— И кто опять оставил сковородку немытой? — Марго сжала губы, оглядывая кухню.
— А ты что, не можешь помыть? Я устала, — Алевтина Юрьевна невозмутимо листала журнал, сидя в кресле.
— Опять? Что-то вы слишком часто устаете! — Марго изо всех сил старалась говорить спокойно, но голос предательски дрожал.
— Маргош, ну не начинай, — Рома вошел в комнату, держа в руках газету.
— Не начинать? Уж и правда, я лучше закончу! — она повернулась к свекрови и пробуравила ее гневным взглядом. — Вы полгода уже тут живете, хотя приехали в гости, и я за всеми убираю, стираю, готовлю и плачу коммуналку!
В комнате повисла тяжелая тишина. Александр Евгеньевич, до этого безучастно смотревший телевизор, неловко поправил очки и сделал звук тише.
— Ну что ты кричишь на весь дом? — Алевтина Юрьевна поджала губы. — Неужели тебе жалко для родителей мужа?
— Для родителей — нет. А вот когда эти родители становятся вечными гостями, которые ничего не делают и даже не думают помогать финансово...
— Что-о-о? — Алевтина Юрьевна поднялась с кресла, ее лицо покраснело. — Ты с пенсионеров деньги требуешь?
— Я не требую! — Марго чувствовала, как внутри все клокочет. — Но когда человек живет в доме постоянно, он участвует в расходах. Это нормально!
— Ромочка! — Алевтина Юрьевна посмотрела на сына. — Ты слышишь, что твоя жена говорит? Мы для вас обуза, да?
Рома мялся, переводя взгляд с матери на жену. Его лицо выражало растерянность и нежелание вмешиваться в конфликт.
— Мам, Марго просто устала. Она с работы пришла...
— А я не устаю, да? Я весь день готовила, между прочим!
— И где эта готовка? — не выдержала Марго. — На кухне только грязная посуда и беспорядок!
В этот момент телефон Марго издал звуковой сигнал. Она посмотрела на экран и застонала.
— Что такое? — спросил Рома.
— Коммуналка. Опять повысили тарифы, — Марго тяжело опустилась на стул. — Еще плюс пятнадцать процентов.
— Ну вот, теперь будешь на нас валить, что мы у тебя лишнюю воду тратим, — фыркнула Алевтина Юрьевна.
Этот комментарий стал последней каплей.
— Да! Тратите! — Марго поднялась. — Вы полгода живете за наш счет! Вы приехали в гости на неделю. Неделю! А теперь уже полгода прошло. То вам документы надо получить, то квартиру якобы затопили соседи. А на самом деле вы просто решили, что можно жить тут бесплатно и свесить на меня все обязанности!
— Марго! — Рома попытался остановить жену, но она уже не могла остановиться.
— Нет, Рома! Я больше не могу! Я работаю полный день, прихожу домой и готовлю на четверых, убираю за четверыми, стираю, глажу, и при этом еще выслушиваю, как я все делаю неправильно! А твои родители только критикуют и указывают, где и что я делаю не так!
— Ромочка, она нас выгоняет, — Алевтина Юрьевна приложила руку к сердцу.
— Я не выгоняю! — Марго вскинула руки. — Я хочу конкретики. Когда вы планируете уезжать? Через неделю? Через месяц? Или вообще никогда?
В комнате снова повисла тишина. Рома смотрел в пол, Алевтина Юрьевна — на сына, а Александр Евгеньевич — куда-то в сторону, явно мечтая оказаться подальше от этой сцены.
— Мы уедем, когда закончится ремонт в нашей квартире, — наконец произнесла Алевтина Юрьевна.
— Какой ремонт? — Марго скрестила руки на груди. — Вы говорили про затопление еще три месяца назад, но ремонта так и нет.
— Ты что, не веришь? — возмутилась свекровь. — Звони хоть соседям, спрашивай!
— Хорошо, — внезапно согласилась Марго. — Давайте телефон соседей, я позвоню и уточню, на какой стадии ремонт.
Алевтина Юрьевна растерялась.
— Ну, у меня нет их телефона...
— Ага, — Марго кивнула. — Понятно.
Она повернулась и вышла из комнаты, хлопнув дверью. Рома поспешил за ней.
В спальне Марго сидела на краю кровати, сжав кулаки.
