Найти в Дзене
Юрист-криминалист

КС РФ встал на защиту прав работников аппаратов судов

КС РФ встал на защиту прав работников аппаратов судов. Теперь они (в том числе бывшие) вправе требовать отдельного от других подозреваемых и обвиняемых содержания под стражей в связи с их профессиональной деятельностью. Суть дела: Эйвазов работал секретарем судебного заседания. По обвинению в совершении преступления оказался под стражей. Его содержали в общей камере с другими заключенными. В итоге его оправдали. Он обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей. Все судебные инстанции ему в этом отказали, сославшись на то, что в абз.7 п.2 ч.2 ст.33 ФЗ "О содержании под стражей …" работники судов не указаны. КС РФ пришел к выводу, что «содержание ч.3 ст.80 УИК РФ и абз.7 п.2 ч.2 ст.33 ФЗ "О содержании под стражей …" не является идентичным: если в первом случае законодателем использованы широкие понятия "работники судов" и "работники правоохранительных органов", то во втором случае он выбрал иной юридико-техни

КС РФ встал на защиту прав работников аппаратов судов.

Теперь они (в том числе бывшие) вправе требовать отдельного от других подозреваемых и обвиняемых содержания под стражей в связи с их профессиональной деятельностью.

Суть дела: Эйвазов работал секретарем судебного заседания. По обвинению в совершении преступления оказался под стражей. Его содержали в общей камере с другими заключенными. В итоге его оправдали. Он обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей. Все судебные инстанции ему в этом отказали, сославшись на то, что в абз.7 п.2 ч.2 ст.33 ФЗ "О содержании под стражей …" работники судов не указаны.

КС РФ пришел к выводу, что

«содержание ч.3 ст.80 УИК РФ и абз.7 п.2 ч.2 ст.33 ФЗ "О содержании под стражей …" не является идентичным: если в первом случае законодателем использованы широкие понятия "работники судов" и "работники правоохранительных органов", то во втором случае он выбрал иной юридико-технический подход к формулированию законоположения, перечислив конкретные профессиональные статусы (судьи, адвокаты) и сделав указание на место несения службы соответствующими лицами (налоговая инспекция, таможенные органы и др.)».

"При этом вероятность возникновения и проявления негативного отношения - вплоть до угрозы причинения вреда жизни и здоровью - к работникам аппаратов судов, в том числе бывшим, в специфических условиях содержания под стражей сопоставима с таковой на стадии исполнения приговора, притом что только в последнем случае нормативно предписывается содержать соответствующих лиц отдельно. Отмеченные риски также сходны с теми, которые возникали бы в отношении лиц, для которых по профессиональному признаку отдельное содержание в местах содержания под стражей законодательно предусмотрено, что неоправданно ухудшает положение работников аппаратов судов, включая бывших, которым таковое не обеспечивается, и в сравнении с ними».

Из этого решения в очередной раз видно, что в сфере уголовной юстиции КС РФ не просто на голову выше (как и положено ему по статусу) судов общей юрисдикции, но находится вообще в другой правовой вселенной. Весь смысл дела прост до невозможности, но суды всех инстанций отказали гражданину в защите его прав, сославшись на то, что «по закону не положено». Буквальное толкование и понимание закона, нежелание мыслить в масштабах права – это большая проблема современной юстиции. Еще древние говорили: «Aucupia verborum sunt judice indigna» (буквоедство ниже достоинства судьи). Печально, что только КС РФ понимает смысл и дух законов, а все остальные руководствуются его буквой.