Генеалогическое исследование иногда заходит в смысловой тупик: имена и даты могут быть восстановлены при отсутствии понимания, какими людьми были наши предки и в каком мире они жили. Чтобы не оказаться в такой ситуации, я стараюсь восстанавливать не только древо (как пустой набор имён оно малоинтересно), но и контекст, и окружение крестьян. В хорошем исследовании генеалогия и этнография идут рука об руку. Поэтому я оставляю эту статью в рамках начатого цикла.
Предыдущие статьи — здесь.
Идея
Мысль о создании цифрового архива домовой резьбы пришла ко мне два года назад. Случилось это по дороге на Карповку — ныне вымерший посёлок, родину моего прадеда (карту этого посёлка мы восстанавливали в предыдущей заметке). Путь наш был неблизким: из Елфимова по разбитой грунтовке, вдоль Красной Поляны и покинутого людьми Белецкого, затем по заросшей лесной тропе. Тридцать лет назад здесь ещё шумело пшеничное поле; теперь же всё сплошь поросло березняком. Белецкий появился передо мной неожиданно: из зарослей одичавшей малины и крапивы в человеческий рост, из тени деревьев на меня смотрели глаза крестьянского дома — чудом сохранившиеся резные наличники.
Ошарашенный, я машинально поднял фотоаппарат и сделал несколько снимков. Не таким я представлял себе посёлок: спутниковые карты показывали здесь улицы и дома. Мы же стояли на руинах посреди леса. Тех, кто называет такое «гентуризмом» нужно хлестать по щекам: это был буквально поход на кладбище.
По пути домой я думал о том, как скоро всё это исчезнет окончательно? А если однажды вновь станет нужным — что найдут те, кому небезразлично это место? Так стартовала эта маленькая спасательная операция.
Создаём альбом
Вернувшись домой, я взялся за эскизы — по фотографиям восстановил несколько орнаментов. Дело это мне показалось весьма занятным, но я довольно быстро понял, что тут недостаточно способностей рисовать и чертить — нужно как-то систематизировать собранное. Чтобы не потеряться в переплетении узоров, я выделил три основные группы архитектурных деталей:
- Карнизы, подзоры, причелины.
- Розетки, накладные доски.
- И, собственно, наличники.
Так появился этот небольшой альбом. С тех пор он понемногу дополняется.
Общие мотивы
Казалось бы: мы говорим о трёх разных населенных пунктах, жители которых объединены общей историей. Как это отразилось на внешнем виде их жилищ? Здесь даже беглого взгляда хватает, чтобы понять: мотивы домовой резьбы в Елфимове, Белецком и на Карповке были не просто похожи. Местами они были идентичны.
Это пошатнуло мои представления о том, что двух одинаковых крестьянских домов не бывает. На мой вопрос — как же так получилось, что резьба на домах одна и та же, мне с улыбкой ответили, что часто к мастерам ходили с просьбами не по одиночке, особенно когда дома ставились примерно в одно и то же время. Я мысленно поблагодарил компанейских сельчан: ведь через живое Елфимово могу взглянуть на уже мёртвую Карповку.
Особенности елфимовской резьбы
Резьба в Елфимове и его выселках была довольно скромной — у нас не было таких богатых традиций, как где-нибудь в Городце или Семёнове. Тут не найдёшь замысловатой «глухой» техники, работа над которой велась целыми артелями — вся резьба в основном пропильная (сквозная), узоры крупные, размашистые. Характерные примитивы, чаще всего лежащие в основе рисунка — «запятые», «калачики», «ёлочки»-зубцы, сочетания S-образных завитков. Узнаваемый приём — окантовка навершия карнизов «ступеньками» и «серёжки» над боковыми досками. В целом мотивы здесь природные, простые: будто смотришь на солнце сквозь крону дерева.
У наличников особое внимание уделяли карнизам (кокошникам) — той части, что нависает над окном, защищая его от дождя. Встречается два варианта их оформления: либо на основную доску гвоздями крепились накладные розетки, либо поверх её накладывалась ещё одна доска с пропиленным в ней рисунком. Боковые доски чаще оставались без украшений, но не везде: на некоторых домах можно встретить «солнца» по левую и правую стороны от окна. Фартук, как правило, был фигурно обрезан, торцы боковых досок завершались простыми фигурами навроде серёжек-капелек или полуокружностей, либо просто обрезались.
История вопроса
Елфимово никогда не было богатым селом, но причина простоты местной резьбы вовсе не в этом: полустепная лукояновская местность с редкими островками дубрав сотни лет принуждала экономить ценный строительный материал. По выкупной грамоте местный помещик Лубяновский поначалу вообще отрезал село от лесной дачи, запретив туда вход и въезд (см. РГИА ф.577 оп.21 д.1083 л.23). Да и плотницкое ремесло здесь стало развиваться довольно поздно, уже после отмены крепостничества, в 1860-х годах (см. Прогрессов: Нижегородский сборник 1869 г., с.333). К современному виду резьба пришла не сразу, насколько можно судить из старых фотографий — в советское время, когда ещё стояли постройки конца XIX-начала XX веков, дома выглядели гораздо аскетичнее, чем сейчас. По крайней мере, таких пышных кокошников для наличников не делали.
Пример такого аскетизма ниже на картинке — наличник дома Маркиных из пос. Карповка, восстановленный по фотографии начала 50-х годов (сам дом строился в начале 1920-х).
Когда смотришь на резьбу, невольно задаёшься вопросом: кто это сделал? Как звали мастеров? Ведь были они как в самом Елфимове, так и в окрестных посёлках. Некоторые имена нам известны. На Карповке столярными работами занимались:
- Михаил Чубаров;
- Иван Мокрецов.
в Елфимове:
- Николай Степанович Капустин;
- Николай Иванович Бакалин;
- Спиридон Григорьевич Борисов;
- Иван Антоненков.
Какой наличник какому мастеру принадлежит — сказать трудно. Попробую разузнать что-то у местных, но за давностью дел это будет непросто.
Что потом?
Можно оставить себе только рисунки в виде альбома, или же попробовать выйти за рамки цифрового формата. Я сохранил геометрию елфимовских орнаментов в DXF, и оказался на распутье: куда двигаться?
- Написать программу для ЧПУ-фрезера, а затем сделать в подарок близким, например, рамку для фотографии? Запросто.
- Взять в руки лобзик со стамеской и вырезать что-то похожее своими руками? Никто не запретит, только пальцы бы не отрезать случайно.
Кто-то скажет, что это лишь бездушная реплика. А вы не слушайте.
Зачем?
Почему я советую сохранять память об этом?
Резьба страдает не только от повсеместного сельского запустения: в живом и растущем селе (попробуй ещё отыскать такое) от неё тоже постепенно избавляются — не все сохраняют истлевшие дедовы гнилушки. Куда практичнее, да и просто дешевле зашить дом в сайдинг, а вместо стеклянных окон в деревянных рамах поставить стеклопакеты.
Это можно понять. И отметить, что сёла теряют лицо, а дома становятся похожи друг на друга, как человейники в мегаполисе. Что ж, такова структура момента. Впрочем, целая россыпь фирм и фирмочек и сегодня предлагает изготовить резные украшения для вашего дачного домика. Как знать, может наши потомки не захотят листать бесконечные каталоги, а подсмотрят идеи у своих стариков? Или, оттолкнувшись от этих идей, смогут создать что-то собственное, уникальное?
Ведь «хорошо перенимать чужое хорошее, но своего оставлять не до́лжно, и всегда его надобно считать всему основанием».