Поезд дернулся и медленно тронулся. Я сидел у окна и смотрел, как за стеклом проплывает перрон. Вокзал, киоски, последние провожающие растворялись в октябрьских сумерках.
Дверь купе с грохотом отъехала, и вошел мужчина лет пятидесяти. Небольшая сумка, серый плащ, шляпа.
— Добрый вечер. Я ваш сосед до Рязани, через два часа выхожу, — сказал он, снимая шляпу.
Я кивнул, не отрываясь от окна. За стеклом уже ничего не разглядеть — сплошная темнота.
— У вас вид побитой собаки, молодой человек, — неожиданно произнес попутчик.
— Что? — я обернулся.
— Говорю, что вид у вас не из лучших. Неприятности?
— А вам какое дело? — огрызнулся я, но тут же спохватился. — Простите, не хотел грубить.
Мужчина улыбнулся и сел напротив.
— Знаете, я прожил на свете вдвое больше вашего. И заметил одну вещь. Когда рассказываешь проблему вслух, она уже не кажется такой страшной. А случайному попутчику рассказывать легче всего — все равно больше не увидимся.
Я посмотрел на него внимательнее. Спокойное лицо, умные глаза.
— Наверное, вы правы, — выдохнул я. — Хотя не знаю, с чего начать.
— С самого начала обычно проще, — мягко сказал он.
Я помолчал, слушая стук колес. Потом начал говорить.
****
— Мы поссорились с девушкой. Точнее, она увидела то, чего не было, и теперь не берет трубку. Зовут ее Алиса. Ей девятнадцать, она студентка. Добрая, светлая. Я никогда не думал, что она вот так... — я осекся.
— Что именно она увидела? — спросил попутчик.
— Это долгая история. Началось все еще в детстве.
Раньше мы с родителями жили в Туле. Отец возглавлял филиал завода. Обещали квартиру, но дом не достроили. Пришлось жить у бабушки в старой коммуналке в центре города.
Огромные комнаты, высокие потолки, длинный коридор с коробками и старым велосипедом. Родители работали с утра до ночи. Мама врач, дежурила сутками. Меня воспитывала бабушка.
После обеда она любила поспать. А я играл в коридоре в шпионов. Мне было семь лет.
— В соседней комнате жила девушка с матерью, — продолжил я. — Валентина. Мне тогда казалось, что она невероятно красивая. Невысокая, фигуристая, с темными кудрями. Она ходила по квартире в шелковой сорочке на тонких бретельках.
Я замолчал, вспоминая.
— Однажды летом, в жару, я играл в коридоре. Бабушка спала. Дверь в комнату Вали была приоткрыта. Я заглянул — ветерок колыхал занавеску, на полу двигались тени.
— Заходи, — услышал я ее голос.
Я вошел. Она лежала на диване, скрестив ноги. На груди лежала книга. Сорочка едва прикрывала тело.
— Сядь рядом, — похлопала она по дивану.
Я присел на краешек, отводя глаза.
— Ложись рядом со мной, — вдруг предложила она и подвинулась к спинке дивана.
Меня будто током ударило. Я вскочил и выбежал из комнаты. Вслед летел ее смех. Наверное, это была первая моя влюбленность. Я краснел каждый раз, когда встречал Валю в коридоре.
Вскоре мы получили квартиру и уехали. Я забыл о той девушке. Почти забыл.
****
— В старших классах заболела другая бабушка, по маминой линии, — продолжил я. — Мы переехали в другой город, чтобы мама могла за ней ухаживать. Полгода назад бабушка умерла. Ту самую комнату в коммуналке она завещала мне.
Я приехал в Тулу оформлять документы. Думал, что в соседней комнате никто не живет. Два дня ходил по конторам, ел в кафе, приходил только спать.
Вчера вечером вернулся поздно. Жара стояла невыносимая, хотя уже октябрь. Я скинул одежду и пошел в душ. Горячую воду отключили, но я встал под ледяной.
Выходя из ванной, обернулся полотенцем вокруг бедер. И увидел ее в коридоре. Валентину. Она почти не изменилась, только постарела. Стояла в той же шелковой сорочке, только длиннее.
— Ты новый сосед? — спросила она, не смущаясь.
— Я... жил здесь раньше. У бабушки, — промямлил я.
— Каким красавцем ты стал, — выдохнула она, подходя ближе.
Я попытался отступить, но задел велосипед. Колеса поехали мне под ноги. Одной рукой удерживал велосипед, другой — полотенце на себе.
Валентина стояла совсем близко. Я чувствовал ее дыхание на груди. Кожа покрылась мурашками. В полутьме коридора трудно было угадать ее возраст. Наверное, под сорок.
