Разбираем реальные мнения бизнеса, экспертов и возможные сценарии по отмене патента на розничную торговлю
С 2026 года в России планируется отмена патентной системы налогообложения (ПСН) для индивидуальных предпринимателей, занятых в розничной торговле и грузоперевозках. Причём если для транспортных услуг это воспринимается относительно спокойно, то в торговле — особенно в малых городах и сёлах — новость вызвала волну обеспокоенности.
Что происходит
Согласно законопроекту, с 1 января 2026 года ИП не смогут применять патент, если:
- занимаются розничной торговлей через магазины, киоски и павильоны (стационарные объекты);
- имеют годовой доход выше 10 млн рублей (вместо прежнего лимита около 60 млн).
Тысячи мелких торговых точек окажутся вынуждены перейти на УСН или ОСНО, что приведёт к росту налогов, обязательной отчётности и затратам на бухгалтера.
Что говорят предприниматели
Малый бизнес отреагировал резко. Вот живые комментарии владельцев магазинов:
«У меня магазин 18 квадратов в селе. Доходов больших нет, но людям он нужен. На УСН — не потяну. Придётся закрываться» — ИП, Костромская область.
«Бизнес без ошибок, у нас почти 60 миллионов. Продукты. Чистая прибыль 5–7%. УСН + НДС + эквайринг — это 15% минимум. Люди и так еле концы с концами сводят. Перестанут покупать, мелочь закроется, сети оборзеют. Это закон против людей»
«Мы хотели сами перейти на УСН с НДС в 2026 году. А тут БАХ — и всё по-новому, без перехода. У нас налоговая нагрузка вырастает в 8,5 раз»
«У меня УСН 6%. Просчитав всё, решила перейти на АУСН. 8% — почти так же, как 6% + фиксированные. Лимит 60 млн до 2027. Ну а дальше — как получится...»
«Село, 50 жителей, в основном пенсионеры. Оборот магазина — меньше 200 тыс в месяц. После всех платежей себе ничего не остаётся. На УСН работать — нереально. Придётся закрываться. Жаль сельских — останутся без доступа к товарам, будут ездить за 30 км»
Экспертный разбор: цифры и логика
Допустим, оборот — 60 млн руб в год (5 млн в месяц). При рентабельности 5–7% — чистая прибыль ~3 млн в год.
- УСН 6% от дохода = 3,6 млн налога — это больше, чем вся прибыль.
- УСН 15% от прибыли = 450 тыс, но требует полной отчётности, бухгалтера и учёта.
- Эквайринг — до 2,5% = ещё до 1,5 млн в год.
- НДС — без вычета, если нет «входных» документов.
➡️ До 60% маржи может быть съедено налогами и расходами. Малый бизнес просто не выживает в таких условиях.
На первый взгляд, переход на УСН или АУСН выглядит логично: фиксированные проценты, формальный выбор между налогообложением дохода или прибыли. Но в реальной жизни всё значительно сложнее.
Предприниматели с оборотом до 60 млн рублей в год, а это примерно 5 млн в месяц, работают с рентабельностью около 5–7%. Это означает, что чистая прибыль составляет около 250–300 тысяч рублей в месяц. При переходе на УСН 6% от дохода налог составит 3,6 млн рублей в год, что практически полностью съест прибыль. Если предприниматель выберет УСН 15% от прибыли, то теоретически заплатит меньше — около 450 тысяч в год. Но здесь возникает другая проблема: необходимо вести полный бухгалтерский учёт, нанимать бухгалтера или оплачивать аутсорс, формировать официальную отчётность.
К этому добавляется эквайринг, который достигает 2–2,5% от выручки — это ещё до 1,5 млн рублей в год. А также НДС, который нельзя вычитать, если закупки товара идут без официальных документов. Итоговая нагрузка может съесть до 60% всей рентабельности магазина. Предпринимателю остаётся либо резко повышать цены, либо уходить в тень, либо закрываться.
Почему это не просто про налоги
Малые деревенские магазины — это не только точки торговли:
- Свежесть: товар берётся малыми партиями, оборачивается быстро;
- Уникальность: местное масло, хлеб, выпечка — то, чего нет в сетях;
- Доступность: в шаговой доступности для бабушек и мам с детьми;
- Социальная функция: место общения, доверия и информации.
«Я туда хожу за свининой, творогом, маслом. В Пятёрочке это есть, но совсем не то. Там — 520 руб за настоящее масло, в Пятёрочке — 200 за 180 грамм непойми чего.»
Проблема, поднятая реформой, выходит далеко за рамки налоговых режимов. Малый деревенский магазин — это не просто источник прибыли. Это часть инфраструктуры. Это про доступность, стабильность, привычку и безопасность. В селе, где живёт 50–100 человек, магазин — это не бизнес, это образ жизни.
Люди приходят туда не только за хлебом или молоком. Там они общаются, узнают новости, обсуждают цены, делятся рецептами. Там знают покупателя по имени, помнят его вкусы, могут отложить товар «до пенсии». Такие точки живут не за счёт маржи и отчётов, а за счёт доверия и привычки.
Если такой магазин закроется, останется либо автолавка раз в неделю, либо дорога в районный центр за 30–50 км. А для пожилых, для семей без машины, это уже означает фактическое отсутствие доступа к товарам.
Возможный компромисс
Что можно было бы сделать вместо полного запрета:
- Оставить ПСН для магазинов до 15 м²;
- Делегировать регионам право решать, на какие объекты сохранять патент;
- Ввести ограничения по обороту — например, до 10 млн;
- Поддержать бухгалтерскую отчётность через типовые решения
Что можно сделать, чтобы сохранить эти магазины, не отменяя реформу полностью? Возможных решений несколько.
Во-первых, можно сохранить патент для магазинов с небольшой площадью — до 15 квадратных метров. Это объективный критерий, по которому можно отделить реальный микробизнес от сетевых схем или крупных игроков, использующих патент «для оптимизации».
Во-вторых, стоит дать регионам право самим решать, где и для кого патент можно сохранить. Ведь ситуация в Москве и в глубинке Псковской области — это две разные реальности. Местные власти лучше понимают, какие магазины играют социальную роль.
В-третьих, возможно установить дополнительный фильтр по выручке. Например, оставить патент для тех, у кого годовой доход не превышает 10 млн рублей. Это соответствует реальным объёмам деревенского магазина.
И наконец, важно не усложнять жизнь тем, кто и так выживает. Если уж реформировать — то с переходным периодом, поддержкой по бухучёту например.
Вывод
Реформа, какой она предлагается сейчас, может привести к массовому закрытию сельских магазинов. Это — не борьба с «теневыми» схемами, а удушение самых уязвимых предпринимателей, которые держат экономику на селе.
Возможно, лучший путь — сохранить ПСН для микробизнеса в деревнях с минимальной площадью и выручкой. Или хотя бы дать регионам решать самостоятельно.
Если государство говорит о развитии сельских территорий, такой шаг — это удар в противоположную сторону.
📌 Поддержите статью лайком, если согласны. Оставляйте комментарии: что думаете о реформе патента?