— Марго, ну зачем ты так? — Рома сел рядом, пытаясь обнять жену, но она отодвинулась.
— Как — так? Говорю правду? Рома, они живут у нас уже полгода. Полгода! Я больше не могу. Ты должен с ними поговорить.
— С кем? С родителями?
— Да, представь себе! Они взрослые люди и должны понимать, что нельзя вот так вот поселиться у кого-то и жить бесконечно.
Рома вздохнул.
— Хорошо, я поговорю с ними... Но не сейчас, ладно? Мама расстроена.
— Она расстроена? — Марго горько усмехнулась. — А я, по-твоему, в восторге? Рома, я правда больше не выдержу. Либо ты говоришь с ними и они уезжают в ближайшие две недели, либо... либо я не знаю, что будет.
— Это что, ультиматум?
— Это просьба о помощи, — тихо ответила Марго. — Я прошу тебя помочь мне, потому что сама я больше не справляюсь.
Рома долго молчал, потом кивнул.
— Хорошо. Я поговорю с ними завтра.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Но Марго слишком хорошо знала мужа. Она видела, как он отводит глаза, и понимала, что никакого разговора завтра не будет. Как обычно, Рома найдет тысячу причин отложить неприятный разговор.
***
Следующим утром Марго проснулась от звука работающего телевизора. Часы показывали 6:30, но Алевтина Юрьевна уже смотрела утреннюю передачу, сделав звук неприлично громким.
Наскоро собравшись, Марго выскочила из дома, не позавтракав. Сегодня у нее была важная встреча в офисе, но мысли постоянно возвращались к вчерашнему конфликту.
— Выглядишь не очень, — заметила Светлана, когда Марго появилась в офисе. — Опять свекровь?
— Не спрашивай, — Марго плюхнулась на свой стул. — Вчера чуть до настоящей ссоры не дошло.
— А в чем проблема-то? — Светлана присела на край стола. — Просто скажи им: «Пора и честь знать». Они же взрослые люди.
— Если бы все было так просто, — Марго покачала головой. — Рома не хочет конфликтовать с родителями. Каждый раз обещает поговорить с ними и каждый раз находит причину отложить разговор.
— А ты пробовала с ними сама поговорить?
— Пробовала. Свекровь сразу начинает обвинять меня в черствости и бессердечности. Мол, родители мужа, как я могу их выгонять. А свекор во всем соглашается с ней.
Светлана задумалась.
— Слушай, а может, устроить им такую жизнь, чтобы они сами захотели уехать?
— В смысле?
— Ну, например, перестать готовить, убираться...
— И жить в грязи? — Марго фыркнула. — Нет, это не вариант. Я не смогу.
— Тогда остается только ждать, когда твой Рома наконец найдет в себе силы поговорить с родителями.
Марго тяжело вздохнула.
— Боюсь, этого никогда не случится.
Весь день Марго не могла сосредоточиться на работе. Эдуард Валентинович, ее начальник, дважды делал ей замечание за невнимательность.
— Маргарита, что с вами происходит? — спросил он, когда Марго перепутала цифры в важном отчете. — Вы в последнее время совсем рассеянны.
— Простите, Эдуард Валентинович. Домашние проблемы.
— Решайте их дома. На работе извольте быть собранной.
Марго кивнула, чувствуя, как к горлу подступают слезы.
Вечером, возвращаясь домой, она размышляла, как можно решить ситуацию. Может, действительно стоит попробовать идею Светланы? Или поговорить с родителями еще раз, но более спокойно?
Дома ее ждал новый сюрприз. Алевтина Юрьевна решила «навести порядок» и переставила всю мебель в гостиной. Диван теперь стоял посреди комнаты, блокируя проход, а любимое кресло Марго было задвинуто в угол.
— Что это? — Марго остановилась на пороге гостиной.
— Это называется фэншуй, — гордо ответила Алевтина Юрьевна. — Так энергия в доме будет лучше циркулировать.
Марго молча прошла в спальню, чувствуя, как внутри нарастает буря. Ее личные вещи на туалетном столике были переложены, а некоторых и вовсе не было.
— Где моя косметичка? — спросила она, вернувшись в гостиную.
— Я ее убрала, — спокойно ответила Алевтина Юрьевна. — Она там пылилась.
