйста, Алексей Александрович, не пересказывайте. Мне на сцену сейчас выходить, не хочу настроение портить». Я понимала, что написали плохое. И все-таки сначала отработала концерт и только потом поинтересовалась, что же произошло. Некий «доброжелатель» сообщил в сети о моей кончине – и многие сайты немедленно подхватили «новость». Тут же набрала номер сына: «Кирилл, со мной все в порядке». А он был не в курсе: заработался. Пересказала ему «новость», пошутила: «Как говорил Марк Твен, слухи о моей смерти сильно преувеличены». Никому не показала, как расстроена, всех успокоила. Только давление поднялось... На следующий день мы с внуком Севой уезжали в Париж на съемки программы Первого канала «Большие олимпийские гонки». И я всю дорогу переживала: неужели кто-то так сильно позавидовал, что меня взяли в «Большие гонки», да еще капитаном команды?! Кстати, там, на арене озлобленный бык рогами чуть-чуть не задел мое лицо. Было страшно. Но потом с внуком так хорошо погуляли по Парижу, что о плохом забыла. Севка - парень сообразительный: взял в отеле карту, захватил путеводитель, который привез из Москвы и повел меня по улицам. Как же там хорошо!
- До этого уже бывали в Париже?
- Я увидела Париж еще в 1975 году – приехала с делегацией московского Дома дружбы народов. Помню, так хотелось купить что-нибудь невиданное! Но нам разрешили обменять очень маленькую сумму, из нее же пришлось скидываться на венки к музею-квартире Ленина, памятнику парижских коммунаров и прочим мемориальным местам… Так что на руках оставались буквально копейки. Выход нашел старший брат Олега Янковского Ростислав, он тоже был с нами. Повел нас на окраину Парижа в польский магазин, где все было дешево. И я купила себе два чудесных светлых парика. Потом вела в них прямой эфир программы «Время»… А еще с моим мужем Алексеем ездили в Париж. С ним было интересно гулять, он хорошо ориентировался, прекрасно говорил по-французски, знал историю каждой достопримечательности. Помню, было 14 июля – День взятия Бастилии. Над Елисейскими полями летали самолеты, выпуская синий, белый и красный дым – цвета французского флага. По улицам парадом проходили конные, одетые в мундиры XVIII века. Вокруг было красиво, радостно, празднично! Мы тогда впервые оказались в Париже вместе. В советское время супругов редко выпускали за границу – видимо, боялись, что семья может остаться за рубежом. Только по очереди и можно было мир посмотреть.
- Простите, что спрашиваю: ваш супруг ушел из жизни... Как это произошло?
- Мужа не стало как-то внезапно. В тот январский день 2008 года я была на даче, а он, по обыкновению, предпочел остаться дома - читал… Ближе к вечеру позвонил: «Аня, что-то мне плохо, грудь сдавило…» Я мгновенно собралась, побежала на электричку. Сообщила Кириллу – сын тоже был в Москве. Он и вызвал «скорую». Я влетела в квартиру и увидела двух врачей: они связывались с больницей, просили прислать реанимобиль. Села рядом с Лешей: «Потерпи, родной, сейчас поедем в больницу». Но приехали к нам нескоро. И довезти до больницы мужа не успели, он умер по дороге. Инфаркт. Я и теперь не могу надолго оставаться в нашей московской квартире. Приеду, соберу необходимые вещи и снова уезжаю на дачу. Заходить в кабинет мужа каждый раз – пытка. И хотя прошли годы, примириться с его уходом невозможно. Образовалась пустота. По знаку Зодиака Леша был Скорпионом. Его мама, Наталья Алексеевна, предупреждала: «Аня, у него очень трудный характер, тебе будет тяжело». Но я сложностей не замечала. С ним так было интересно. Он много знал: живопись, литература, классическая музыка… Разбирался во всем. Мог напеть арию из любой оперы. Ругал, если я смотрела по телевизору попсовый концерт: «Жизнь такая короткая, как ты можешь тратить время на эту пошлость?!»
- Помните, как познакомились?
