– Зачем вы к нам снова переехали? К себе бы уж уехали, – выпалила Вера и тут же пожалела о сказанном.
Анна Викторовна застыла с поднятой вилкой. Кусок котлеты так и остался недонесенным до рта. За столом повисла тишина, густая как кисель. Сергей сосредоточенно рассматривал тарелку, будто там скрывалось что-то невероятно интересное. Дети переглянулись. Максим даже перестал жевать, а Даша прикусила губу.
– Я мешаю? – голос Анны Викторовны звучал обманчиво спокойно, но кончик вилки уже отбивал нервную дробь по краю тарелки. – Я, выходит, лишняя в этом доме?
Сергей откашлялся.
– Мама имела в виду, что вы могли бы вернуться в свою квартиру. Она пустует, а вы здесь уже полгода, хотя говорили про пару месяцев.
– Ах, теперь понятно, кто автор этой идеи, – Анна Викторовна положила вилку. – Тебе-то я точно мешаю, дорогой зять. А ведь я сюда не от хорошей жизни приехала. Одной тоскливо после сорока лет брака.
Вера подняла руку, словно пытаясь физически остановить нарастающий конфликт.
– Мама, Сергей, давайте не будем. Дети же за столом.
– А что дети? – Анна Викторовна повернулась к внукам. – Пусть видят, как выгоняют родную бабушку. Хороший урок на будущее.
– Никто вас не выгоняет, – Сергей старался говорить ровно, но желваки на скулах выдавали напряжение. – Просто это была временная мера, пока вы...
– Пока я что? Пока я не привыкну к одиночеству? Или пока вам не надоест моя компания?
Максим встал из-за стола.
– Можно я пойду? У меня домашка.
– Какая домашка? – возмутилась Анна Викторовна. – Ты же весь день в телефоне просидел. Вот в наше время...
– Мама! – Вера повысила голос. – Пожалуйста. Хватит.
Комната снова погрузилась в тишину. Анна Викторовна поднялась, аккуратно сложила салфетку и, стараясь сохранить достоинство, вышла из кухни.
– Ну и зачем ты начал? – прошипела Вера, как только за матерью закрылась дверь.
– Я? – Сергей выпрямился на стуле. – Это же ты сказала про «уезжайте».
– Это вырвалось, – Вера потерла виски. – Я устала быть буфером между вами. Каждый день как на минном поле.
Даша, забытая взрослыми, тихо выскользнула из-за стола.
– Понимаешь, в чем дело, – Сергей понизил голос, – это не может продолжаться вечно. Она контролирует всё: как мы воспитываем детей, что едим, когда ложимся спать. У нас даже возможности побыть наедине нет.
– Она просто пытается помочь.
– Это не помощь, это захват территории. Твоя мать отличный человек, но у неё свой взгляд на жизнь, и она считает, что все обязаны его разделять.
Вера вздохнула, понимая, что муж во многом прав. Последние месяцы выдались непростыми.
В своей комнате Анна Викторовна сидела на краю кровати. Полгода назад эта комната принадлежала Максиму, но его переселили к сестре, а сюда въехала бабушка – «временно». Она обвела взглядом стены, где еще виднелись следы от плакатов, содранных недовольным внуком. Сколько раз за эти полгода она пыталась сделать пространство своим, но так и не смогла.
Телефон тихо завибрировал. На экране высветилось имя Нины – соседки, присматривающей за её квартирой.
– Алло, Ниночка? Да, как всегда в это время. Что-то случилось?
Анна Викторовна слушала, и лицо её мрачнело.
– Так и сказали, что слышат шум из квартиры? И когда это было? Вчера вечером... И ты проверяла? Понятно. Спасибо, что сообщила.
Она положила трубку и сжала губы. Квартиранты, молодая пара с ребенком, которым она сдавала жилье последние четыре месяца, по словам соседки, устроили шумную вечеринку и что-то повредили в ванной – снизу потекла вода.
Это было последней каплей. Сначала неприятный разговор за ужином, теперь проблемы с квартирой. Анна Викторовна почувствовала, как глаза наполняются слезами, но тут же выпрямилась и сделала глубокий вдох. Нет, она не позволит себе раскиснуть. Завтра же поедет и разберется с этими квартирантами. А заодно...