— Не пылилась. Я пользуюсь ею каждый день.
— Ну, там было слишком много всего. Я оставила самое необходимое.
Марго глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться.
— Где она?
— В шкафу, на верхней полке.
Марго прошла к шкафу. Ее любимая косметичка была заброшена далеко на верхнюю полку, а когда она достала ее, оказалось, что половины содержимого нет.
— А где моя помада? И тушь?
— Они выглядели старыми, я их выбросила.
Марго закрыла глаза, считая до десяти. «Спокойно, только спокойно».
— Алевтина Юрьевна, пожалуйста, не трогайте мои вещи. Никакие. Никогда.
— Ну вот опять ты начинаешь, — свекровь покачала головой. — Я хотела как лучше. Просто навела порядок.
— В следующий раз спрашивайте, прежде чем наводить порядок в чужих вещах, — Марго старалась говорить спокойно, но чувствовала, что теряет контроль.
В этот момент вернулся Рома. Увидев перестановку в гостиной, он удивленно оглядел комнату.
— Что здесь произошло?
— Твоя мама решила заняться фэншуем, — ядовито ответила Марго. — И выбросила половину моей косметики.
— Мама, зачем? — Рома повернулся к Алевтине Юрьевне.
— Я просто хотела помочь. У Марго такой беспорядок везде. А косметика была старая.
— Она не была старой! — Марго повысила голос. — И даже если была, это мои вещи, и только я решаю, что с ними делать!
— Ну вот, опять скандалит, — Алевтина Юрьевна посмотрела на сына. — Видишь, какая у тебя жена? Нервная.
— Мама, перестань, — Рома выглядел уставшим. — Пожалуйста, в следующий раз спрашивай, прежде чем трогать чужие вещи.
— И ты туда же? — Алевтина Юрьевна поджала губы. — Чужие вещи... А мы кто? Чужие люди?
Она резко встала и ушла на кухню, громко хлопнув дверью.
— Видишь, до чего ты довела, — прошептал Рома.
— Я? — Марго не верила своим ушам. — Это твоя мать перевернула весь дом и выбросила мои вещи!
— Тише, она услышит, — Рома поморщился.
— И пусть слышит! Мне надоело быть тихой!
— Марго, давай просто успокоимся...
— Нет, Рома. Я не буду успокаиваться. Твои родители живут здесь шесть месяцев. Шесть! Они перестраивают мой дом, выбрасывают мои вещи, критикуют меня с утра до вечера. И при этом не дают ни копейки на расходы. А ты все время просишь меня успокоиться!
В комнате повисла тяжелая тишина. Из кухни доносилось недовольное бормотание Алевтины Юрьевны.
— Хорошо, — наконец сказал Рома. — Я поговорю с ними. Сегодня вечером.
Марго с сомнением посмотрела на мужа.
— Правда?
— Правда.
— Хорошо, — она кивнула. — Я пойду к Светке. Вернусь через пару часов. За это время ты успеешь поговорить с родителями.
— Ты уходишь? Сейчас?
— Да, Рома. Так будет лучше. Вам нужно поговорить без меня.
Она взяла сумку и вышла из квартиры, не дожидаясь ответа мужа.
***
У Светланы Марго провела почти три часа. Подруга угостила ее ужином и терпеливо выслушала все жалобы.
— А знаешь, может, это и хорошо, что ты ушла, — сказала Светлана, когда Марго собралась домой. — Роме будет проще поговорить с родителями без тебя.
— Если он вообще будет говорить, — Марго не была уверена. — Скорее всего, он просто сидит и ждет моего возвращения.
— Ну, в любом случае, ты дала ему шанс. Теперь мяч на его стороне.
Марго кивнула.
— Спасибо, Свет. Ты настоящая подруга.
— Обращайся, — Светлана улыбнулась. — И держи меня в курсе. Я хочу знать, чем все закончится.
Когда Марго вернулась домой, в квартире было тихо. Свет горел только в спальне. Рома сидел на кровати, глядя в одну точку.
— Ну что? — Марго замерла на пороге.
Рома поднял на нее глаза.
— Я поговорил с ними.
— И?
— Они обещали уехать через две недели.
Марго не верила своим ушам.
— Серьезно? И они согласились вот так просто?
