Маша стояла у плиты, вся нарядная, в красивом фартучке в золотистые цветочки. В крошечной кухне пахло свежемолотым кофе и ванилью от только что испеченных бисквитов. Из ванной доносился ровный, спокойный звук электробритвы, это Вася собирался на работу.
Их жизнь была давно выстроена так, как они сами этого хотели, родители никак не вмешивались в дела их семьи. Ранний брак, в двадцать лет, многим казался опрометчивым. Они оба учились в одном колледже, причем Маша училась намного лучше Василия, была более целеустремленной. Но любовь в 20 лет была сильна, они поженились. А жить на что? Ладно, квартира: мама Маши выселила арендаторов, сама-то она жила с отчимом в его квартире, и Маша с ней. А как поженились, мама заселила их в свою квартиру, пусть живут самостоятельно, отдельно.
Маша, не раздумывая, оставила колледж. Они решили так: Маша работает, Вася доучивается. Когда Вася окончит колледж, получит диплом и выйдет на работу, Маша восстановится и доучится. Маша устроилась в магазинчик рядом с домом, мама ей оплатила курсы парикмахеров, затем Маша еще на что-то доучивалась.
Рука у Маши была легкая, работа ей нравилась. Она понемногу повышала мастерство, обрастала клиентами, заработки у нее тоже увеличивались. Она даже в каких-то конкурсах участвовала и побеждала.
- Золотые у тебя ручки, девочка, - сказал кто-то из жюри конкурса. – Ты уже хорошо все делаешь, а дальше будешь еще лучше, иди вперед.
Маша кивнула, в колледже восстанавливаться не стала. Теперь она работала в одной из лучших студий красоты, освоила и искусство визажа, так что брала и частные заказы.
Вася доучился, вышел работать в какую-то контору, начал зарабатывать, на первых порах весьма немного, так что они жили в основном на Машины заработки, которые «по традиции лежали на холодильнике». Да-да, Маша по молодости, по чистоте своей, деньги не прятала, не откладывала, а всю наличку просто клала на холодильник, откуда они ее брали.
Вася вошел на кухню, уже одетый, в белой рубашке. Он подошел сзади, обнял ее, прижавшись щекой к ее волосам.
– От тебя всегда пахнет чем-то вкусным и счастливым, – прошептал он.
Она рассмеялась, обернулась.
– Это я или бисквиты?
– И ты, и бисквиты, – он поцеловал ее в макушку. – У меня сегодня планерка, начальство собирает, вернусь поздно.
– Ничего, я как бы позднее не пришла, у меня как раз последняя клиентка в семь на стрижку.
Он сел за стол, она поставила перед ним чашку с дымящимся кофе, Василий с удовольствием завтракал, обед ему Маша уже сложила в контейнеры, поставила в пакет.
– Знаешь, – сказала Маша, глядя, как он аккуратно отламывает кусочек бисквита, – сегодня звонила мама. Говорит, они с дядей Юрой планируют вообще на дачу перебраться, его на удаленку переводят, а она пока не решила, перейти с ним на удаленку или ездить оттуда в город.
Вася поднял на нее взгляд, в его глазах мелькнула какая-то сложная мысль, но он лишь кивнул.
– Хорошо, а квартиру сдавать будут? Все денежки.
- Нет, не будут.
Позже, когда он уже уходил, застегивая куртку в прихожей, Маша поправила ему шарфик:
– Так лучше. Покажи им всем сегодня, что ты у меня самый замечательный.
– Постараюсь, – улыбнулся он, поймав ее руку и на секунду прижав к губам.
Дверь закрылась, Маша осталась одна в тишине квартиры, наполненной их общими вещами, их мечтами, их счастьем. Она вздохнула, посмотрела на свое отражение в зеркале в прихожей – счастливая женщина, у которой все в порядке. Все было действительно хорошо.
Она пошла собираться на работу, уже думая о том, какие продукты купить, чтобы на завтра приготовить что-нибудь вкусненькое своему любимому мужу.
Этот день у Маши протекал как обычно, ее руки, когда-то неуверенно державшие ножницы, теперь двигались с ювелирной точностью, она чувствовала текстуру волоса, как музыкант — струну. Свои клиентки, которые сегодня шли по записи весьма плотно, шептали:
- Машенька, только ты так можешь, из трех волосинок создать такую стрижечку.
И клиентки эти были не из бедных. Искусство визажа и умение создать идеальный образ ценилось. Денежные купюры, которые когда-то были редкими гостями в ее кошельке, теперь складывались в весьма приличные суммы. Ее заработок давно был намного больше, чем у Василия, начинающего специалиста. Сначала она, сияя, делилась ростом доходов с Василием:
— Представляешь, Вась, сегодня был такой хороший день! — говорила она, ее глаза блестели от гордости. — Я тут посчитала, в разы же стала больше получать, чем когда начинала. Правда, я тогда была такая неумеха, но теперь-то ого-го. Меня еще на курсы посылают, там новинки в окраске волос, так что от салона пойду, а сама я курсы по косметике выбрала, это уже в выходные лично оплачу и схожу.
- Зачем тете это? И так зарабатываешь.
- Чтобы не отставать, чтобы быть «в тренде», клиенткам будет лучше, и я при работе и деньгах. Я же мастер, надо соответствовать.
Вася в такие моменты мрачнел, начинал бренчать чайной ложкой по кружке:
— Это замечательно, — отзывался он глухо.
