После смерти тёти Веры все родственники собрались в её доме и начали спорить, кому достанется наследство. Дом был большой, добротный, с участком в десять соток в центре города. Стоил он немало. Все это понимали. Поэтому спор разгорелся нешуточный.
Я сидела в углу гостиной и молча наблюдала за этим цирком. Меня звали Лидия, мне сорок восемь лет. Тётя Вера была сестрой моей покойной матери. Мы с ней были близки – я часто приезжала к ней, помогала по хозяству, просто разговаривали о жизни. Она была одинокая, детей не было, мужа похоронила давно. Жила одна в этом большом доме.
За столом сидели двоюродный брат Михаил, его жена Светлана и их дочь Кристина. Напротив них устроилась троюродная сестра Алла со своим сыном Денисом. Ещё присутствовали дальние родственники – племянник тётиного мужа Олег и какая-то женщина, которая представилась внучкой соседки тёти Веры. Зачем она здесь была, я не понимала, но она сидела и внимательно слушала.
– Я считаю, что дом должен достаться мне, – заявил Михаил, стукнув кулаком по столу. – Я же мужчина, глава семьи. Мне нужно обеспечивать жену и дочь. Дом продам, куплю квартиру побольше.
– С чего это тебе? – возмутилась Алла. – Ты к тёте Вере вообще не ездил. Последний раз видел её на маминых поминках, а это было пять лет назад. Я вот регулярно звонила ей, интересовалась здоровьем.
– Звонить легко, – фыркнула Светлана. – А ты помогала ей чем-то? Вот мы вот прошлым летом приезжали, забор ей чинили.
Я усмехнулась. Никакого забора они не чинили. Приехали один раз, попили чай, сфотографировались с тётей и уехали. Фотографии потом в соцсети выложили с подписью о том, какие они заботливые родственники.
– Мама, – встрял Денис, сын Аллы. – Давай не будем спорить. Надо завещание найти. Там всё написано должно быть.
– Какое завещание? – Михаил недоверчиво посмотрел на него. – Тётя Вера никакого завещания не писала.
– Откуда ты знаешь? – спросила я тихо.
Все повернулись ко мне. Михаил нахмурился.
– А ты что тут вообще делаешь, Лидка? Ты же не прямой родственник. Мать твоя умерла, значит, права на наследство у тебя нет.
– Я здесь потому, что тётя Вера была мне как вторая мать. И я о ней заботилась, в отличие от вас.
– Ну да, заботилась, – Светлана скривилась. – Небось уже всё тут обшарила, ценности поискала.
– Светлана, следи за языком, – я встала. – Я к тёте Вере приезжала каждую неделю. Покупки привозила, в больницу возила, уборку делала. А где были вы? Где был Михаил, который теперь права качает?
– Мы работали! – вскинулся Михаил. – У нас своя жизнь, семья, дела. Не все могут как ты, по тётушкам ездить.
– Зато теперь все вспомнили про тётю. Когда дом делить надо.
Алла закашлялась.
– Лида, ну не надо так. Мы все тётю Веру любили. Просто действительно времени не было. Работа, дом, заботы. Но мы же звонили, поздравляли с праздниками.
– Да, по три минуты разговора раз в полгода. Очень трогательно.
– Слушайте, может, хватит ругаться? – подал голос Олег. – Надо к нотариусу идти, узнавать, есть завещание или нет.
– А ты тут зачем? – обернулась к нему Светлана. – Ты вообще кто? Племянник мужа тёти Веры? Какое ты имеешь право на наследство?
– Я просто пришёл проститься с родственницей, – Олег поднял руки. – Мне ничего не надо. Просто думаю, что надо сначала выяснить, было ли завещание.
– Правильно, – кивнула женщина, которая представилась внучкой соседки. – Моя бабушка говорила, что Вера Петровна ходила к нотариусу полгода назад. Может, завещание писала.
Все замолчали. Михаил первым пришёл в себя.
– Ладно. Завтра идём к нотариусу. Все вместе. Выясним.
– А почему завтра? – спросила Кристина, дочь Михаила, которая до этого молчала. – Давайте сегодня. Нотариусы же до шести работают.
Я посмотрела на часы. Было четыре дня.
– Можно попробовать, – согласилась я. – Хотя тётю только позавчера похоронили. Может, не стоит торопиться?
– Почему не стоит? – Михаил встал. – Чем быстрее всё выясним, тем лучше. Едем.
Нотариус принял нас без записи, когда узнал, по какому вопросу мы пришли. Оказалось, что тётя Вера действительно составляла завещание. Нотариус, пожилая женщина в строгом костюме, достала папку и открыла её.
– Вера Петровна Смирнова оставила завещание. Оглашу его содержание. Все присутствующие являются заинтересованными лицами?
Мы закивали. Нотариус надела очки и начала читать.
– Я, Смирнова Вера Петровна, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, завещаю всё своё имущество, а именно: жилой дом по адресу... земельный участок... а также всё движимое имущество, находящееся в доме, племяннице Лидии Фёдоровне Ковалёвой.
Повисла тишина. Я не сразу поняла, что услышала. Все смотрели на меня. Михаил побледнел, Светлана открыла рот, Алла схватилась за сердце.
– Как это Лидии? – первым заговорил Михаил. – Она же не прямой наследник!
– Завещание составлено правильно, заверено, – спокойно ответила нотариус. – Вера Петровна имела полное право распорядиться своим имуществом по своему усмотрению.
– Но это несправедливо! – взвизгнула Светлана. – Мы же родственники! Мы имеем право на долю!