— Не совсем, — Рома вздохнул. — Мама сначала обвиняла меня в предательстве, потом плакала, потом угрожала, что больше никогда не приедет к нам... В общем, было весело.
— А папа что?
— А папа, как обычно, молчал. Но потом, когда мама ушла в ванную, он сказал, что давно хотел вернуться домой, но не решался спорить с мамой.
Марго присела рядом с мужем.
— Спасибо, — тихо сказала она, взяв его за руку. — Я знаю, как тебе было трудно.
Рома слабо улыбнулся.
— Ты была права. Нельзя было откладывать этот разговор так долго.
Марго обняла мужа. Впервые за долгое время она почувствовала облегчение. Но это чувство длилось недолго.
Следующие две недели превратились в настоящий ад. Алевтина Юрьевна ходила с видом мученицы, вздыхала при каждом удобном случае и постоянно говорила о том, как ей будет одиноко в своем «пустом доме». Она звонила каким-то дальним родственникам и громко жаловалась на «невестку, которая выгнала их из дома».
Марго старалась не реагировать, но каждый день давался ей все труднее. На работе дела тоже шли не лучшим образом. Эдуард Валентинович намекнул, что если ее производительность не улучшится, им придется подумать о ее замене.
А потом случилось то, чего Марго боялась больше всего. За три дня до предполагаемого отъезда родителей Рома пришел домой с новостью.
— Марго, нам с тобой предлагают командировку. На месяц.
— Командировку? — Марго удивленно подняла брови. — Куда?
— В Сибирь. Новый проект, очень перспективный. Начальство хочет, чтобы я его курировал.
— А я тут причем? Мы же в разных компаниях работаем.
— Эдуард Валентинович согласился отпустить тебя. Я с ним говорил. Учитывая твои последние результаты, он считает, что тебе не помешает сменить обстановку.
Марго не знала, что сказать. С одной стороны, это была отличная возможность для карьеры. С другой...
— А как же твои родители? Они должны уехать через три дня.
— Вот об этом я и хотел поговорить, — Рома замялся. — Понимаешь, если мы уедем на месяц, кто-то должен присмотреть за квартирой...
Марго почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Нет, Рома. Только не это.
— Марго, послушай...
— Нет! — она повысила голос. — Я не поеду ни в какую командировку, если твои родители останутся здесь. Это наш дом, а не их!
В этот момент дверь комнаты открылась, и на пороге появилась Алевтина Юрьевна.
— Мы все слышали, — сказала она, сложив руки на груди. — И я считаю, что вы должны ехать. Это важно для карьеры Ромы.
— А для моего душевного равновесия важно, чтобы вы наконец вернулись в свой дом, — отрезала Марго.
— Ромочка, ну объясни ты своей жене, что это глупо — отказываться от такой возможности только потому, что она не хочет, чтобы мы остались еще на месяц.
— Еще на месяц? — Марго горько усмехнулась. — А потом еще на месяц, и еще, и еще. Так?
— Марго, не начинай, — устало сказал Рома.
— Не начинай? — Марго почувствовала, как внутри поднимается волна гнева. — Ты обещал, что они уедут через две недели. Мы договаривались!
— Обстоятельства изменились.
— Нет, Рома. Это не обстоятельства. Это ты изменился. Или, точнее, не изменился. Ты все такой же бесхребетный, когда дело касается твоей мамочки.
— Ну вот, опять она за свое, — Алевтина Юрьевна повернулась к появившемуся в коридоре мужу. — Саша, ты слышишь, как она с нами разговаривает?
Марго внезапно поняла, что больше не может выносить этот цирк. Она прошла в спальню, достала чемодан и начала собирать вещи.
— Ты что делаешь? — испуганно спросил Рома, входя в комнату.
— Собираю вещи. Раз ты не можешь сдержать свое слово, я ухожу.
— Куда?
— К Светке. Пока поживу у нее, а потом сниму что-нибудь.
— Марго, ты с ума сошла! Из-за такой мелочи разрушать семью?
— Мелочи? — Марго остановилась и посмотрела на мужа. — Полгода жить с твоими родителями, терпеть их нравоучения, их критику, их бесцеремонное вмешательство в мою жизнь — это мелочь? Выбрасывать мои вещи без спроса — это мелочь? Перестраивать мой дом — это мелочь?
