Деятельность немецкого военно-морского флота в Черном море была освещена в трудах нескольких советских историков и непосредственных участников тех событий. Среди них можно выделить таких исследователей, как В.А. Кукель, Н.Л. Янчевский, В. Лукин, В.К. Жуков, И.Т. Сирченко, К.А. Хмелевский, А.И. Козлов и других. Они подробно анализировали действия и влияние немецкого флота на ход военных операций в этом стратегически важном регионе.
В 1930-х годах в Германии было выпущено в свет произведение Г. Коопа под названием «Дьяволский корабль и его младший брат», изданное Лейпцигским издательством. Однако на российском книжном рынке эта работа появилась лишь в 2002 году, что подчеркивает длительный период, в течение которого она оставалась незаметной для широкой аудитории. В своих воспоминаниях автор акцентирует внимание на том, какую значимую роль в начале военных действий сыграли два немецких крейсера — «Гебен»
и «Бреслау».
Он утверждает, что в истории войны едва ли можно найти другой военный корабль, который оказал бы столь же огромное и судьбоносное влияние на ход мировых событий, как линейный крейсер «Гебен» из германского Имперского флота.
В результате цепи обстоятельств этот корабль, вместе с легким крейсером «Бреслау», оказался в изоляции от своих основных сил в самом центре Средиземного моря, когда в 1914 году началась Первая мировая война. В условиях нарастающего конфликта командир дивизии, контр-адмирал Вильгельм Сушон, родившийся в 1864 году и ушедший из жизни в 1946 году, принял рискованное, но, по его мнению, единственно правильное решение — направиться в Стамбул.
В этом стратегически важном городе немецкие крейсера были формально проданы Османской империи, что позволило Сушону стать командующим турецким флотом. Это решение оказало решающее влияние на вовлечение Турции в конфликт против России, что, в свою очередь, изменило баланс сил в регионе. На протяжении всей Первой мировой войны российский флот на Черном море был сосредоточен на выполнении главной задачи — борьбе с «Гебеном» и «Бреслау». Однако, несмотря на все усилия, русские моряки не смогли ни уничтожить, ни вывести из строя эти «проклятые корабли», которые стали символами не только военной мощи Германии, но и трагедии для России.
Таким образом, история «Гебена» и «Бреслау» является неотъемлемой частью повествования о Первой мировой войне, подчеркивая, как один корабль может повлиять на ход истории целой нации. Эти события стали важным уроком для будущих поколений, показывая, как стратегические решения и военные действия могут оказывать долгосрочное воздействие на международные отношения и судьбы стран.
Согласно исследованиям, проведенным советским военным историком Н.Г. Корсуным, 10 августа 1914 года произошло значительное событие, когда два немецких крейсера, названные «Гебен» и «Бреслау», вошли в Дарданеллы при весьма загадочных обстоятельствах. Это появление могло кардинально изменить расстановку сил в Черном море в пользу Османской империи. В результате турецкое правительство приняло решение о фиктивной покупке этих кораблей, что, по мнению историка Георга Коопа, было связано с рядом важных событий, произошедших в тот период.
В течение года до этого момента в Турции было созвано народное собрание, на котором обсуждались меры по сбору средств для укрепления военно-морского флота страны. В условиях экономического кризиса, когда страна находилась в тяжелом финансовом положении, благодаря добровольным пожертвованиям граждан удалось собрать определенную сумму, достаточную для заказа в Англии двух новых кораблей: одного линкора и одного легкого крейсера. Эти два судна были уже построены и оплачены, и их предстояло перевести из Англии в Турцию.
Турецкий народ с нетерпением ждал этого важного события, поскольку оба современных военных корабля должны были стать частью флота и встать на якорь у Золотого Рога, что значительно усилило бы позиции Турции на море. Однако, несмотря на готовность кораблей и их ожидание в порту, отплытие было отложено по различным причинам. С каждым днем надежды на получение новых кораблей у турецкого народа угасали, и, в конечном итоге, с началом войны английское правительство решило реквизировать оба судна, включив их в состав своего военно-морского флота.
Таким образом, когда «Гебен» и «Бреслау» оказались в турецких водах, в стране царило глубокое негодование. Турецкий народ был в праведном гневе на Англию за нарушение ранее заключенных договоров и за то, что они не выполнили свои обязательства по передаче кораблей. Это событие стало важным моментом в истории Османской империи, поскольку оно не только показало слабость внешнеполитической позиции Турции, но и привело к дальнейшему укреплению связей с Германией, которая воспользовалась ситуацией для расширения своего влияния в регионе.
