Сказка, которая забыла быть сказкой
Российский прокат давно превратился в бесконечный парад сказочных историй — то фольклорных, то диснеевских, то псевдо-современных. «Горыныч», новый фильм для всей семьи, вроде бы должен был оживить этот жанр, предложив зрителям отечественного дракона вместо очередной зарубежной принцессы. Но чудо не случилось. Вместо живого дыхания волшебства — отдушина для скуки и дежавю, где даже самые яркие образы тонут в сценарной трясине.
Подводник, князь и ипотека
Сюжет будто вытащили из глубин сценарного архива: моряк Лёха (Александр Петров) через магию времени попадает в древнее княжество, где ипохондрик-князь (Сергей Маковецкий) страдает от тревожности, боярин-злодей замышляет переворот, а княжна Маруся ждёт спасения от чужеземца. Всё это могло бы сработать, если бы авторы не ограничились карикатурой. Современные шутки про ипотеку, суши и карты, когда-то сносно звучавшие в «Последнем богатыре», здесь звучат как переозвучка старых мемов. Фильм пытается быть «смешным для всех», но оказывается не смешным ни для кого.
Дракон, которого слишком мало
Парадоксально, но единственный по-настоящему живой персонаж — сам Горыныч. Его дизайн и мимика вызывают больше эмоций, чем все человеческие герои вместе взятые. В нём есть потенциал доброй сказки — тот самый баланс между чудом и трогательностью, как у Йоды из «Мандалорца» или безымянного чудища из «Как приручить дракона». Но сценарий прячет этого героя, словно боится, что тот затмит Петрова. В итоге история про дружбу человека и дракона превращается в сериал про усталого подводника, спорящего с боярами.
Картонный мир и мюзикл без песен
Визуально «Горыныч» стилизован под театральное представление — с нарочито бутафорскими декорациями, искусственными небесами и яркими костюмами. Но в отличие от классических советских сказок, эта условность не рождает очарования. Там, где раньше была магия, теперь — телевизионный грим и CGI средней руки. Даже музыкальные сцены, на которые явно рассчитывали авторы, проходят без запоминающихся мотивов и харизмы. Всё выглядит так, будто фильм боится быть ярким, искренним, чуть нелепым — словом, живым.
Чудовище, сожжённое скукой
«Горыныч» — не провал в прямом смысле, а пример того, как робость убивает фантазию. Здесь нет ни провокации, ни подлинного юмора, ни детского восторга. Есть только аккуратная копия уже виденного — с обязательным посылом «будь собой» и финалом, предсказуемым за час до титров. Дракон, как символ сказочного вдохновения, оказался спрятанным в сундуке. И, кажется, пока наши авторы будут бояться собственных чудовищ, отечественное фэнтези так и останется сидеть на цепи — добродушное, безопасное и беззубое.
Вердикт:
«Горыныч» — фильм, в котором чудо есть, но его не выпускают на волю. Вместо дивного полёта — вязкое болото вторичности, где даже огнедышащий дракон кажется усталым.