— Но это же не повод уходить!
— Повод не в этом, Рома, — тихо сказала Марго. — Повод в том, что ты выбрал сторону. И это не моя сторона.
Она закрыла чемодан и направилась к выходу. В коридоре стояли Алевтина Юрьевна и Александр Евгеньевич, наблюдая за происходящим.
— Вот так всегда, — громко сказала Алевтина Юрьевна. — Чуть что не по ее — сразу истерика и побег.
Марго остановилась и повернулась к свекрови.
— Знаете, Алевтина Юрьевна, мне вас жаль. Вы настолько привыкли манипулировать людьми, что даже не замечаете, как разрушаете жизнь собственного сына.
— Да как ты смеешь! — задохнулась от возмущения Алевтина Юрьевна.
— Смею, — спокойно ответила Марго. — Потому что кто-то должен сказать вам правду. Вы эгоистка. Вы думаете только о себе. И когда-нибудь вы останетесь одна, потому что даже самые терпеливые люди когда-нибудь устают терпеть.
Она повернулась к Роме.
— Я буду у Светланы. Когда твои родители уедут, позвони мне. Мы поговорим.
И с этими словами Марго вышла из квартиры, оставив застывшего Рому и потрясенных родителей.
***
У Светланы Марго прожила три дня. Подруга не задавала лишних вопросов, просто молча обняла ее, когда Марго появилась на пороге с чемоданом, и предложила чай.
— Я устала, Света, — призналась Марго на второй день. — Устала бороться с ветряными мельницами. Может, мне действительно стоит подать на развод?
— Не горячись, — Светлана покачала головой. — Дай Роме время подумать. Возможно, твой уход заставит его пересмотреть свои приоритеты.
— Сомневаюсь. Он всегда был маменькиным сыночком, — Марго вздохнула. — Просто раньше это не было так заметно, потому что мы жили отдельно от родителей.
— А звонил он тебе?
— Каждый день. Просит вернуться. Говорит, что любит меня.
— А про родителей что говорит?
— Ничего, — Марго горько усмехнулась. — Обходит эту тему стороной. Как будто проблемы не существует.
На четвертый день раздался неожиданный звонок. Марго думала, что это снова Рома, но на экране высветилось имя свекра.
— Александр Евгеньевич? — удивленно ответила она.
— Маргарита, — голос свекра звучал непривычно твердо. — Я хотел сказать, что мы с Алевтиной уезжаем. Сегодня.
— Правда? — Марго не верила своим ушам.
— Да. Рома нам помогает собраться. И... — он замялся. — Я хочу извиниться. За все.
— Я... не знаю, что сказать.
— Ничего не говори. Просто знай, что я всегда был на твоей стороне. Просто не мог противостоять Але. Она очень сильная женщина.
— Понимаю, — тихо сказала Марго.
— Надеюсь, вы с Ромой помиритесь. Он любит тебя, просто не всегда умеет это показать.
— Спасибо, Александр Евгеньевич.
— И еще, — он понизил голос. — Я поговорил с Алей. Мы будем помогать вам с коммунальными платежами за те месяцы, что жили у вас. И в будущем, если приедем в гости, тоже будем участвовать в расходах.
Марго не знала, что ответить. Это было так неожиданно.
— Спасибо, — наконец произнесла она.
— Не за что. И еще раз прости нас.
Вечером позвонил Рома.
— Они уехали, — сказал он без предисловий.
— Я знаю. Твой отец звонил мне.
— Правда? — в голосе Ромы звучало удивление. — Не знал... Марго, я хочу, чтобы ты вернулась. Пожалуйста.
— А что изменится, Рома? Твои родители уедут сейчас, а через месяц снова приедут, и все повторится.
— Нет, не повторится, — твердо сказал Рома. — Я понял свою ошибку. Я должен был поставить твои интересы на первое место. Ты — моя семья.
— И что конкретно изменится?
— Во-первых, мои родители больше никогда не будут жить у нас дольше недели. Во-вторых, они будут участвовать в расходах, когда приедут. В-третьих, я больше никогда не позволю маме критиковать тебя или указывать, как вести хозяйство. Это наш дом, и решения принимаем мы.
Марго молчала, обдумывая его слова.
— Марго, я серьезно, — продолжил Рома. — Эти три дня без тебя были настоящим адом. Я не хочу так жить. Я хочу быть с тобой.