Однажды, после ее очередного радостного рассказа о финансовом успехе, он разразился тирадой, глядя в окно, а не на нее.
— Удивительно, конечно. Я несколько лет учился, сейчас выполняю работу на предприятии, ответственность колоссальная, а какая-то… парикмахерша, извини, мастер, за стрижку и укладку получает столько, сколько мне и не снилось. Ни тебе высшей математики, ни тебе лишней ответственности. На тупой работе бабки гребешь.
Фраза «ту.пые парикмахерши» повисла в воздухе, как удар хлыста. Маша онемела, смотрела на его напряженную спину и не узнавала того мальчика, ради которого она когда-то оставила колледж.
- Знаешь, а ты создай причёску, подстриги и покрась хоть раз, так чтобы было красиво и правильно. Василий вышел из кухни. Нет, он потом извинился, но осадочек остался. Маша поделилась этим разговором с мамой, та хмыкнула:
- Простодушная ты у меня. Вася просто завидует, что ты больше зарабатываешь, что ты чего-то добилась, а он хоть и пыжится, работает на уровне «подай-принеси». И, Маша, ты не обижайся, если бы его Юра не пристроил, он бы еще долго искал работу, сам по себе он из себя ничего не представляет, вершин не добьется, с ленцой.
Маша вздохнула, но с той поры она перестала говорить о суммах дохода, о выгодных заказах, о чаевых от благодарных клиенток. Если Вася спрашивал, как дела, она отвечала «все хорошо» или «нормально». Она по-прежнему готовила ему ужины, встречала с работы с улыбкой, но слова мамы про зависть и те слова Василия отложились в памяти.
Машу пригласили на конкурс визажистов, в другой город. Она думала, как сказать Василию, начала издалека, за ужином.
- Вася, как дела на работе?
- Все нормально, как обычно, работал, документы проверял, сшивал, носил. Рутина.
- У меня тут клиентка не пришла, так час целый отдыха выдался, хотя бы пообедала нормально, в телефоне новости почитала.
— Что там интересного? — лениво поинтересовался он. — Я сегодня и не заходил даже, некогда было.
— Да вот, — Маша провела пальцем по экрану, будто ища нужную заметку. — В Алешкинском округе прошла очень трогательная акция, «Дни белых журавлей». Ежегодно 22 октября, знаешь, в день памяти о погибших во всех войнах. В селе Тарасовка на мемориале собрались депутаты, сотрудники администрации... возложили цветы. Читаю слова начальника территориального отдела, Натальи Литвиненко: «Мы отдаем дань уважения всем, кто, не жалея себя, боролся за свободу нашей Родины... и защищал тылы, всем, кто встал на защиту России...». Прямо в душе отзывается.
Она ненадолго замолчала, давая словам просочиться в тишину их кухни.
— А еще там девочки из хореографического коллектива «Гармония танца» такой танец исполнили... «Журавли». Написано, что в каждом их движении чувствовалось, как они примеряют на себя сложные годы истории... как души воинов превращаются в этих грациозных птиц. Представляешь, какая это должна быть картина?
Вася слушал, уже не глядя в тарелку. Его поза стала менее напряженной.
— Да... — протянул он задумчиво. — Это сильный образ. Журавли...
Маша согласно кивнула
- А я так и вспоминаю песню «Журавли», трогательная такая, до слез. Любить историю надо, знать ее надо, помнить наших героев, это ведь наша страна, наша Родина.. Вот будут у нас дети, будем их учить. Может, кто-то тоже будет петь песню эту, или танец танцевать красивый и трогательный.
Маша кивнула, а потом перевела на другие новости и между делом сказала:
- Я на три дня уезжаю, на конкурс визажистов.
- Дорого?
- За счет организации, - соврала Маша.
- Давай, не подведи, - Вася был в благодушном настроении, кривить лицо не стал.
Маша выиграла конкурс визажистов, получила денежный приз, да еще и свои накопления были.
- Вася, покупаем машинку, красненькую, небольшую, мне как раз ездить по заказам к невестам или к юбиляршам, самое то, дешевле, чем на такси.
Машина была «с пробегом», но Маша трепетно ухаживала за ней, как за своим рабочим инструментом, без которого не заработать. Так что машина была фактически в идеальном состоянии.
Вася с интересом осмотрел авто после покупки, посидел за рулем.
— Удобно, — заключил он. — Теперь и мне не придется в дождь на общественном транспорте таскаться, буду брать машинку, да и к родителям моим удобно ездить, те далеко, а на машинке вжих, и уже там.
Маша давала ему машину, сначала по договоренности, потом он брал, просто ставя ее перед фактом. И это вылилось в конфликт. Однажды у Маши был ранний выезд к невесте, в субботу. С вечера она сложила дома свой волшебный чемодан-раскладушку с косметикой, парикмахерские инструменты. Встала она в шесть утра, чтобы рано быть на месте. Васи дома уже не было, в прихожей было пусто. У Маши сердце пропустило удар, она подбежала к окну — на месте парковки зияла пустота.
Маша позвонила:
- Ты где? Мне машина срочно нужна, ты же знаешь, что у меня выезд.
- Так я уже час назад уехал, к родителям. Варенья привезу.
- Какое, к ч.ер.ту, варенье, у меня заказ.
- Ой, да что там тебе делать: ножницы да кисточка, на такси съездишь.
продолжение в 9-00, время Московское, я из Питера, поэтому так и указываю)))