Свекровь всегда считала, что лучше меня знает, как вести хозяйство. Галина Николаевна приезжала к нам раза три в год и каждый раз находила повод для критики. То обои не те, то цветы неправильно стоят, то холодильник не так заполнен. Я терпела, не хотела ссориться с матерью мужа.
Мы с Алексеем женаты семь лет, живем в двухкомнатной квартире, которую купили вместе. У нас дочка Полина, ей пять лет. Работаю я дизайнером на фрилансе, Алексей программист. Живем нормально, не богато, но и не бедно.
Галина Николаевна живет в другом городе, обычно приезжает на неделю. Алексей всегда радуется ее визитам, а я готовлюсь как к экзамену. Убираю квартиру до блеска, закупаю продукты, готовлю ее любимые блюда. Но ей все равно что-то не нравится.
В этот раз она приехала неожиданно. Позвонила утром в воскресенье.
– Алеша, я через два часа буду. Встречайте.
Алексей положил трубку.
– Ира, мама приезжает.
Я подскочила с кровати.
– Когда?
– Через два часа.
Я посмотрела на квартиру. Вчера мы с Полиной делали поделки, по всей гостиной валялись бумажки, краски, клей. На кухне стояла гора немытой посуды. В спальне белье не застелено.
– Два часа? Алеш, я не успею навести порядок!
Он пожал плечами.
– Ну и не надо. Мама же не чужая.
Легко ему говорить. Я кинулась убирать. Собрала поделки, помыла посуду, пропылесосила. Застелила постель, сбегала в магазин за продуктами. Через два часа квартира выглядела более-менее прилично.
Галина Николаевна приехала с огромным чемоданом. Поцеловала сына, внучку, мне кивнула сухо.
– Здравствуй, Ирина.
– Здравствуйте, Галина Николаевна. Проходите.
Она прошла в квартиру, огляделась.
– Ну что же вы так живете? Везде пыль, шторы грязные. Ирина, когда последний раз убиралась?
Я сжала зубы.
– Вчера убиралась. Просто мы с Полиной творчеством занимались.
– Творчеством, – фыркнула свекровь. – Лучше бы уборкой занялись.
Алексей попытался вмешаться.
– Мам, у нас все чисто. Не придирайся.
– Я не придираюсь! Я просто вижу, что невестка моя не следит за домом!
Я промолчала, ушла на кухню готовить обед.
Первые дни Галина Николаевна вела себя относительно спокойно. Только комментировала мою готовку, говорила, что суп несоленый, а котлеты пересушенные. Я кивала, исправляла. Не хотела конфликтов.
Но в среду случилось то, чего я никак не ожидала.
Я ушла на работу рано утром, у меня была встреча с клиентом в центре города. Алексей отвел Полину в садик и тоже уехал в офис. Галина Николаевна осталась дома одна.
Когда я вернулась вечером, квартира выглядела странно. Все было слишком чисто. На столах ничего не стояло, полки пустые, даже ковер пропал из гостиной.
Я прошла в спальню. Моя полка в шкафу была пустая. Совсем пустая. Я открыла тумбочку. Там тоже ничего не было.
– Галина Николаевна! – позвала я.
Свекровь вышла из кухни с довольным видом.
– Ты звала?
– Где мои вещи?
– Какие вещи?
– Все! Одежда из шкафа, косметика с тумбочки, книги с полки!
Галина Николаевна улыбнулась.
– А, это. Я сделала генеральную уборку. Выбросила все лишнее.
У меня перехватило дыхание.
– Выбросила? Как выбросила?
– Обычно. Собрала в мешки и отнесла в мусорку. Ты же не носишь половину этих тряпок, зачем хранить?
Я почувствовала, как внутри все кипит.
– Это не тряпки! Это моя одежда! Мои вещи!
– Старые вещи, – махнула рукой свекровь. – Я на них посмотрела, все застиранное, выцветшее. Выбросила, и правильно сделала.
Я кинулась к шкафу, начала перебирать полки. Из моей одежды осталось только то, что висело на вешалках. Все остальное пропало. Футболки, джинсы, домашние халаты, спортивные костюмы. Все.
– Галина Николаевна, вы что наделали! У меня там были любимые вещи! Платье, которое мне мама подарила! Свитер, который я сама связала!
Свекровь поморщилась.
– Какое платье? То старое ситцевое? Да на тряпки только годилось!
Я подошла к ней вплотную.