— Я подумаю, — наконец сказала Марго. — Дай мне еще пару дней.
— Хорошо, — согласился Рома. — Только, пожалуйста, помни, что я люблю тебя.
Еще через два дня Марго вернулась домой. Квартира сияла чистотой, на столе стояли цветы, а Рома встретил ее с неловкой улыбкой.
— Я так рад, что ты вернулась, — сказал он, обнимая жену.
— Я тоже, — Марго улыбнулась. — Но помни о своих обещаниях.
— Я помню, — серьезно кивнул Рома. — И я их сдержу. Обещаю.
Прошло три месяца. Марго и Рома постепенно возвращались к нормальной жизни. Родители звонили, но о визитах речь пока не заходила.
А потом случилось неожиданное. В один из вечеров Марго почувствовала себя плохо. Утром ее тошнило.
— Может, ты беременна? — предположил Рома, глядя на бледную жену.
— Вряд ли, — отмахнулась Марго, но через неделю, когда симптомы не прошли, она все же купила тест.
Две полоски. Она не могла поверить своим глазам.
— Рома! — позвала она трясущимся голосом.
Он прибежал из комнаты.
— Что случилось?
Марго молча протянула ему тест. Рома уставился на него, не понимая.
— Это... Ты... Мы...
— Да, — Марго улыбнулась сквозь слезы. — Мы будем родителями.
Рома издал радостный возглас и подхватил Марго на руки.
— Осторожно! — засмеялась она. — Я теперь хрупкая.
— О боже, прости, — он тут же поставил ее на пол и нежно обнял. — Я так счастлив!
В этот момент зазвонил телефон. Рома посмотрел на экран и поморщился.
— Мама.
— Ответь, — кивнула Марго.
Рома нажал на кнопку и включил громкую связь.
— Ромочка, дорогой! — раздался голос Алевтины Юрьевны. — Как вы там?
— Отлично, мама. У нас прекрасные новости. Марго беременна.
На другом конце провода повисла пауза.
— Правда? — наконец произнесла Алевтина Юрьевна. — Это же замечательно! Я так рада за вас! Мы с папой сейчас же приедем помогать!
Марго и Рома переглянулись. В глазах Марго мелькнул испуг.
— Нет, мама, — твердо сказал Рома. — Пока не надо. Мы справимся сами. Марго только в начале беременности, ей не нужна помощь. А когда родится ребенок, мы сами вас позовем. На пару дней.
— Но Ромочка...
— Мама, — Рома перебил ее. — Я сказал «нет». И это окончательно.
Снова повисла пауза.
— Хорошо, — наконец сказала Алевтина Юрьевна непривычно тихим голосом. — Как скажешь. Но если вам понадобится помощь...
— Мы обязательно позвоним, — заверил ее Рома. — Спасибо, мама.
После разговора Марго облегченно вздохнула.
— Спасибо, — тихо сказала она.
— За что?
— За то, что сдержал обещание. За то, что теперь я точно знаю — наш ребенок будет расти в спокойной обстановке, без постоянных конфликтов.
Рома нежно обнял жену.
— Я люблю тебя, Марго. И буду любить нашего ребенка. И никому не позволю разрушить наше счастье. Даже собственной матери.
Марго улыбнулась, прижимаясь к мужу. Впервые за долгое время она чувствовала себя по-настоящему счастливой. Она знала, что впереди будут и другие трудности, но теперь была уверена — вместе они справятся со всем.
Через окно в комнату проникали лучи заходящего солнца, окрашивая стены в теплый оранжевый цвет. Марго подумала, что сейчас их квартира наконец-то снова стала их домом. И в этом доме скоро появится новый человек — их ребенок, их будущее, их настоящее счастье.
***
Уже октябрь, а история Марго и Ромы не оставляет равнодушными многих читательниц. Ведь каждая женщина хочет, чтобы её дом был крепостью, а не полем битвы со свекровью. Когда за окном падают разноцветные листья и хочется домашнего уюта, особенно важно научиться отстаивать свои границы. Но что если конфликт со свекровью — лишь начало испытаний? Что если спустя год после рождения малыша Марго столкнется с ещё более сложным выбором, который заставит её пересмотреть все семейные ценности?, читать новый рассказ...