Сижу дома и читаю новеллы Стефана Цвейга. В бумажной книжке провинциального советского издательства 1983 года с немножко несуразным вступлением от редакции о нечеткости идейных убеждений писателя.
Должно быть, в этом есть и намек на его самоубийство, да и сами новеллы, наверное, не особо «чёткие», а расплывчатые и печальные, нежные, милосердные и жалостные.
События там происходит в разные времена года, но кажется, будто всегда осенью. По крайней мере, рассказать об этих событиях герои часто решаются именно осенью.
Герои производят впечатление людей психически нездоровых. Они узнают загадки жизни и это новое знание оказывается им не по силам. Они принимают веронал, пьют алкоголь, идут на убийство, бросаются с моста в реку или с трапа корабля - в море.
Стефан Цвейг родился в 1881 году, а умер в 1942 - и его творчество имеет «военный привкус». Первая мировая война катком проходит по судьбам его героев, и даже если их история заканчивается раньше, чем началась война, нечто такое милитаристское, тягостное и предгрозовое явственно ощущается.
Он, конечно, мастер - так тонко описывает и тонкие движения души; и особенности поведения, тотальное непонимание людей друг друга, которое приводит к трагедии.
Почти всегда в его новеллах рамочная - или даже многорамочная - композиция, где один человек рассказывает другому, а тот, в свою очередь, пересказывает нам, читателям. Вероятно, в каком-то смысле получается «глухой телефон»: каждый видит и слышит не совсем то, что было на самом деле; и каждый волен самостоятельно выбирать себе главный источник информации, или же сосредоточивать внимание на любом из персонажей.
Самой оптимистической новеллой из тех, которые я прочла в этот раз, показалась «Фантастическая ночь» (1922). Она тоже имеет вид записи героя, который, якобы, «ни разу не писатель», но который пережил озарение, изменившее всю его жизнь, жизненный настрой, и решился взяться за перо. Главным образом затем, чтобы вновь пережить чувства той фантастической ночи.
Вот эта цитата из «Фантастической ночи» понравилась:
"Подлинно живёт лишь тот, кто живёт тайной своей судьбы.
Кто однажды обрёл самого себя, тот уже ничего на этом свете утратить не может. И кто однажды понял человека в себе, тот понимает всех людей".
А самая ужасная для меня новелла - знаменитый «Амок», тоже написанная в 1922 году. В ней в тугой клубок сплетены глупое человеческое упорство, какая-то возмутительная психологическая негибкость, приверженность условностям и эгоизм. Для меня там самая загадочная фигура - умершая женщина. Но, может быть, Стефана Цвейга больше интересовал характер доктора? И ради описания именно этого характера он придумал такую страшную болезненную историю?