— Думай, сынок! Что еще у нее могло остаться? — Тамара Павловна нервно ходила по кухне, и голос ее звучал требовательно.
Игорь сидел на диване, потирая поясницу. Спина ныла, как обычно после долгого сидения.
— Мам, да все я вывез! Телевизор, инструменты, два ноутбука. Даже кофемашину забрал!
— А два ноутбука зачем ей было? — мать остановилась, сощурившись.
— Со старой работы, еще рабочие, но устаревшие. Один Светке отдал, фильмы смотрит.
— При мне про эту не говори! — Тамара Павловна поморщилась. — О вещах думай! Что еще можно забрать?
Игорь задумался. Котел и посудомойку он снять в одиночку не мог, да и совесть кольнула — Анна сама их в кредит брала. Кофемашину он ей когда-то подарил, правда, на ее же деньги.
— Моющий пылесос я забрал, — вспомнил он.
— Хороший пылесос! — одобрила мать. — Обойдется без него! Дальше!
— Не помню я, мам! Если что и осталось, так мелочь. Пару рубашек, может...
— Постой! — Игорь выпрямился. — Костюм для рыбалки! Он в шкафу, на антресолях! Анка туда не лазит, высоко ей. А костюм дорогой, она мне его покупала!
— Вот видишь! — Тамара Павловна довольно кивнула. — Важная вещь! Требуй, чтобы вернула! А если выкинула — пусть за порчу имущества платит! Где это видано, чужое выбрасывать!
— А если и правда выкинула?
— Тогда оплатит! — мать почти выкрикнула. — Дальше думай!
— Да что я могу? Посмотреть бы...
— А ты вспомни что-нибудь, за чем самому ехать надо! — Тамара Павловна присела рядом, понизив голос до заговорщического. — На месте и посмотришь. Только сразу не забирай все! Понимаешь? Тебе к ней почаще ездить надо, звонить чаще!
— Зачем? — не понял Игорь.
— Чтобы каждый твой звонок ей, как царапина вилкой по тарелке! Я женскую природу знаю! Увидит твой номер — сразу развод вспоминать начнет, все плохое! А это ей покоя не добавит!
Игорь медленно кивнул. Мать была права. Анка должна страдать.
— И еще! — Тамара продолжала развивать мысль. — Каждое упоминание тебя при ее новом мужике ему нервы потреплет! Пусть думает, что у вас с Анной связь крепкая! А пока ты по вещице таскаться будешь, с ней встречаться придется. И ему это спокойствия не прибавит!
— И он ее выгонит! — Игорь улыбнулся. — Останется она никому не нужная!
— Рано радуешься! — прикрикнула Тамара Павловна. — Непонятно вообще, кто ее подобрал! А она довольная, радостная! Будто муж ей не изменил, к другой не ушел! Что-то быстро все забыла, а как клялась в любви!
— Нет, мам, — Игорь покачал головой. — Она правда любила. Просто я там все...
— Плохо растоптал, раз она по улицам с улыбкой ходит! — перебила мать. — Должна дома лежать, в подушку реветь! Думай, сынок, за чем тебе в ее дом ехать надо!
— Кстати, — Тамара вспомнила, — ты проверял? На часть дома претендовать никак нельзя? Хоть треть! Мы бы туда дядю Васю поселили, что с бутылкой не расстается! Вот он бы ей небо в алмазах показал!
— Нет, мам. У нее до брака две квартиры были. Одну на дом меняла, вторую продала на ремонт. Я туда ни копейки не вложил.
— Правильно! Хоть и неосмотрительно. Надо было вложить, чтоб сейчас отжать!
— Да я сбережения ее из сейфа забрал! — широко улыбнулся Игорь.
— Это правильно! — одобрила мать. — А вот про дом не подумал!
— Мам, разве что... Олег когда-то полки с вешалками для прихожей делал. Мы их не вешали, но они в кладовке лежать должны.
— Это мы знаем, что Олег криворукий! А она не знает! Скажи, что дороги тебе, брат делал! Родная кровь! Звони и требуй!
Игорь вышел на кухню, набрал номер, вернулся растерянный.
— Ну? — нетерпеливо спросила Тамара.
— Сказала, найдет — привезет.
— А у ее мужика машина есть?
— Нет, она сама недавно купила...
Тамара Павловна замерла, и челюсть ее отвисла.
— Машину? Это ж деньги какие!
— Так она и заработала, — тихо произнес Игорь, осознавая вдруг, кто в их семье был кормильцем.
— Звони насчет вещей! — очнулась мать. — Пусть весь дом перевернет! До последнего носка найдет и вернет! В ближайшее время! Иначе в суд, в полицию! Она их украла и прячет на своей территории! Звони!
Игорь позвонил, сказал жестко, пригрозил. Мама всегда умела на него влиять.
— Видала? — Тамара торжествовала. — Она еще смеет быть счастливой! Когда муж бросил! Мерзавка!
Все началось пять лет назад. На второй день после знакомства с будущей невесткой Тамара Павловна сказала сыну категорично:
— Она мне не нравится. Наглая и высокомерная. Не женись на ней.
