В военной истории СССР 1930–1940-х годов особое место занимают боевые машины, созданные не для прямого столкновения с вражеской бронетехникой, а для психологического и физического подавления живой силы противника. Химические танки или, как их чаще называли в документах, боевые химические машины (БХМ), представляли собой специализированные огнемётные платформы, способные создавать огненный шквал, распылять дым, отравляющие вещества или дегазирующие составы. Их разработка и применение отражают уникальный этап в развитии советской бронетехники — эпоху экспериментов, межведомственного соперничества и стремления к тактической универсальности.
От постановления Реввоенсовета к БХМ-3
Инициатива создания химических танков исходила от Военно-химического управления (ВОХИМ) РККА. 11 марта 11932 года Реввоенсовет СССР принял постановление «О придании мехбригаде химических и других средств для борьбы с закрепившейся пехотой противника». В ответ на это ВОХИМ поручил разработку опытного образца КБ-2 заводу №174 в Ленинграде (этот коллектив отвечал за базовую конструкцию) и КБ завода «Компрессор» (этот коллектив отвечал за химическое оборудование).
Первый прототип появился летом 1932 года. Он представлял собой переделанный двухбашенный Т-26 образца 1931 года: левая башня демонтировалась, а на её месте размещался люк для обслуживания огнемётной аппаратуры. Машина получила обозначение БХМ-3, а в войсках — индекс ХТ-26. В 1933 году она была официально принята на вооружение.
Технически ХТ-26 был предельно прост: в башне размещались огнемёт КС-24 и 7,62-мм пулемёт ДТ с боекомплектом 1512 патронов. Резервуар объёмом 360 литров содержал огнесмесь на основе мазута и керосина. Под давлением сжатого воздуха (12 кг/см²) за один выстрел выбрасывалось 5 литров смеси на дистанцию до 35 метров. Общий запас позволял произвести до 70 односекундных выстрелов . Помимо огня, бак мог заполняться дымовыми смесями (S-III или S-IV), стойкими или нестойкими отравляющими веществами, а также дегазирующими растворами.
С 1932 по 1935 год было выпущено 605 таких машин.
Долгое время ХТ-26 оставался «машиной для учений». Его боевое крещение состоялось лишь в августе 1938 года в боях у озера Хасан, где в составе 2-й механизированной бригады действовали девять таких танков. Только один был безвозвратно потерян.
Гораздо более масштабное применение последовало в 1939 году у реки Халхин-Гол. Здесь химические танки оказались эффективным средством против укреплённых японских позиций. Четыре танкиста-огнемётчика — ст. лейтенант Ф. Я. Спехов, мл. лейтенант Д. Ф. Козлов, младшие командиры И. И. Бронец и С. Т. Поднавозный, за героизм в этих боях получили звание Героя Советского Союза.
Наиболее интенсивно ХТ-26 и его модификации использовались в Зимней войне 1939–1940 годов. На Карельском перешейке действовали пять отдельных химических танковых батальонов и роты боевого обеспечения. Из 446 задействованных химических танков (включая ХТ-130 и ХТ-133) 118 были потеряны безвозвратно. Эффективность огнемётов при штурме ДОТов подтверждалась, но их уязвимость (из-за малой дальности огнеметания (не более 50 м) и слабого бронирования) становилась всё очевиднее.
Эволюция платформы: от ХТ-130 до ХТ-134
Опыт боёв выявил два ключевых недостатка ХТ-26: отсутствие дополнительного пулемётного вооружения и недостаточную дальность огнеметания. В ответ на это в 1935 году началась разработка ХТ-130 на базе однобашенного Т-26 образца 1933 года. Огнемёт КС-25 заменил 45-мм пушку, но сохранил спаренный ДТ. Бронирование осталось на уровне базовой машины (лоб корпуса — 15 мм), но экипаж увеличился до трёх человек.
С 1936 по 1939 год было выпущено 401 ХТ-130. В ходе Зимней войны часть из них получила дополнительную экранировку толщиной 30–40 мм для повышения живучести.
Дальнейшим развитием стал ХТ-133 (с 1939 года), оснащённый двумя пулемётами ДТ и улучшенной огнемётной системой. Выпущено 269 машин.