– Это было не ваше дело! Вы не имели права!
– Имела! Я хотела помочь! Навела порядок, выбросила хлам!
– Это не хлам! Это мои личные вещи!
В дверь вошел Алексей с Полиной.
– Что здесь происходит? Слышал ваши крики еще с лестницы!
Я обернулась к нему.
– Твоя мать выбросила мои вещи! Всю одежду из шкафа!
Алексей посмотрел на мать.
– Мам, это правда?
Галина Николаевна выпрямилась.
– Правда. Я сделала уборку. Выбросила все старое и ненужное.
– Ненужное? – голос мой сорвался. – Это были мои вещи! Моя одежда! Мои книги!
Алексей прошел в спальню, открыл шкаф. Вернулся бледный.
– Мама, ты что творишь? Половины Ириных вещей нет!
– Так они и не нужны были! Старье!
Я не выдержала, заплакала.
– Там было платье от моей мамы! Она его мне на день рождения подарила! Я его берегла!
Галина Николаевна махнула рукой.
– Ну купит новое. Что ты так убиваешься из-за тряпок?
Алексей посмотрел на мать строго.
– Мама, это был подарок от умершего человека. Мама Иры умерла три года назад. Это платье было единственной памятью.
Свекровь побледнела.
– Я не знала.
– Должна была спросить! Прежде чем выбрасывать чужие вещи!
Я вытерла слезы.
– И это не все. Где мои книги? Где косметика? Где рабочие папки?
– Книги выбросила, страницы пожелтели. Косметику тоже, она же старая была. А папки какие?
Я похолодела.
– Какие папки? С документами! У меня там были договоры с клиентами, эскизы проектов!
Галина Николаевна замялась.
– Ну, там какие-то бумажки были. Я подумала, что это черновики.
Я схватилась за голову.
– Это не черновики! Это мои рабочие материалы! На них я месяцами работала!
Алексей взял меня за плечи.
– Ира, спокойно. Где мусорные мешки, мам?
– Я уже вынесла. В контейнер у подъезда.
Я кинулась к выходу. Алексей за мной. Мы сбежали по лестнице, выбежали во двор. Контейнер был пуст.
– Мусор уже увезли, – сказал охранник, стоявший у ворот. – Час назад.
Я опустилась на лавочку. Все. Все пропало. Одежда, книги, мамино платье, рабочие документы. Все в мусорке.
Алексей сел рядом, обнял.
– Ирочка, прости. Я не думал, что мама на такое способна.
Я молча плакала. Слишком много потеряла за один день.
Мы вернулись в квартиру. Галина Николаевна сидела на кухне, пила чай.
– Ну что? Нашли что-нибудь?
– Нет, – коротко ответил Алексей. – Мусор увезли.
Свекровь поставила чашку.
– Ну и ладно. Ира купит новое. Было старье, будет новое.
Алексей подошел к матери.
– Мама, собирай вещи. Уезжаешь.
Галина Николаевна подняла брови.
– Как уезжаю? Я же на неделю приехала!
– Неделя отменяется. Ты выбросила чужие вещи без спроса. Это неприемлемо.
– Алеша, я хотела как лучше!
– Получилось как всегда. Собирайся. Я куплю тебе билет на вечерний поезд.
Свекровь встала.
– Сын, ты меня выгоняешь?
– Прошу уехать. Потому что если останешься, Ира имеет полное право вызвать полицию. Ты уничтожила чужое имущество.
Галина Николаевна побледнела.
– Полицию? За какие-то тряпки?
Я встала.
– За эти тряпки я заплатила деньги. За рабочие документы тоже. Вы нанесли мне материальный и моральный ущерб. И да, я могу подать на вас в суд.
Свекровь посмотрела на сына.
– Алеша, она угрожает мне!
– Она говорит правду. Мам, ты должна была спросить разрешения. Нельзя просто взять и выбросить чужие вещи.
Галина Николаевна молча прошла в гостиную, начала собирать чемодан. Алексей ушел покупать билет. Я осталась на кухне.
Через час Галина Николаевна была готова. Алексей вызвал такси.
– Мам, я провожу тебя на вокзал.
– Не надо. Я сама доеду.
Она взяла чемодан, прошла к двери. Обернулась.
– Ирина, прости. Я правда хотела помочь.
Я посмотрела на нее.
– Помочь? Вы уничтожили мои вещи. Память о матери. Рабочие материалы. Это не помощь.