Стук в дверь прервал ее размышления.
– Бабуль, можно? – в проеме показалась голова Даши.
– Заходи, солнышко.
Даша присела рядом и неловко обняла бабушку за плечи.
– Не обижайся на маму. Она не хотела тебя выгонять.
Анна Викторовна вздохнула.
– Я знаю. Просто иногда слова вылетают раньше, чем успеваешь подумать.
– Как у меня на контрольной по алгебре, – Даша улыбнулась. – Написала формулу, а потом поняла, что не ту.
– Надо бы нам с тобой позаниматься математикой, – Анна Викторовна погладила внучку по голове.
– Сейчас не надо, – поспешно сказала Даша. – Лучше расскажи про деда. Ты говорила, что он тоже был упрямый.
Анна Викторовна невольно улыбнулась. Дети всегда знали, как отвлечь её от грустных мыслей.
Следующим утром, когда все разошлись, Вера позвонила своей подруге Ольге.
– Ты представляешь, вчера я психанула и фактически предложила маме съехать. Прямо при всех, за ужином.
– Давно пора, – отозвалась Ольга без особого сочувствия.
– Как ты можешь так говорить? Она же моя мать!
– И что? Она взрослая самостоятельная женщина. У нее своя квартира есть. Почему ты должна ставить под удар свою семью?
Вера поморщилась.
– Ты говоришь прямо как Сергей.
– Потому что он прав. Слушай, я через это прошла с родителями мужа, помнишь? Три года совместной жизни, и мы чуть не развелись. Решение только одно – отдельное жилье и четкие границы.
Вера задумалась. В словах подруги была логика, но как объяснить это матери, недавно потерявшей мужа и цепляющейся за последнюю ниточку семейной близости?
– Я не знаю, как с ней об этом заговорить.
– Прямо, – отрезала Ольга. – Без обиняков. Иначе так и будете ходить вокруг да около, а проблема никуда не денется.
После разговора Вера долго сидела, уставившись в одну точку. Ольга права – нужно решаться. Но как найти правильные слова?
Анна Викторовна ехала в автобусе и мысленно готовила речь для нерадивых квартирантов. Рядом сидела пожилая женщина примерно её возраста, листавшая журнал.
– Внуки? – спросила соседка, заметив, как Анна Викторовна рассматривает фотографию детей на заставке телефона.
– Да, Максим и Даша. Шестнадцать и двенадцать.
– Хороший возраст. Мои уже студенты. Редко видимся, все заняты.
– Вы с ними не живете?
Женщина удивленно подняла брови.
– Боже упаси! У дочки своя семья, у сына своя. Я к ним в гости – с радостью, они ко мне – тоже хорошо. Но жить вместе – это путь к конфликтам.
– А вам не одиноко? – тихо спросила Анна Викторовна.
– Поначалу было, когда муж ушел. Два года как стены грызла от тоски. А потом... – женщина улыбнулась. – Потом обнаружила, что свобода имеет свои преимущества. Я в хор ветеранов записалась, на танцы хожу раз в неделю. В парке группа скандинавской ходьбы есть, отличные люди собираются.
Анна Викторовна смотрела на собеседницу с удивлением. Эта женщина, казалось, нашла в одиночестве то, что сама Анна искала в семье дочери – наполненность жизни.
Выйдя на своей остановке, она вдруг поняла, что совершенно не готова к разговору с квартирантами. Мысли были далеко.
Сергей сидел в кабинете начальника отдела и нервно постукивал пальцами по колену.
– Значит, говоришь, теща ищет жилье поближе? – переспросил Валентин Петрович, перебирая какие-то бумаги. – Могу поспрашивать у наших. Вроде у Семеныча теща квартиру сдает недалеко от вас.
– Было бы здорово, – кивнул Сергей. – Главное, чтобы отдельно, но не слишком далеко. И Вера спокойнее будет, и детям бабушка на расстоянии вытянутой руки.
Валентин Петрович усмехнулся.
– Понимаю, сам через это прошел. Ладно, дам знать, как что-то появится.
Сергей вышел из кабинета с чувством, что сделал правильный шаг. Пусть Анна Викторовна пока не готова к переезду, но когда появится конкретное предложение, разговор будет предметным.
