В октябре 1975 года вышел дебютный альбом Стива Хакетта "Voyage of the Acolyte". Он был записан при участии Фила Коллинза и Майка Резерфорда, а также Джона Хакетта (брата Стива) и Салли Олдфилд (сестры Майка Олдфилда).
Стив Хакетт:
"К 1974 году я был вовлечен в написание большого количества музыки для группы, но многие из моих личных идей ещё не увидели свет. Придумывать собственные музыкальные фразы и тексты, как уже потом оказалось, для себя я начал задолго до начала тура The Lamb. Я был просто переполнен идеями, которые не мог реализовать, в то время как внутреннее разочарование росло. Плюс я только что расстался с Эллен и был глубоко подавлен, но мой внутренний музыкальный мир продолжал процветать. Он был моим пристанищем и творческим стимулом. Я чувствовал потребность работать вне рамок группы, тем более многие из моих задумок отличались романтичностью, в отличие от материала The Lamb. Я очень любил The Lamb, но личные идеи начали стучаться в мою внутреннюю дверь. Когда мы записывали "In the Cage", я понял, что мои собственные музыкальные замыслы борются и умирают, они хотят быть выпущенными из похожей клетки.
Переломный момент наступил ближе к концу записи The Lamb. После инцидента с бокалом вина я понял, что должен найти способ восстановить уверенность в себе. Когда я вышел из больницы после операции на руке, я был полон решимости отправиться в сольное музыкальное путешествие, оставаясь членом группы. Вооружившись некоторыми назревавшими намётками, я знал, что мне нужно оставить личный след, и ощущал рождение нового музыкального стиля, как глоток свежего воздуха. Всё постепенно обретало форму.
Наконец, вплотную своими идеями занялся я во время восстановления после травмы руки. Так и так приходилось практиковаться, а по ходу появлялось что-то ещё, что, как мне казалось, могло перерасти во что-то большее.
Предлагать их для «The Lamb» было уже поздно – мы тогда закончили сводить альбом. Работа в общем и целом заняла 6 месяцев, что в 2 раза больше, чем раньше. Мне, конечно, хотелось показать всем свои замыслы, но не мог. Их было так много, что можно было бы записать при желании двойной альбом.
Я начал пробовать множество звуков, которые, хоть и были записаны для The Lamb, но не были, на мой взгляд, использованы должным образом на оригинальном миксе пластинки. Я хотел их исследовать дальше, включая гитарный эффект Synthi Hi-Fli, который воспроизводил очень широкий эффект вибрато. Можно услышать его пугающую атмосферу в песне «A Tower Struck Down». Плюс у меня дома был меллотрон, на котором я тоже начал набрасывать что-то, а из этих набросков родилась песня "Hands of Priestess" и первая половина другой песни - "Shadow of the Hierophant". Мощный романтический звук в начале был написан как раз на меллотроне. Мне очень хотелось сделать альбом, который в полной мере использовал бы мир этого злобного инструмента. Каждый его аккорд мгновенно становился волшебным и мощным.
Мой брат Джон к этому времени уже был потрясающим флейтистом, и я знал, что между нами существовала прекрасная химия. Он тоже подключился к работе и придумал свежие мелодические линии, особенно для произведения под названием "Hands of Priestess". А до этого ранее я уже написал мелодию для гобоя "The Hermit", которую мы с Джоном сыграли для Тони и Пита во время прослушивания в Genesis.
К началу тура The Lamb я начал экспериментировать с написанием басовых линий. Очень хотелось создать инструментальный трек, наполненный разными изменениями, плюс меллотрон. Я наметил интересные фразы для электрогитары, всякие октавы, гармонии… То есть открывался целый мир возможностей, которые начинались как ручеек и превращались в большой поток. Открыв ящик Пандоры, меня уже ничто не могло остановить. Во время тура идеи продолжали появляться, а я их постоянно фиксировал.
К концу тура у меня их накопилось достаточно. Я поделился своими мыслями с Тони Смитом, который отнёсся к идее полноценного альбома с энтузиазмом. Мне не терпелось пуститься рысью, поэтому я тут же приготовился к записи.