Но Игорь был влюблен до беспамятства.
— Мама, я люблю ее! Она любит меня! Мы будем счастливы!
И они действительно были счастливы. Любовь помогала не замечать мелочи вроде того, как режется жареная картошка или где лежат полотенца. Когда празднуешь волшебство близости, неважно, поглажено ли белье.
Оба работали, оба наслаждались жизнью. И решали главный вопрос — где жить.
— У меня две квартиры в наследство достались, — призналась Анна перед свадьбой. — Можем в любой жить, вторую сдавать.
— И в чем проблема?
— Я всегда мечтала о своем доме, — тихо сказала Анна.
— Свой дом — хорошо, — задумался Игорь. — Строиться с нуля дорого. Но если найдем обмен на дом, а вторую квартиру продадим на ремонт?
— Ты правда согласен?
— Если найдешь хороший обмен, справимся вместе!
Обмен нашелся к концу второго года брака. И начался ремонт. Анна продала вторую квартиру, деньги были. В первой сделали ремонт, пожили месяц — и снова в стройку.
— Надо, так надо! — пожал плечами Игорь.
Делали поэтапно. Стены, крыша, отопление, вода, электрика. Отделку в комнатах по очереди.
— Для себя строим! — улыбалась Анна. — Надо, чтобы идеально!
Но на полпути все остановилось. До травмы Игорь работал наравне с бригадой. Анна была диспетчером в двух местах: принимала заказы в пиццерии и предоставляла услуги по переезду, ремонту, вывозу мусора. Рекламировала номер, подряжала людей, получала процент. При своих ремонтах подряжала их же, платили как своим.
Игорь работал на мебельной фабрике сборщиком. Однажды приехала машина без грузчиков. Его прельстили деньгами — выгрузи, занеси, собери. Там он и сорвал спину. Качественно сорвал. Врачи говорили, еще чуть-чуть — перелом позвоночника.
Три месяца в больнице, полгода восстановления. Потом трудовая в руки — носить тяжести и стоять в неудобной позе он больше не мог.
Он лежал на диване, лелея здоровье. Делать что-либо отказывался, ссылаясь на травму. Когда Анна была на работе, ездил к матери.
А Тамара Павловна только этого и ждала.
— Не ценит она тебя! Сколько ты ей дал, а она на работе! Со своими мужиками! Нет бы о муже позаботиться!
— Она деньги зарабатывает, — оправдывал жену Игорь.
— Одно другого не отменяет! Должна жена мужа уважать! А не как эта!
Месяц спустя Игорь позвонил Анне и самодовольно заявил, что нашел ту, которая его любит и ценит. От нее он уходит.
Анна легла и не вставала неделю. Но работу никто не отменял. Пока она работала, Игорь вычистил дом, вывезя все ценное.
Тамара с сыном сели ждать, когда Анна приползет просить вернуться. И простит кражу. Или будет страдать до потери человеческого облика.
Ждали зря.
Через два месяца знакомые донесли:
— Видели Анну с мужчиной! Постарше ее, серьезный, представительный! А она просто расцвела! Глаза счастьем сияют!
Этого ни Игорь, ни мать перенести не могли.
На следующий день в десять утра Анна позвонила Игорю:
— Выходи на улицу. Вещи привезла.
— Довольная такая! — кривясь, произнес Игорь, когда вышел. — Думал, страдать будешь!
— Нет, Игорь, я не буду страдать. Я счастлива. У меня хороший мужчина. Добрый, внимательный, ласковый. Заставил из пиццерии уволиться. Не нравится ему, когда я сильно устаю. Сказал, будет платить столько, сколько я зарабатывала, только чтобы я там больше не работала.
— Щедрый, — фыркнул Игорь. — Где вещи?
— Вешалки в багажнике забирай. — Анна пикнула брелком. — Не заберешь — на помойку отвезу.
Игорь достал две полки и спросил:
— Остальное где?
— Знаешь, — Анна улыбнулась, — я теперь у него живу. А дом — наша дача. Сейчас не сезон, не ездим. Пришлось специально съездить. Мы вместе все нашли.
— Ну? Где?
— Вон. — Анна с усмешкой кивнула на огромный тополь метрах в десяти от подъезда.
На дереве были развешаны вещи Игоря. Рыболовный костюм, майки, рубашки. Даже носки с трусами.
— Он вышку специально вызвал, развешивал сам! — Анна рассмеялась. — Шутник у меня! На этом, Игорь, я говорю тебе прощай. Я настолько счастлива, что все твои уколы мне безразличны. Не звони больше.
— А то, что я забрал...
— Оставь себе. Мне безразлично. Прошлое осталось в прошлом. А будущее, как и настоящее, у меня прекрасно.
Она села за руль и уехала. Игорь смотрел на вещи, раскачивающиеся на ветру на самом высоком дереве во дворе.
— Может, хватит мать слушать? — спросил он вслух. — Кого я уколол? Кого довел? Кому нервы вымотал?
Махнул рукой, подхватил вешалки и пошел домой. К матери. Которая ждала отчета о том, как Анна страдала.