Анна Викторовна не стала заходить к квартирантам. Вместо этого она позвонила в дверь к соседке Нине.
– Анечка! – та всплеснула руками. – Я думала, ты позже будешь.
– Планы изменились, – Анна Викторовна прошла в квартиру. – Расскажи, что там стряслось?
Пока соседка рассказывала о шуме и потопе, Анна Викторовна вдруг поймала себя на мысли, что совершенно не злится на квартирантов. Странное равнодушие овладело ею.
– Ниночка, а что у нас в районе с кружками для пенсионеров? Ты что-нибудь посещаешь?
Нина удивленно захлопала глазами.
– С чего вдруг такой интерес? В Доме культуры кружок вязания есть, литературный клуб, хор. А в парке собираются на скандинавскую ходьбу.
– Надо же, как интересно, – пробормотала Анна Викторовна, вспоминая слова попутчицы из автобуса.
Когда Вера вернулась с работы, квартира была непривычно тихой.
– Мам, ты дома? – окликнула она, разуваясь в прихожей.
– На кухне, – отозвалась Анна Викторовна.
Вера застала мать за компьютером – она что-то сосредоточенно искала в интернете.
– Ты сегодня к квартирантам ездила?
– Да, но не заходила к ним. Решила, что Нина преувеличивает. Ничего страшного не случилось.
Вера удивленно посмотрела на мать. Обычно Анна Викторовна придавала большое значение любым проблемам с квартирой.
– Что ты ищешь?
– Да так, кое-что для себя, – Анна Викторовна закрыла вкладку. – Вера, нам нужно поговорить.
Вера напряглась, ожидая неприятного разговора о вчерашнем инциденте.
– Мама, насчет вчерашнего...
– Нет, – Анна Викторовна остановила дочь жестом. – Не о том. Я думаю, мне действительно пора возвращаться к себе.
Вера опешила.
– Но... почему сейчас?
– Потому что я поняла, что превращаюсь в обузу. Это не то, чего я хотела, переезжая к вам.
– Мама, ты не обуза, – Вера села рядом и взяла мать за руку. – Просто нам всем нужно пространство. Я не это имела в виду вчера.
– Я знаю. Но признай, я перешла некоторые границы. Сергей прав – это ваша семья, ваши дети, ваши правила.
Вера с удивлением смотрела на мать. Что-то изменилось в ней за этот день.
– Что произошло? Ты выглядишь... другой.
Анна Викторовна улыбнулась.
– Встретила одну женщину в автобусе. Такую же вдову, как я. Но она не цепляется за детей, а живет полной жизнью. И я подумала – почему я так не могу?
– Ты серьезно решила вернуться?
– Да. Но с одним условием – вы будете регулярно меня навещать. И я к вам буду приезжать. Только не как надзиратель, а как любящая мать и бабушка.
Вера обняла Анну Викторовну, чувствуя, как с плеч падает тяжелый груз.
Вечером, когда все собрались за ужином, атмосфера была совсем иной, чем накануне. Сергей недоверчиво слушал тещу, объявившую о своем решении.
– Я рад, Анна Викторовна, но не хочу, чтобы вы думали, будто мы вас выгоняем.
– Нет, Сергей, это мое решение. Я должна построить свою жизнь, а не встраиваться в вашу.
Максим хмыкнул.
– А что, бабуль, может, тебе еще и парня найти?
– А почему нет? – неожиданно ответила Анна Викторовна. – В семьдесят жизнь только начинается.
– Тебе шестьдесят пять, мама, – поправила Вера.
– Тем более!
Все рассмеялись, и напряжение, копившееся месяцами, начало таять.
– Когда планируешь переезд? – спросил Сергей уже деловито.
– Через неделю-две. Нужно квартирантов предупредить, квартиру подготовить.
Вера переглянулась с мужем. Они оба не ожидали такого поворота событий.
В пятницу вечером, когда родители ушли в гости к друзьям, оставив Анну Викторовну с внуками, случилось непредвиденное. Максим, воспользовавшись отсутствием родителей, пригласил друзей. То, что начиналось как тихие посиделки с парой приятелей, быстро превратилось в шумную вечеринку.
Анна Викторовна, услышав подозрительный шум, вышла из своей комнаты и обнаружила в гостиной десяток подростков, музыку и разбросанные чипсы.