Таким образом, история с «Гебеном» и «Бреслау» стала символом тех сложных и противоречивых времен, когда на фоне глобальных конфликтов и политических интриг решались судьбы целых наций. Восприятие этого события в обществе стало катализатором для дальнейших изменений в политической и военной стратегии Османской империи, что в конечном итоге повлияло на ход Первой мировой войны и на будущее региона в целом.
28 октября 1914 года в Черном море появились немецкие крейсера «Гебен» и «Бреслау». На следующий день, 29 октября, турецкие миноносцы атаковали русскую канонерскую лодку «Донец», которая находилась в Одесской гавани, и потопили её. 30 октября немецкие крейсеры начали бомбардировку таких городов, как Севастополь, Феодосия и Новороссийск. В ответ на эти действия Россия объявила Турции войну. 12 ноября турецкое правительство объявило о начале «священной войны» против Антанты. С вступлением Турции в конфликт часть военных сил России и Великобритании была вынуждена отвлекаться от боев на европейских фронтах. Кроме того, закрытие проливов привело к нарушению морской связи между Россией и её союзниками через Черное и Средиземное моря.
В мае и июне 1918 года, после подписания сепаратного Брестского мира в марте того же года, ситуация для Советской России на южных рубежах страны существенно ухудшилась. Это ухудшение стало следствием сложных вопросов, связанных с Черноморским флотом, который оказался в тяжелом положении. В конце июня часть флота была затоплена в Цемесской бухте, расположенной в Новороссийске, что привело к значительному ослаблению позиций Советской России в этом стратегически важном регионе. Потопление кораблей и уход значительной части флота в Севастополь способствовали укреплению позиций германо-турецкого флота в Черном море, что в свою очередь негативно сказалось на безопасности и обороноспособности черноморских берегов.
Исследователь из Республики Калмыкия У.Б. Очиров в своей работе отмечает, что в эскалации гражданской войны важную роль сыграла поддержка иностранных союзников, сначала германцев, а затем представителей Антанты. Эта поддержка, по его мнению, способствовала созданию нестабильной ситуации, которая привела к активизации военных действий и обострению конфликта. Участник тех событий, Е.Д. Лехно, в своих воспоминаниях упоминает, что 28 июня войска меньшевистской Грузии вторглись на территорию Сочинского округа, который ранее входил в состав Черноморской губернии. В тот же день, когда началась грузинская интервенция, в Цемесскую бухту вошли военные суда, которые поднимали германские и турецкие флаги.
Согласно данным, представленным исследователем И.Т. Сирченко, германо-турецкая эскадра состояла из линкора «Гебен», пяти эсминцев и двух тральщиков. Линкор «Гебен» встал на якорь так близко к молам, что его орудия угрожали всему городу. Это создало атмосферу страха и паники среди местного населения и военных. В момент приближения германских кораблей произошел взрыв, в результате которого был уничтожен английский транспорт «Травириан», водоизмещение которого составляло 6000 тонн. Это событие стало знаковым, так как оно продемонстрировало решимость противника и его готовность использовать силу для достижения своих целей.
В условиях нарастающего напряжения отряды большевиков, находившиеся в городе, были вынуждены отступить к станции Тоннельной, что свидетельствовало о тяжелой ситуации, в которой они оказались. Герман Лорей, описывая эти события в своей работе, отмечает, что во время входа германских кораблей за молом произошел взрыв, который стал результатом действий команды английского парохода «Тревориэн». Это событие подчеркивает, насколько сложной и запутанной была обстановка в то время, когда различные силы боролись за контроль над Черным морем и его стратегическими портами.
Таким образом, события мая-июня 1918 года стали важной вехой в ходе гражданской войны в России, когда внешние факторы и внутренние конфликты пересекались, создавая сложные и непредсказуемые ситуации. Поддержка иностранных держав, военные действия и внутренние распри значительно усложнили положение Советской России, что в конечном итоге оказало влияние на дальнейший ход истории страны.
В результате проведенного опроса местными советскими властями было установлено, что оставшиеся военные корабли Черноморского флота были затоплены 24 июня. Личный состав этих судов был эвакуирован из Новороссийска. В ходе этой операции среди торговых судов были взорваны такие корабли, как «Эльбрус», а также пять пароходов, которые принадлежали странам Антанты. На тот момент в порту оставалось еще 27 судов, как крупных, так и мелких, которые плавали под красным флагом Советской власти. Это событие стало символом полного крушения некогда могучего русского Черноморского флота, который на протяжении многих лет являлся гордостью России и важным элементом ее военно-морской мощи.