- Конечно, и до сих пор благословляю день. Мы с ним увиделись в обычном московском автобусе № 5. Это было в 1963 году. Я к тому времени с золотой медалью окончила школу в Звенигороде. Поступила в московский областной педагогический институт имени Крупской на физико-математический факультет. Оказалась там не по призванию - просто так. 14 марта 1959 года, вернувшись из студенческой поездки на целину, зашла в институт проверить, нет ли писем от родных, они писали мне по месту учебы. И вдруг увидела объявление о наборе на курсы дикторов. Прочитала и засмеялась, вспомнив, как в детстве говорила маме, что хочу быть «диктатором», в смысле диктором, на радио. Стало интересно. И я решила сходить в Госкомитет по телевидению и радиовещанию. Прошла первый тур конкурса, второй, третий - и меня взяли. В институте перевелась на филологический факультет и доучивалась параллельно. Мы снимали комнату со звенигородской подружкой Люсей – она училась в строительном. О личной жизни думать было некогда: в голове только учеба и работа. Помню, мой учитель — легендарный диктор радио Юрий Левитан – предлагал: «Давай познакомлю тебя с хорошим парнем!» Но я отказывалась: мне некогда. Я уже вела тогда «Голубой огонек» на Шаболовке, страшно этим гордилась. Как-то позвала Люську на съемки: она должна была просто сидеть за одним из столиков. В тот самый день сокурсник пообещал моей подружке какой-то учебник, и они договорились, что он дождется нашего автобуса на остановке «Библиотека имени Ленина». Это и был Алексей - высокий стройный красавец, с выразительными глазами, интеллигентный, ухоженный. Он проехал с нами одну-две остановки и вышел. И я уже не смогла его забыть. Через пару дней он попросил у Люськи разрешения позвонить. Пригласил нас домой, познакомил с мамой. Сначала мы гуляли втроем, ходили в кино и театры. Но постепенно, как-то плавно, начали встречаться вдвоем. А через год поженились. Свадьбы как таковой и не было. Расписались скромно в ЗАГСе на Кутузовском проспекте. Приехали туда на метро. Расписались и поехали к Леше домой, посидели за столом с его сестрой и двумя друзьями (свекровь тогда лежала в больнице). А на следующий день устроили чаепитие у моих родственников под Звенигородом. По моей просьбе нам никто не кричал «Горько!» - эти возгласы кажутся мне пошлостью и позерством. У нас все было сдержанно, скромно.
- Ваш сын похож на отца?
- Да, иногда, наблюдая за Кириллом, угадываю в нем Лешу. В детстве сын был очень эмоциональным, сентиментальным, мог расплакаться, смотря фильм. Мы с мужем даже боялись, что его будут обижать одногодки. Но подростком он вдруг занялся самовоспитанием: увлекся восточными единоборствами, закалял характер. И в этой целеустремленности и внутреннем стержне он тоже очень похож на отца. Я угадываю Алексея и во внуках. Севка и Светлик даже не знают, как сильно помогают мне жить… Помню, идем вечером по нашему дачному поселку, и я сочиняю им сказку про лунных человечков. Поднимаю голову: «Вот смотрите, где-то там, на Луне, они и живут». Светлик, ему тогда было два года, вглядывается с интересом: «Покажи, где они, где?» А пятилетний Сева даже не смотрит: «Аня, то, что ты сейчас говоришь – это идиотизм!» Они совсем разные по характеру. Когда звоню им, Всеволод берет трубку и, чуть растягивая, размеренно, медленно и серьезно произносит: «Алле-е!» А Святослав кричит звонко и радостно: «Алло!!!» Сразу ясно, Сева - задумчивый, рассудительный, Светлик – эмоциональный, открытый. Я постоянно думаю о них. Даже перестала летать в самолетах. Появился страх, инстинкт самосохранения. Не могу рисковать, не имею права. Недавно побывала в Новосибирске – пригласили вести концерт. И двое суток тряслась в поезде. Приехала перед самым началом. В гримерке едва успела переодеться - и сразу на сцену. Пока вела концерт, организаторы мне в дорогу курицу отварили, продукты закупили, потому что после выступления я снова села в поезд, чтобы вернуться в Москву.
- Однажды, с большим удивлением, встретил вас в метро. Вы часто пользуетесь общественным транспортом?
- Конечно, так удобнее и везде успеваешь. Но, несмотря на публичную работу, я не люблю выделяться. Бывает, еду в электричке и сажусь в вагоне впереди, спиной к пассажирам, чтобы меня не рассматривали. Однажды, когда я была в Ялте, на какой-то аллее заложили мою именную звезду. На церемонию открытия не пошла, я всего этого стесняюсь. Значение для меня имеет только профессионально сделанная работа. Всю жизнь вижу сны-кошмары на одну и ту же тему: я опаздываю на эфир. То не могу вовремя найти студию, то не успеваю сделать прическу перед съемкой… В ужасе просыпаюсь, с облегчением вздыхаю и иду на кухню – пить таблетку от головной боли.
Если вы хотите поддержать канал "Пераново перо" финансово, это можно сделать нажав соответствующую кнопку "поддержать". Подписывайтесь на канал "Пераново перо", ставьте лайки и оставляйте комментарии, потому что любое мнение интересно для нас.
Календарь канала "Пераново перо":
9 ноября 1929 года родилась народная артистка СССР, композитор Александра Пахмутова:
9 ноября 1929 года родился народный артист России, режиссер Юрий Чулюкин:
Олег Перанов