– Максим, что здесь происходит? – она повысила голос, чтобы перекричать музыку.
Внук, явно не ожидавший, что бабушка выйдет из комнаты, растерялся.
– Ба, все под контролем. Мы просто...
– Я вижу, что вы «просто». Немедленно выключи музыку!
Один из друзей Максима хихикнул.
– Макс, твоя бабуля командует парадом?
Максим покраснел. Анна Викторовна видела, как в его глазах мелькнуло раздражение, смешанное со стыдом.
– Это мой дом, бабуль. Тебе не обязательно все контролировать.
– Это дом твоих родителей, – возразила Анна Викторовна. – И они доверили мне присмотреть за вами.
– Мне шестнадцать! Я не ребенок!
– Тогда не веди себя как ребенок. Или я звоню родителям прямо сейчас.
Парень скривил губы.
– Звони. Все равно ты скоро уедешь, и командовать будет некому.
Слова внука больно кольнули, но Анна Викторовна не подала вида. Вместо этого она подошла к колонке и выдернула провод из розетки. Музыка стихла.
– Всем спасибо, вечеринка окончена. – Она обвела взглядом притихших подростков. – У вас есть пятнадцать минут, чтобы попрощаться.
К удивлению Максима, друзья не стали возражать. Они начали собираться, переговариваясь вполголоса. Один из парней даже извинился перед Анной Викторовной, проходя мимо.
Когда последний гость ушел, Максим сверлил бабушку взглядом.
– Зачем ты это сделала? Опозорила меня перед всеми!
– Я не опозорила тебя. Я остановила то, что могло привести к неприятностям. Что, если бы соседи вызвали полицию из-за шума?
– Никто бы не вызвал! Ты просто любишь контролировать. Всех достала своими указаниями!
Даша, наблюдавшая за сценой из коридора, тихо ойкнула. Анна Викторовна побледнела. Это был первый раз, когда внук высказался так резко.
– Я делала это не потому, что люблю контролировать, – тихо сказала она. – А потому что беспокоюсь о вас. Ты этого не понимаешь сейчас, но поймешь, когда станешь старше.
– Все так говорят, – буркнул Максим. – А на самом деле просто не доверяют.
– Может быть, мы действительно не всегда доверяем правильно. Я над этим подумаю.
Анна Викторовна развернулась и пошла к себе. В комнате она села на кровать, чувствуя, как дрожат руки. Что-то надломилось в эту минуту – не только между ней и внуком, но и внутри нее самой.
Сергей узнал о вечеринке на следующее утро и устроил Максиму выговор. К удивлению всех, Анна Викторовна вмешалась в пользу внука.
– Не преувеличивай, Сергей. Ничего страшного не случилось.
– Но он нарушил правила!
– И получил урок. Это важнее наказания.
Сергей недоверчиво посмотрел на тещу. Это было на нее не похоже.
Позже, когда они с Верой остались наедине, он признался:
– Не узнаю твою мать. Она меняется на глазах.
– Она просто поняла, что можно жить иначе. Знаешь, я говорила с ней вчера вечером. Она записалась в группу скандинавской ходьбы в своем районе. И на курсы компьютерной грамотности.
– Серьезно? Ей же компьютер только для рецептов нужен был.
– Видимо, нет. Она сказала, что хочет научиться пользоваться всеми возможностями интернета. Представляешь, она даже спросила, как создать страницу в соцсети.
Сергей покачал головой.
– Кто бы мог подумать.
– Кстати, – Вера понизила голос, – она мне рассказала про твои планы найти ей квартиру поближе.
Сергей замер.
– Откуда она...
– Ты разговаривал с Валентином Петровичем в кабинете? Там же Галина Сергеевна сидит, бухгалтер. Она подруга моей мамы еще с молодости. Позвонила ей в тот же день.
– И она не устроила скандал?
– Наоборот. Сказала, что это очень заботливо с твоей стороны. Но теперь ей не нужна новая квартира – она возвращается в свою.
Неделя до переезда Анны Викторовны пролетела быстро. Она часто говорила по телефону с Ниной, обсуждая планы на будущее. Вера помогала матери собирать вещи и была удивлена, как много их накопилось за полгода.