Свекровь опустила голову.
– Я не подумала. Простите.
Она вышла. Дверь закрылась.
Я села на диван, обхватила голову руками. Алексей сел рядом.
– Ира, прости мою мать. Она иногда перегибает.
– Перегибает? Она выбросила половину моих вещей!
– Я знаю. Это ужасно. Я поговорю с ней.
– Говорить поздно. Все уже в мусорке.
Алексей обнял меня.
– Я компенсирую. Купим новую одежду, новую косметику. По работе я тоже помогу, восстановим документы.
Я прижалась к нему.
– Дело не в деньгах. Дело в том, что она считает себя вправе распоряжаться моими вещами. Без спроса.
– Я знаю. И я больше не допущу такого.
Прошла неделя. Я потихоньку приходила в себя. Купила новую одежду, восстановила часть рабочих документов. С клиентами договорилась, объяснила ситуацию. Они пошли навстречу, прислали копии договоров.
Но мамино платье восстановить было невозможно. И это болело больше всего.
Галина Николаевна звонила Алексею каждый день. Извинялась, просила прощения. Он разговаривал с ней сухо, коротко.
– Мам, ты должна извиниться перед Ирой.
– Я извинялась!
– Перед ней, не перед дверью. Позвони ей сама.
Однажды вечером мне позвонила свекровь.
– Ира, это я.
– Слушаю.
– Я хотела извиниться. Правда. Я не думала, что там были важные вещи.
Я молчала.
– Ира, ты меня слышишь?
– Слышу.
– Я готова компенсировать ущерб. Скажи, сколько стоила одежда, я переведу деньги.
– Галина Николаевна, дело не в деньгах. Дело в уважении. Вы выбросили мои вещи без спроса. Это неправильно.
Свекровь помолчала.
– Я понимаю. Прости меня. Больше такого не повторится.
– Надеюсь.
– Ира, можно я приеду на Полин день рождения? Через месяц же?
Я задумалась. С одной стороны, не хотелось видеть ее. С другой, это бабушка Полины.
– Хорошо. Но только на день. И трогать мои вещи нельзя.
– Не буду. Обещаю.
Галина Николаевна приехала на день рождения внучки. Вела себя тихо, скромно. Не критиковала мою готовку, не лезла в шкафы. Даже комплимент сделала по поводу моего нового платья.
Когда она уезжала, подошла ко мне.
– Ира, спасибо, что разрешила приехать.
– Полина вас любит. Не хотела лишать ее бабушки.
Свекровь кивнула.
– Я поняла свою ошибку. Больше не буду вмешиваться в ваши дела.
Я посмотрела на нее.
– Галина Николаевна, я не против вашей помощи. Просто спрашивайте прежде чем что-то делать. Это же элементарное уважение.
– Ты права. Я просто привыкла все решать сама. Думала, что лучше знаю.
– Но это не ваш дом. Это наш с Алексеем. И решения здесь принимаем мы.
Свекровь кивнула.
– Поняла. Извини еще раз.
Она уехала. Алексей обнял меня.
– Спасибо, что дала ей шанс.
– Она мать твоя. И бабушка Полины. Не могу просто вычеркнуть ее из жизни.
– Ты молодец. Мама поняла урок. Больше не повторит.
Прошло несколько месяцев. Галина Николаевна приезжала еще раз. Вела себя как гость. Спрашивала разрешения перед тем как что-то сделать. Не критиковала. Даже помогала на кухне, но только когда я просила.
Отношения наши потихоньку наладились. Мы больше не ссорились. Она поняла, что нельзя распоряжаться чужими вещами, даже если хочешь помочь.
А я поняла, что границы надо отстаивать. Даже с родственниками. Потому что если не защищаешь свое пространство, на него будут посягать снова и снова.
Та история с генеральной уборкой научила нас обеих. Свекровь стала уважать мое мнение, а я научилась говорить нет, когда это нужно. И наши отношения стали лучше. Потому что уважение важнее показного согласия.
Я не забыла мамино платье. И никогда не забуду. Но держать обиду на Галину Николаевну смысла нет. Она ошиблась, поняла, извинилась. Этого достаточно.
Главное, что мы все извлекли урок. И больше такого не повторится. Потому что теперь в нашей семье есть четкие границы. И каждый знает, где они проходят. А это самое важное для нормальных отношений.
🌷 Подписывайся, если веришь, что всё возвращается
читайте еще