Я не знал, что делать. Двинусь — велосипед с грохотом упадет. Но стоять перед женщиной в одном полотенце тоже неловко. Особенно когда мое тело реагирует совсем не по-детски.
На мгновение мне показалось, что я снова семилетний мальчик в белых носочках.
— Может, пройдем в комнату? — начала Валентина.
В этот момент раздался резкий звонок в дверь. Она разочарованно вздохнула и пошла открывать. Я поставил велосипед к стене и метнулся в свою комнату.
****
— Дверь открылась, — продолжал я, глядя в темное окно поезда. — И я увидел огромные глаза Алисы. Моей Алисы. Она смотрела на меня — в полотенце, а рядом Валентина в прозрачной сорочке.
Попутчик кивнул, слушая.
— Алиса развернулась и побежала к лестнице. Стук каблуков отдавал в моем сердце. Валентина рассмеялась. Я бросился одеваться и выскочил из квартиры.
До вокзала доехал быстро, но Алису не нашел. Телефон она отключила. Я сел в первый же поезд домой. Вот и еду.
— Понятно, — сказал мужчина. — А вы Алису любите?
Я открыл рот, чтобы ответить «да», но вдруг осознал, что не знаю. Алиса добрая, милая. Но к ней я никогда не испытывал того, что почувствовал в коридоре с Валентиной. Ни в семь лет, ни сейчас.
— Не знаю, — честно признался я. — Мне стыдно за то, что я испытал вчера. Это же почти измена.
— Мужчина не всегда контролирует свои чувства, — спокойно сказал попутчик. — Действия контролирует. Чувства — нет.
— От этого не легче. Как я посмотрю ей в глаза?
— Честно и нежно, — посоветовал он.
Я кивнул, но в душе чувствовал сомнения. А есть ли что объяснять? Может, Алиса права, и мне действительно не стоит с ней быть, если я...
— У вас появилась уверенность во взгляде, — заметил попутчик.
В дверь заглянула проводница.
— Рязань через пять минут.
— Как быстро пролетели два часа, — мужчина надел шляпу и взял сумку. — Благодарю за искренний рассказ. Удачи вам. Все будет хорошо.
Поезд замедлился. Я смотрел в окно, как попутчик идет по пустой платформе. Он не успел дойти до вокзала, как поезд снова тронулся.
****
Я лег на полку, закинув руки за голову. Мысли роились в голове.
«Зачем Алиса приезжала? Почему не предупредила? Теперь она решит, что я ей изменяю. Хотя ничего же не было. Просто неудачное стечение обстоятельств».
Я закрыл глаза и попытался уснуть. Но в голове крутилась одна мысль: «Любишь ли ты вообще Алису?»
Сон не шел. Я достал телефон. Алиса так и не отвечала. Написал ей снова: «Прости. Дай объяснить».
Ответа не было.
Я открыл соцсети, чтобы отвлечься. Листал ленту, не вчитываясь. Вдруг увидел пост Алисы, опубликованный час назад.
Фотография. Алиса с каким-то парнем в кафе. Обнимаются. Она улыбается. Подпись: «Встреча через столько лет. Как же я рада».
Сердце упало. Кто это? Почему она с ним?
Я пролистал комментарии. Кто-то написал: «Ваня, ты не изменился!»
Ваня. Это ее школьный друг, о котором она иногда упоминала? Или что-то большее?
Я посмотрел на время публикации. Час назад. Значит, она не поехала домой. Осталась в Туле. С этим Ваней.
Пальцы дрожали, когда я набирал сообщение: «Кто это на фото?»
Ответ пришел мгновенно: «А тебе какое дело? Ты же занят был с этой... в сорочке».
Я вцепился в телефон. Что происходит? Она мне мстит? Или действительно была причина приехать в Тулу — встретиться с этим Ваней?
Написал: «Алис, давай встретимся. Я все объясню».
«Не надо ничего объяснять. Я все видела».
«Ты не понимаешь. Там ничего не было».
«Конечно. И ты всегда ходишь по чужим квартирам в полотенце».
Я зажмурился. Как объяснить то, что сам не до конца понимаю?
Набрал длинное сообщение, рассказывая про бабушку, про комнату, про Валентину из детства. Отправил.
Алиса прочитала, но не ответила. Зато появилась еще одна фотография. Она и Ваня держатся за руки. Подпись: «Второй шанс?»
Меня как обухом по голове. Второй шанс. Значит, между ними что-то было раньше.
Телефон выскользнул из рук. Я смотрел в потолок вагона. Колеса стучали мерно, убаюкивающе. Но уснуть я не мог.
****
Поезд прибывал в мой город через четыре часа. Я не знал, что буду делать дальше. Ехать к Алисе? Но она ведь в Туле, с этим Ваней.
Я снова взял телефон. Решил написать ей все, что думаю. Но вместо этого увидел новое сообщение. От незнакомого номера.