– Почему ты не сказала, что Сергей ищет тебе квартиру поблизости? – спросила Анна Викторовна, складывая свитера в чемодан.
– Я не знала, как ты отреагируешь. Думала, обидишься.
– Раньше, наверное, так и было бы. Но сейчас я вижу, что он заботился и о тебе, и обо мне. Хотел, чтобы всем было комфортно.
Вера присела рядом с матерью.
– Мне будет не хватать тебя. Каждый день.
– Я никуда не исчезаю, доченька. Буду приезжать, звонить. Просто теперь мы будем уважать пространство друг друга.
В день переезда Сергей отпросился с работы, чтобы помочь теще с вещами. Квартиранты уже съехали, и квартира Анны Викторовны встретила их чистотой и пустотой.
– Непривычно, – сказала она, оглядывая знакомые стены. – Словно в гостях у самой себя.
– Освоишься, – подбодрил ее Сергей, занося последнюю сумку. – Вот увидишь, скоро будет как раньше.
– Нет, не будет, – улыбнулась Анна Викторовна. – Я не хочу, чтобы было как раньше. Хочу, чтобы было лучше.
Перед уходом Сергей неловко обнял тещу. Вера, глядя на них, почувствовала, как к горлу подкатывает комок – впервые за долгое время она видела их в согласии.
Прошло три месяца. Анна Викторовна сидела в кафе недалеко от своего дома и ждала дочь с внуками. Они договорились встретиться перед походом в кино.
– Бабуль! – Даша первой заметила ее и бросилась обнимать.
– Моя хорошая! Как контрольная по алгебре?
– Четверка! Я все решила, как ты показывала.
Максим подошел следом, пожал бабушке руку – совсем по-взрослому. Между ними установилось новое понимание после того вечера с вечеринкой.
Вера присела рядом с матерью.
– Как твои дела? Нина сказала, ты теперь все время занята.
– Не поверишь – времени не хватает! Скандинавская ходьба три раза в неделю, компьютерные курсы, а теперь еще в культурный центр записалась – они организуют поездки по историческим местам.
– Кто бы мог подумать, – улыбнулась Вера. – А раньше ты говорила, что без нас тебе скучно.
– Я боялась одиночества, – просто ответила Анна Викторовна. – А теперь поняла – быть одной и быть одинокой это разные вещи.
– Сергей передавал привет. Он сегодня не смог, совещание.
– Передай ему тоже. И спроси, сможет ли он в воскресенье помочь мне с полками в кладовке. Я бы сама, но рост не тот.
– Спрошу, – Вера улыбнулась, думая о том, как изменились отношения между мужем и матерью. Теперь они общались напрямую, без ее посредничества.
– А еще, – Анна Викторовна понизила голос, – я познакомилась с интересным человеком в нашей группе. Петр Сергеевич, бывший инженер. Вдовец, как и я. Пригласил меня в филармонию на выходных.
– Мама! – Вера округлила глаза. – Это свидание?
– Называй как хочешь, – Анна Викторовна загадочно улыбнулась. – В моем возрасте можно позволить себе некоторые вольности.
Максим, услышавший их разговор, присвистнул.
– Говорил же, что бабуля еще даст фору молодым!
Они рассмеялись, и в этом смехе не было натянутости. За три месяца раздельной жизни они стали ближе, чем за полгода под одной крышей.
– Идемте в кино, – Анна Викторовна встала. – А потом заедем ко мне на чай. У меня есть что рассказать о моих новых приключениях.
И они пошли вчетвером по улице – не просто родственники по крови, а семья, научившаяся уважать границы друг друга и ценить время, проведенное вместе.
***
Наступила осень – время, когда особенно хочется домашнего уюта и тепла. Анна Викторовна, глядя на падающие листья за окном, заваривала любимый чай с корицей, когда раздался неожиданный звонок. На экране высветился незнакомый номер.
"Анна Викторовна? Добрый день. Вы меня не знаете, но я живу в соседнем подъезде. Вчера в ваш почтовый ящик по ошибке положили письмо, адресованное моей бабушке. Судя по штемпелю, оно из Харбина... Китай, представляете? И имя отправителя – Николай Воронцов..."
Анна Викторовна замерла, услышав имя, которое не произносила вслух почти сорок лет, читать новый рассказ...