Кульминацией эволюции семейства стал ХТ-134, созданный в 1940 году. Это был первый и единственный советский химический танк, сохранивший пушечное вооружение: 45-мм пушка 20К осталась в башне, а огнемёт КС-25 разместили в лобовом листе корпуса слева от механика-водителя. Бронирование усилили 30-мм экранами, что обеспечивало защиту от 20–37-мм снарядов. Ёмкость огнесмеси — 140 литров (внутренний и наружный баки), дальность огнеметания — до 50 метров, темп стрельбы — 15–18 выстрелов в минуту.
Было изготовлено всего два опытных образца. Оба участвовали в боях в Финляндии, один был подбит. Несмотря на положительные отзывы, серийное производство не началось — АБТУ посчитало приоритетным модернизацию существующих машин .
Экзотика: ХТ-37 и импровизации на колёсах
Параллельно с линейкой на базе Т-26 велись работы по созданию химических машин на других шасси. В 1934–1935 годах на базе плавающего танка Т-37 был разработан ХТ-37 (БХМ-4). Пулемёт заменили огнемётом КС-35, при котором запас огнесмеси составлял всего 36 литров на примерно 17 выстрелов. Из-за крайне слабого бронирования (до 9 мм) и низкой боевой ценности от проекта отказались. К началу Великой Отечественной Войны в строю оставалось лишь 10 таких машин, использовавшихся для охраны аэродромов от возможных десантов.
Известно, что были попытки установить огнемётное оборудование и на всякие эрзац-проекты, вроде ХТЗ-16. Но достаточного количества информации о применении таких машин в публичных источниках попросту нет.
Судьба «поджигателей» в Великой Отечественной войне
На 22 июня 1941 года в механизированных корпусах РККА числилось 994 химических танка на базе Т-26, включая 128 ХТ-26 в приграничных округах. Однако их боевое применение оказалось трагичным. Огнемётные батальоны часто бросали в первый эшелон без должной артиллерийской поддержки. Как отметил начальник химслужбы 1-го мехкорпуса подполковник В. А. Сапцов, одна рота ХТ-26 была «преступно» использована для прямой атаки противотанковых орудий под Островом и уничтожена в течение 30–40 минут.
К октябрю 1941 года на центральных участках фронта ХТ-26 практически не осталось. Тем не менее, небольшое количество машин продолжало сражаться на Юго-Западном, Южном и Крымском фронтах вплоть до весны 1942 года. В частности, 54 танка ХТ-130 и ХТ-133, переброшенные из Ирана, участвовали в обороне Севастополя.
Финская армия захватила как минимум 4 ХТ-26 и 2 ХТ-130. Их использовали в учебных целях, а затем переделали в гибриды с башнями от Т-26 обр. 1933 года. Все они были потеряны в 1944 году и после Войны утилизированы.
Наследие и выводы
Семейство советских химических танков стало уникальным явлением в мировой бронетехнике: ни одна другая армия не создавала столь массовую и разнообразную линейку специализированных огнемётных машин на одном базовом шасси. Однако их история — это история компромиссов. Отказ от пушечного вооружения в пользу огнемёта делал их уязвимыми вне поддержки пехоты и артиллерии. Малая дальность огнеметания вынуждала подходить вплотную к целям, что в условиях растущей противотанковой мощи противника быстро стало самоубийственным мероприятием.
Тем не менее, опыт применения ХТ-26 и его преемников напрямую повлиял на создание следующего поколения советских огнемётных танков — уже на базе Т-34 и КВ. Эти машины сочетали мощную броню, пушечное вооружение и огнемёт, что стало логическим завершением пути, начатого в 1932 году с двухбашенного Т-26 и баллонов со сжатым воздухом.
С уважением, Иван Вологдин
Подписывайтесь на канал «Культурный код», ставьте лайки и пишите комментарии – этим вы очень помогаете в продвижении проекта, над которым мы работаем каждый день.
Подписывайтесь и на телеграмм канал https://t.me/CulturniyCod. Как только там наберётся минимальная активность (всего 10 подписчиков), там ежедневно будут выходить короткие посты, связанные с историей, техникой и наукой!
Прошу обратить внимание и на другие наши проекты - «Танатология» и «Размеренность Бытия». На этих каналах будут концентрироваться статьи о других исторических событиях.