— Ты что, с ума сошёл?! Куда ты собрался в десять вечера?!
Галина Петровна замерла на пороге с сумками продуктов. Виктор стоял в прихожей с дорожной сумкой в руках, избегая её взгляда.
— Мне нужно уехать, Галь.
— Как это — уехать? Витя, что происходит?!
Она швырнула сумки на пол, схватила его за рукав пиджака. Яблоки покатились по коридору, одно со стуком ударилось о плинтус.
— Прости. Я разберусь.
— С чем разберёшься?! Объясни хоть что-нибудь!
Виктор вырвал руку, открыл дверь. Холодный октябрьский ветер ворвался в квартиру.
— Не могу сейчас. Деньги на столе, на первое время хватит.
Хлопок двери прозвучал как выстрел. Галина осела на пол прямо в пальто, уставившись на закатившееся под шкаф яблоко. Тридцать пять лет вместе. И вот так — ушёл, будто на работу собрался.
Через десять минут она уже набирала Тамару:
— Толик, он ушёл! Просто взял сумку и ушёл!
— Господи, Галка, я же говорила! Он последний месяц странный какой-то был, помнишь? То телефон прячет, то по вечерам куда-то сбегает...
— Думаешь, другая?
— А что ещё? Мужики на пенсии с ума сходят. Моему тоже пятьдесят восемь было, когда он с той парикмахершей...
Галина положила трубку. На кухонном столе лежал конверт — деньги и записка корявым почерком: "На первое время хватит. Я разберусь."
Разберётся. С чем? С кем?
Утром она взяла отгул. Впервые за пятнадцать лет работы в строительной компании. Звонила Виктору раз двадцать — не брал трубку. Тогда Галина полезла в его вещи.
В кармане старого пиджака нашла квитанцию о переводе. Сто пятьдесят тысяч рублей. Какой-то Шувалов Николай Иванович. Она несколько раз перечитала имя. Шувалов... Так звали отца Виктора, умершего пять лет назад.
Руки задрожали. Галина открыла ноутбук, вошла в интернет-банк. Их общий счёт был пуст. Совсем. Пятьсот тысяч накоплений — испарились.
— Витька, что ты натворил?
Она схватила телефон, позвонила младшему брату мужа, Анатолию:
— Толя, Виктор у тебя?
Пауза. Слишком долгая.
— Галина Петровна, приезжайте. Нам надо поговорить.
До пригорода добиралась час на электричке. Анатолий встретил на крыльце своего покосившегося дома, нервно курил.
— Витьки нет, он в город уехал. Но вам лучше от меня узнать.
— Говори уже! У него другая женщина?
— Да какая женщина, Галина Петровна! — Анатолий затушил сигарету. — Дело в отце нашем. Оказывается, он перед смертью кредит взял. Почти миллион. Хотел бизнес какой-то мутный открыть, не получилось. А потом инсульт...
Галина опустилась на скрипучую скамейку.
— И что?
— Кредит висел на отцовском доме. А в доме прописан Витька, он наследник. Месяц назад объявились коллекторы. Требуют деньги или дом заберут.
— Почему он мне не сказал?!
— Ты же знаешь брата. Гордый, как чёрт. Стыдно ему было. Думал, сам решит, тебя не позорить будет. Деньги все снял, у знакомых занял, мою долю в доме выкупил за копейки... Эта девка, что с ним встречалась, — она адвокат. Помогала документы оформлять.
Галина сжала кулаки так, что побелели костяшки.
— Где он сейчас?
— В банке. Пытается договориться о реструктуризации. Галина Петровна, он вернётся вечером...
— Какой адрес банка?
Она ворвалась в офис как ураган. Виктор сидел перед кредитным менеджером, бледный, осунувшийся.
— Ты думал, я тебя брошу? — Галина подошла вплотную к столу.
— Галь... это не твоя проблема.
— Как не моя?! Тридцать пять лет женаты, или ты забыл?!
Кредитный менеджер неловко откашлялся:
— Может, вам в коридоре...
— Нет! — Галина достала из сумочки папку с документами. — У меня тоже есть накопления. Триста тысяч. Плюс могу взять кредит под материнский капитал от дочери. Сколько ещё нужно?
— Галя, я не позволю...
— Витя, заткнись! — Она впервые за все годы повысила на него голос. — Либо ты прямо сейчас принимаешь мою помощь, либо мы правда разводимся. Потому что я не хочу жить с человеком, который мне не доверяет.
Виктор смотрел на неё так, будто видел впервые. Потом медленно кивнул менеджеру:
— Давайте документы на реструктуризацию. На нас обоих.
Из банка они вышли в сумерках. Моросил мелкий дождь. Галина застегнула пуговицу на пальто, повернулась к мужу:
— Только не смей говорить спасибо. Мы семья. А в следующий раз, когда у тебя проблема, ты первым делом приходишь ко мне. Договорились?
Виктор молча протянул руку. В его ладони лежали ключи от домашнего сейфа.
— Больше никаких секретов, — хрипло произнёс он.
Галина взяла ключи, сжала в кулаке. Потом неожиданно для себя самой рассмеялась — коротко, нервно:
— Знаешь, Витя, я всю ночь думала, что ты к любовнице сбежал. Представляешь? А ты, оказывается, просто дурак. Но дурак — мой.
Они пошли к остановке, и впервые за долгие годы Виктор взял её за руку. Крепко, будто боялся отпустить.