– По закону, если есть завещание, имущество переходит к тому, кто в нём указан. Если вы считаете завещание недействительным, можете обратиться в суд.
– Обратимся! – пообещал Михаил. – Обязательно обратимся. Это какая-то подстава.
Он развернулся и вышел из кабинета. Светлана и Кристина последовали за ним. Алла с Денисом тоже поднялись.
– Лида, ты понимаешь, что так нельзя? – тихо сказала Алла. – Дом надо по-честному разделить. Между всеми родственниками.
– Алла, я не просила тётю оставлять мне дом. Она сама так решила.
– Ну конечно, сама, – Денис усмехнулся. – Ты же к ней каждую неделю ездила. Небось в уши жужжала про то, какая ты хорошая.
– Денис, уйди, – я почувствовала, как закипаю. – И ты, Алла, тоже. Мне не о чем с вами разговаривать.
Они ушли. Я осталась в кабинете с нотариусом. Села на стул, закрыла лицо руками. Голова кружилась.
– Вам плохо? – участливо спросила нотариус. – Принести воды?
– Нет, спасибо. Просто... не ожидала.
– Вера Петровна очень чётко объяснила своё решение, когда составляла завещание. Сказала, что вы единственная, кто о ней заботился. Что другие родственники вспоминали о ней, только когда им что-то было нужно. Она хотела, чтобы дом достался вам.
Я кивнула. Слёзы потекли по щекам. Вытерла их.
– Что мне теперь делать?
– Вступать в наследство. Через полгода после смерти завещателя. Принесёте документы, я оформлю всё как положено.
– А если они в суд подадут?
– Пусть подают. Завещание составлено правильно. Вера Петровна была в здравом уме, я это подтверждаю. У них нет оснований его оспорить.
Я вышла из нотариальной конторы. На улице уже темнело. Достала телефон, хотела кому-то позвонить, но поняла, что звонить некому. Мужа у меня не было, дети выросли и разъехались. Подруга Таня жила в другом городе. Я стояла одна на пустой улице и не знала, что делать дальше.
Домой я приехала поздно. Включила свет, сварила чай, села у окна. Думала о тёте Вере. Она была хорошей женщиной. Доброй, отзывчивой. Всегда помогала, чем могла. Когда мама умерла, тётя поддерживала меня, приглашала к себе, кормила, утешала. Я привязалась к ней. Стала ездить часто. Сначала просто в гости, потом стала помогать – покупки привозить, убирать, готовить. Ей становилось всё тяжелее справляться одной. Я видела, что ей нужна помощь, и помогала. Не ради наследства, не из расчёта. Просто потому что любила её.
А теперь она оставила мне дом. Большой, красивый дом. Я даже не знала, что с ним делать. Продать? Переехать туда жить? Оставить как дачу?
Телефон зазвонил. Звонил Михаил. Я не взяла трубку. Он позвонил ещё раз. Потом третий. Я отключила звук. Через час пришло сообщение от него – длинное, гневное. Он писал, что я воспользовалась немощью тёти Веры, что настроила её против родственников, что украла у них наследство. Грозил судом, обещал доказать, что завещание недействительно.
Я удалила сообщение. Потом заблокировала его номер. Через полчаса написала Светлана. Тоже с претензиями и угрозами. Заблокировала и её. Потом позвонила Алла. Я ответила.
– Лида, ну давай по-человечески поговорим, – начала она примирительным тоном. – Ты же понимаешь, что дом большой, дорогой. Продашь его – получишь миллионов пять, а то и больше. Это же огромные деньги. Давай поделим. Честно, между всеми. Нас тут человек пять родственников. Каждому по миллиону достанется.
– Алла, дом завещан мне. Я ничего делить не буду.
– Но это же несправедливо! Мы тоже родственники тёти Веры!
– Родственники, которые не вспоминали о ней годами. Когда она болела, где вы были? Когда ей операцию делали, кто с ней в больнице сидел? Я. Одна я.
– Ну извини, у нас своя жизнь была. Работа, дети, проблемы. Не могли мы каждую неделю к ней мотаться.
– Ага. Зато теперь можете дом делить требовать.
– Лида, ну будь человеком. Мне правда деньги нужны. Денис учится, платно, денег не хватает. Ты же сама знаешь, как тяжело.
– Знаю. Но это не моя проблема. Дом мне тётя оставила. И я не обязана ни с кем им делиться.
– Пожалеешь, – вдруг жёстко сказала Алла. – Михаил уже адвоката нанял. Будут через суд отбирать. Докажут, что ты тётю Веру обманула, надавила на неё.
– Пусть пробуют.
Я положила трубку и заблокировала Аллу тоже. Всё. Хватит. Не хочу больше ни с кем из них разговаривать.
Легла спать поздно. Ворочалась долго, не могла уснуть. Думала о тёте Вере, о доме, о родственниках. Понимала, что начнётся война. Они не успокоятся. Будут пытаться отсудить дом. Михаил человек упёртый, не отступится. И Алла тоже. Денег им хочется.
Утром я встала разбитая. Выпила кофе, посмотрела в окно. На душе было тяжело. Не радовало наследство. Наоборот, давило. Родственники превратились во врагов. Все из-за денег. Из-за этого проклятого дома.
Но отказываться от наследства я не собиралась. Тётя Вера хотела, чтобы дом достался мне. Значит, так и будет. Пусть родственники злятся, угрожают, судятся. Я выдержу. Обязательно выдержу.
Только вот страшно стало. Первый раз за много лет по-настоящему страшно. Потому что поняла – они не остановятся. Будут бороться до конца. И чем всё это закончится, никто не знает.
продолжение в профиле!
также еще интересные рассказы