Чёрное с белым… И нет никаких переливов. Мир чернобел, как Чернобыль, – и пахнет полынно… Господи, сколько Ты дал мне мгновений счастливых! Дух, от Отца исходящий… рождение Сына… Рукопись мира написана чёрным по белому – в собственной совести в этом легко убедиться… Каждая ветка по воздуху тянется к Целому… Сын на Кресте – это двух перекладин Единство. Тьма и просвет повторяют себя под копирку… Боже Ты мой, неужели Тобой я оставлен?! Чёрное с белым плывут параллельно в копилку, пересекаясь на лобных помостах проталин… январь 1990 г. Оскар Грачёв
Чёрное с белым… И нет никаких переливов.
Мир чернобел, как Чернобыль, – и пахнет полынно…
Господи, сколько Ты дал мне мгновений счастливых!
Дух, от Отца исходящий… рождение Сына…
Рукопись мира написана чёрным по белому –
в собственной совести в этом легко убедиться…
Каждая ветка по воздуху тянется к Целому…
Сын на Кресте – это двух перекладин Единство.
Тьма и просвет повторяют себя под копирку…
Боже Ты мой, неужели Тобой я оставлен?!
Чёрное с белым плывут параллельно в копилку,
пересекаясь на лобных помостах проталин…
январь 1990 г.
Оскар Грачёв