После этих событий в Новороссийск прибыли немецкие офицеры, с которыми представители Черноморского Совета народных комиссаров начали вести переговоры. В состав советской делегации вошли такие ключевые фигуры, как председатель Новороссийского совета М. Лучин, а также представители Центрального исполнительного комитета Кубано-Черноморской советской республики — Монахов и Лехно. Также в делегацию был включен Г. Ачканов, который представлял интересы водного транспорта. Это говорит о том, что для советской власти было крайне важно обсуждать вопросы, касающиеся мореплавания и военнопленных, с представителями германского командования.
Немецкое командование заявило о том, что их основная цель заключается в вывозе военнопленных и урегулировании вопросов, связанных со свободным торговым и пассажирским мореплаванием. В ходе переговоров немцы выдвинули ряд требований, среди которых были просьбы о предоставлении воды, угля и нефти для своих судов. Контрадмирал Ребейр-Пашвиц, представляя немецкую сторону, озвучил следующие требования: обмен военнопленными, выдача германских и австрийских судов, которые были захвачены во время объявления войны, охрана интересов иностранных подданных, а также скорейшее открытие торгового мореплавания. Кроме того, он потребовал обеспечить снабжение эскадры топливом и провиантом.
Советская делегация, в свою очередь, ответила на эти требования, заявив, что обмен военнопленными имеет важное государственное значение и должен быть рассмотрен в соответствии с условиями Брестского договора, который предусматривал участие русско-германской комиссии в таких вопросах. Это подчеркивало, что без согласования с этой комиссией никакие решения не могут быть приняты. Что касается судов, то советская сторона сообщила, что они могут быть переданы немцам только на условиях взаимного обмена. Кроме того, представители советской власти выразили готовность согласиться на открытие торгового мореплавания, но только при условии, что будут даны гарантии о том, что советские суда не будут подвергаться захвату со стороны немцев или украинцев.
На момент начала переговоров на территории Кубани находилось около 15 000 зарегистрированных пленных, что подчеркивало сложность ситуации и необходимость скорейшего урегулирования вопросов, касающихся их судьбы. В связи с ухудшением отношений по вопросам Черноморского флота, Кубано-Черноморские власти в начале июня 1918 года предприняли меры по ограничению передвижения пленных, разослав телеграммы во все населенные пункты региона. Это свидетельствовало о том, что ситуация становилась все более напряженной, и власти стремились контролировать перемещение военнопленных, чтобы избежать возможных беспорядков и обеспечить безопасность.
Кроме того, возможность прибытия судов Антанты в Новороссийск вызвала волну среди военнопленных, которые, возможно, надеялись на скорое освобождение или изменения в их статусе. Весь этот комплекс событий свидетельствует о том, что в тот период времени вопросы, связанные с Черноморским флотом, военнопленными и международными отношениями, находились в центре внимания как советских, так и немецких властей. Каждое решение и каждое требование имело свои последствия, влияя на дальнейший ход истории региона и судьбы многих людей, оказавшихся в сложной ситуации в результате военных действий и политических изменений.
Получив топливо и продовольствие, а также тщательно зафиксировав местоположение кораблей, затопленных на внешнем рейде Цемесской бухты, и фактически захватив немецких военнопленных, германо-турецкая эскадра 30 июня 1918 года покинула Новороссийск. В бухте остался лишь миноносец «Зоркий», который пришел с эскадрой под германским флагом и находился под командованием русского белогвардейского офицера князя Ливена.
Таким образом, события, происходившие в Новороссийске в июне 1918 года, стали важной вехой в истории Черноморского флота и всей страны в целом. Эти переговоры, их содержание и результаты оказали значительное влияние на дальнейшие отношения между советской властью и Германией, а также на судьбу военнопленных и торгового мореплавания в Черном море.
Источник сведений: статья Сергея Михайловича Сивкова Роль немецкого крейсера «Гебен» в период первой мировой войны в акватории черного и Средиземного морей (июнь 1918 г. ).
Если интересно, прошу поддержать лайком, комментарием, перепостом, может подпиской! Впереди, на канале, много интересного! Не забудьте включить колокольчик с уведомлениями! Буду благодарен!