Возможности для записи открылись после ухода Питера. Весь народ разбежался на отдых, кроме Тони Бэнкса, который был разочарован тем, что не все сохраняют идеи для Genesis: «Такое чувство, что я единственный, кто хоть что-то пишет для группы…» Разочарование его понять можно, но на тот момент никто не был уверен, есть ли у группы вообще будущее. Ушел Пит и все начали, грубо говоря, принимать ставки – будем ли мы продолжать или нет. Все выглядело так, будто каждый собирался разбежаться в свой отдельный лагерь.
Я пригласил ряд музыкантов и певцов. Например, мне нравилось звучание голоса Салли Олдфилд в фолк-дуэте The Sallyangie (с её братом Майком), она напоминала мне Марианну Фейтфул – то соблазнительное быстрое вибрато, которое я очень любил в двух певицах, таких как Баффи Сент-Мари и Эдит Пиаф. Я разыскал Салли и предложил ей спеть в "Shadow of the Hierophant". Её брат Майк в то время находился в центре внимания, но меня интересовал именно её голос, и она, к счастью, была несказанно рада моему приглашению. Уже поздней она добилась заслуженного сольного успеха.
Фил и Майк также согласились сыграть на альбоме. Китайские цимбалы Фила, воспроизведенные задом наперед (A Tower Struck Down), возвещали о падении башни и звучали словно безумные птеродактели на свободе. Он также отлично спел в песне "Star of Sirius". А записываясь со своим братом Джоном, я испытывал непередаваемое удовольствие. Потрясающий дебют, первое сотрудничество двух братьев, которые, наконец, достигли совершеннолетия.
Также это был мой первый опыт работы с инженером Джоном Акоком, который добавил ещё несколько интересных звуков. Мы оба играли на меллотроне, а Джон – на синтезаторе (даже не хуже, чем на флейте!). Я также использовал автоарфу, фисгармонию и оркестрон (струнный синтезатор). Смешав рок и оркестровые инструменты, я чувствовал себя, как ребенок, выпущенный на свободу в игрушечном магазине, и некоторые завораживающие звуки исходили из тех «игрушек на чердаке».
Фил Коллинз:
"Я чувствовал, что ему хотелось бы больше участвовать в написании текстов песен, ведь Тони, Майк и Питер оставили за собой это право. Честно говоря, у них это получалось лучше, чем у Стива. И уж тем более лучше, чем у меня. Но до The Lamb я особо ничего и не сочинял, а потому ни на что и не претендовал. Однако Стиву хотелось больше творческого самовыражения, поэтому он решил заняться сольным альбомом, а мы против не были. Мы с Майком даже поучаствовали в его работе, и я ещё любезно спел в «Star of Sirius». Всё происходило в дружелюбном ключе".
Стив Хакетт:
«Hands of the Priestess part 1» - первая записанная песня. Потрясающий дебют флейты Джона. Всё прошло настолько хорошо, что уже к концу первой ночи мы почти её закончили! Каждый раз, когда мы делали песню, я был счастлив, наблюдая за тем, как она обретает форму. Я приходил в себя и наслаждался всем процессом. Альбом быстро оживал и очень многое мне давал взаимен. Звукозаписывающая компания была довольна и полностью нас поддерживала.
Страт предложил название "Voyage of the Acolyte". Мною придуманная концепция альбома отражала мой интерес к Таро. Страт сказал, что слышал, что карты Таро – это иллюстрированная книга дьявола, но я чувствовал, что моё отношение к этим картам было ближе к китайской «Книге перемен» (И дзинь) или старинному оракулу.
Открывающая альбом песня “Ace of Wands” представляет собой новое начинание. Это именно то, что олицетворяет альбом, и в результате, учитывая замечательные отзывы о нём и в целом успех, я реально чувствовал, что благодаря ему взял козырного туза! Образ «жрицы» олицетворял пророческую силу самого Таро, а также нежную женскую грацию и дух мира.
В противоположность ей «A Tower Struck Down» давала мне возможность криком прорвать изначальную энергию, чтобы её выпустили вместе с ужасом бунтующих и неудержимых сил. Мой выбор также пал на "The Hermit", поскольку в период размышлений об альбоме я пережил тонну отшельнических поисков души. Эта песня также была моим первым шансом взять на себя роль вокалиста. В противовес «The Hermit» я выбрал «The Lovers». По сути это та же инструментальная мелодия «The Hermit», только перевёрнутая. Я чувствовал, что альбому нужен позитивный и лёгкий баланс. "Star of Sirius" символизирует обновление и отражение, а также Водолея, как в случае моего знака гороскопа. Словно карта надежды, она связана с моими желаниями на будущее.