«Кирилл, это Валентина. Взяла твой номер из старой записной книжки бабушки. Извини за вчерашнее. Я не хотела создавать тебе проблем. Но должна кое-что тебе рассказать. Про твою Алису».
Я перечитал сообщение три раза. Про Алису? Что Валентина может знать про нее?
Написал: «Что вы хотите сказать?»
Ответ пришел не сразу.
«Та девушка, что вчера приезжала. Она пришла не к тебе. Она искала Ваню. Он живет этажом выше. Они встречались раньше. Я слышала, как они договаривались о встрече у подъезда. Потом она случайно попала в нашу квартиру и увидела тебя».
Мир перевернулся. Значит, Алиса приехала не ко мне. Она приехала к своему бывшему. И случайно застукала меня в компрометирующей ситуации.
А теперь использует это как повод, чтобы... что? Вернуться к Ване, не чувствуя вины?
Я набрал Алисе: «Ты приезжала к Ване, да?»
Долгая пауза. Потом: «Откуда ты знаешь?»
«Неважно. Скажи правду».
Еще одна пауза. Наконец: «Да. Он позвал меня. Сказал, что скучает. Я хотела отказать. Но потом подумала... мы ведь с тобой всего два месяца вместе. А с Ваней у нас была настоящая история. Три года».
Я смотрел на экран. Значит, вот оно что.
«И когда увидела меня с Валентиной, решила, что это знак?»
«Можно и так сказать. Ты сам показал, что я тебе не нужна».
«Там ничего не было!»
«Да какая разница? Я все поняла. Мы оба поняли. Просто не хотели признаваться».
Телефон задрожал в руках. Она права. Я действительно не люблю ее так, как должен. А она до сих пор любит своего Ваню.
Но почему тогда так больно?
Написал: «Значит, все?»
«Наверное, да. Прости».
Я выключил телефон и положил его на полку. За окном мелькали огни небольших станций. Поезд нес меня домой. Но зачем?
****
Закрыл глаза. И тут услышал какой-то шорох в купе. Открыл глаза — в дверях стоял тот самый попутчик в шляпе.
— Простите, забыл кое-что, — сказал он и протянул руку к верхней полке.
— Но... вы же вышли в Рязани, — растерянно сказал я.
— Вышел. Но вернулся следующим поездом. Мне показалось, что наш разговор не закончен.
Он сел напротив и внимательно посмотрел на меня.
— Что-то случилось?
Я рассказал ему про сообщения, про Ваню, про Алису. Он слушал молча.
— И что теперь? — спросил я.
— А вы как думаете?
— Не знаю. Мне больно. Но в то же время... облегчение какое-то.
— Потому что вы оба были честны. Пусть и не сразу.
Я кивнул. Он был прав.
— Но есть кое-что еще, — сказал попутчик. — То, что вы должны знать.
— Что?
Он помолчал, потом достал из кармана старую фотографию и протянул мне.
На снимке была молодая пара. Девушка с темными кудрями и парень. Они обнимались и улыбались.
— Это... — я всмотрелся. — Это же Валентина! Совсем молодая. А это кто рядом?
Попутчик снял шляпу.
— Это я. Тридцать лет назад.
Я уставился на него.
— Валентина — моя жена. Вернее, была. Мы развелись двадцать лет назад. Но я до сих пор про нее забочусь. Навещаю иногда.
— Но зачем вы...
— Вчера она мне позвонила. Рассказала про ситуацию. Попросила поговорить с тобой, если встречу в поезде. Сказала, что видела, как ты побежал на вокзал.
Я молчал, не зная, что сказать.
— Она чувствует себя виноватой. Думает, что разрушила твои отношения.
— Не она разрушила. Мы сами.
— Возможно. Но знаешь, что она еще сказала?
— Что?
Попутчик наклонился ближе.
— Что этой ночью в коммуналку должны прийти люди. С обыском. По наводке соседа снизу. Он давно хочет освободить весь этаж под себя. И подстроил все так, чтобы обвинить жильцов в чем-то незаконном.
— При чем тут я?
— При том, что бабушкина комната теперь твоя. И если тебя там не будет, когда придут, соседу будет проще все оформить на себя. Скажет, что квартира пустует.
Я вскочил.
— Мне нужно вернуться!
— Следующий поезд через два часа. В пять утра. Успеешь.
Он встал и надел шляпу.
— Подожди! А ты сам-то зачем приехал?
Попутчик улыбнулся.
— Затем же, зачем и ты когда-то. Вступить в наследство.
И вышел из купе, оставив меня в полном недоумении.
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Для всех остальных 2 часть откроется завтра, чтобы не пропустить, нажмите ПОДПИСАТЬСЯ 🥰😊