"Shadow of the Hierophant" с её контрастами символизировала тень и свет в древнем мире и его тайны исцеления. В ней, как и в трилогии "Орестея", присутствовал некий аспект греческой трагедии с ее странным сочетанием ритуала, угнетения и триумфа с торжественным ощущением музыкального крещендо. Последнюю часть этой песни репетировали ещё для альбома "Foxtrot". Конечная часть была сочинена Майком и вашим покорной слугой, что дало альбому вдохновляющие проводы. Несмотря на игру рок-группы, альбом был наполнен оркестровым духом. Вся запись была похожа на музыкальное путешествие, заканчивающееся мощным чувством обретения силы и достижения мечты. В некотором смысле это была версия группы, только здесь не было необходимости отчитываться перед остальными».
Майк Резерфорд:
«Voyage of the Acolyte» — достойная работа. Мы с Филом приняли в нём участие. Полагаю, Стив собирался попросить нас об участии, поскольку нам не придётся платить (он и не заплатил в итоге). И пусть я знал, что друг другу мы уж точно никогда мешать не будем, но всё же думаю, что время для сольной работы было не самое подходящее: мы столкнулись с критической ситуацией. Нам нужны были любые идеи для нового альбома. Тем не менее, первые три дня, когда мы начали работу без Стива, стали почвой для следующего этапа группы».
Стив Хакетт:
«Моя первая сольная запись "Voyage of Acolyte" стала переломной. Я был возбуждён и очень переживал. Под влиянием разных направлений от фолка до рока, от джаза до классики с самого начала был принят наджанровый подход. Теперь когда Джон Акок, Робин Миллер и Джон Густафсон ушли из жизни, вспоминать обо всем этом становится ещё мучительнее. Всё это ещё больше подслащивает музыкальное воспоминание – неповторимый момент времени, слияние волшебства…жаркое лето, сильная группа, нервный гитарист (я), парящий над незаконченными кассетами, как бесконечно курящий отец в ожидании рождения ребенка».
Спустя несколько дней в журнале Sounds вышла первая рецензия на альбом.
Сольные альбомы - это особый вид долгоиграющих пластинок. Обычно участник уже состоявшейся группы собирает в один винил все свои индивидуальные наработки, но такой продукт зачастую остаётся без внимания. И это справедливо, поскольку большинство сольных альбомов страдают от самолюбования, что бросает тень на рок-музыку в целом.
Однако Стив Хакетт, соло-гитарист Genesis, выпустил альбом, который, несомненно, удивит как поклонников, так и критиков группы. Чудо, но Хакетт сумел сохранить высокое качество на протяжении всей пластинки.
В инструментальных композициях можно услышать знакомые черты величия Genesis, но не в виде банального повторения, а в форме творческого потока. Здесь присутствуют характерные черты группы: прекрасное сочетание электро- и 12-струнной акустической гитары, неожиданные изменения темпа в рок-композициях, волшебные гамонии, создающие атмосферу фэнтези, и, конечно же, уникальный стиль игры Хакетта на гитаре.
Сходство с Genesis объясняется двумя факторами. Во-первых, в записи участвовали Фил Коллинз (вокал, перкуссия), Майк Резерфорд (бас-гитара, 12-струнная гитара), а также различные духовые инструменты, создающие загадочную атмосферу.
Во-вторых, многие удивятся, узнав, что группа не находится под полным влиянием Питера Гэбриэла. Все песни подтверждают: Genesis создаёт музыку коллективно, и вклад Хакетта очевиден.
Основная часть материала - восемь инструментальных композиций. Тексты (в исполнении Салли Олдфилд, Фила Коллинза и Хакетта) усиливают неземное качество музыки. "Ace of Wands" удивляет сложной структурой и неожиданными изменениями темпа, а "Star of Sirius" содержит мощный инструментальную середину, где музыкальная атака возникает из ниоткуда с настоящей силой.
"Voyage of the Acolyte" подтверждает талант Стива Хакетта, который он демонстрирует в работе с Genesis, и дает надежду на успех следующего альбома группы.