Марина смотрела на пустую шкатулку, где еще вчера лежало бабушкино кольцо - последняя семейная ценность, с которой она рассталась ради очередной «командировки» мужа. Тонкие пальцы дрожали, когда она захлопнула крышку с такой силой, что та едва не треснула. Через окно пробивался холодный ноябрьский свет, окрашивая гостиную в серые тона, идеально отражая то, что творилось в ее душе.
- Все для семьи, - прошептала она, словно оправдываясь перед призраком бабушки, чей портрет строго смотрел со стены. - Антон обещал, что это последний раз.
Последний год их совместной жизни превратился в непрерывную череду его «срочных командировок» и ее жертв ради сохранения семьи. Каждый раз причина казалась уважительной - то проект горит, то контракт сорвется. И каждый раз после его возвращения в доме появлялись деньги, которых едва хватало на погашение процентов по кредиту и на повседневные расходы.
Телефон завибрировал, прерывая поток ее мыслей. Имя мужа на экране вызвало смешанное чувство надежды и тревоги.
- Мариш, все отлично! - голос Антона звучал бодро, слишком бодро. - Контракт почти в кармане. Задержусь еще на пару дней, нужно утрясти детали.
- На пару дней? - эхом отозвалась она. - Антон, у нас платеж по ипотеке через три дня, и я уже...
- Я знаю, знаю! - перебил он. - Все будет. Обещаю. Эта сделка покроет все наши долги и еще останется. Ты же мне веришь?
Где-то на заднем плане Марина услышала женский смех. Сердце болезненно сжалось.
- Кто это с тобой?
Секундное замешательство. - Клиенты, Мариш. Просто клиенты. Мне пора, перезвоню.
Связь оборвалась, а вместе с ней и что-то внутри Марины. Она медленно опустилась в кресло, сжимая телефон так, что побелели костяшки пальцев. Шестое чувство, которое она так долго игнорировала, кричало, что все это ложь.
В коридоре зазвенел дверной звонок. Марина вздрогнула, рывком поднялась. На пороге стоял мужчина в строгом костюме с папкой документов.
- Марина Алексеевна Соколова? - спросил он официальным тоном. - Я из службы безопасности банка. Нам необходимо обсудить задолженность вашего супруга.
- Задолженность? - переспросила она, чувствуя, как ноги становятся ватными. - Какую еще задолженность?
Мужчина раскрыл папку. - По нашим данным, на имя Антона Викторовича Соколова оформлено три кредитных договора. Общая сумма задолженности составляет один миллион восемьсот тысяч рублей. Просрочка по всем трем кредитам превышает 90 дней.
Комната словно накренилась. Марина схватилась за дверной косяк.
- Это какая-то ошибка, - прошептала она. - У нас только ипотека. Я бы знала, если...
- Вот копии договоров, - мужчина протянул ей документы. - На всех стоит ваша подпись как созаемщика.
Марина впилась взглядом в подписи. Похоже, но... не ее. Кто-то искусно подделал ее почерк. Комната поплыла перед глазами.
- Я никогда не подписывала этого, - голос звучал глухо, как из-под воды. - Это... это подделка.
Представитель банка смотрел на нее с плохо скрываемым сочувствием. - В таком случае, вам следует обратиться в полицию. Но должен предупредить - банк уже подал иск о взыскании задолженности. Если платежи не возобновятся в течение недели, будет инициирована процедура описи имущества.
Когда дверь за ним закрылась, Марина сползла на пол, прижимая к груди папку с документами. Три кредита. Почти два миллиона рублей. И поддельные подписи.
Руки двигались сами собой, набирая номер свекрови.
- Алло, Ирина Петровна? Это Марина. Антон с вами не связывался? - она старалась говорить ровно, но голос предательски дрожал.
- Милая, он же в командировке. Разве нет? - в голосе свекрови звучало неподдельное удивление.
- Да, конечно. Просто... - Марина запнулась. - Я не могу до него дозвониться.
- Странно. Он звонил мне вчера, говорил, что вы собираетесь нас навестить на выходных. Я так обрадовалась! Готовлю твой любимый пирог с капустой.
Холод пробежал по спине Марины. Никаких планов на выходные они не обсуждали.
- Ирина Петровна, а... Антон не просил у вас денег в последнее время?
Пауза на другом конце была красноречивее любых слов.
- Марина, милая... - голос свекрови смягчился. - Он одалживал у нас небольшие суммы. Говорил, что у вас временные трудности из-за задержки его зарплаты. Но никогда больше пятидесяти тысяч за раз.
- И сколько раз он... одалживал? - Марина почти боялась услышать ответ.
- За последний год? Может, раз пять-шесть. Но он всегда возвращал, правда, в последний раз задержал выплату.
Комната поплыла перед глазами. Пять-шесть раз по пятьдесят тысяч. И это только у родителей.
- Спасибо, Ирина Петровна. Я... я перезвоню.
Положив трубку, Марина на автопилоте поднялась и прошла в кабинет мужа. Ящики стола, которые раньше казались неприкосновенными - ведь личное пространство в семье должно уважаться - теперь требовали немедленного изучения.
Верхний ящик стола был заперт. Марина помнила, где Антон хранит запасные ключи. В шкатулке на книжной полке, там, где раньше лежали их свадебные фотографии, которые она не видела уже несколько месяцев.
Содержимое ящика вызвало тошноту - квитанции из ломбарда, где Антон заложил ее украшения, те самые, которые он якобы отдал в чистку. Выписки с незнакомых банковских счетов. И самое страшное - несколько фотографий с какой-то светловолосой женщиной, снятых в курортном городе. Дата на обороте одного из снимков совпадала с последней «командировкой» мужа.
Марина опустилась на стул, чувствуя, как реальность разваливается на части. Все, во что она верила последние годы, оказалось ложью.
Телефон снова зазвонил. Номер банка.
- Марина Алексеевна? - женский голос звучал профессионально отстраненно. - Мы обнаружили подозрительную активность по вашей кредитной карте. Кто-то пытается снять крупную сумму в банкомате в Сочи. Это вы?
- Нет, - выдохнула Марина. - Я в Москве.
- В таком случае, мы заблокируем карту. Вам необходимо приехать в отделение для оформления заявления о мошенничестве.
Сочи. Именно там был сделан снимок с блондинкой.
Марина открыла приложение банка, ввела пароль, который знала наизусть - день их свадьбы. Экран моргнул, показывая баланс: минус 280 тысяч рублей. Кредитный лимит исчерпан полностью.
Руки действовали быстрее, чем мозг мог осознать происходящее. Она набрала номер лучшей подруги.
- Лена, мне нужна помощь, - голос Марины звучал неожиданно твердо. - Ты еще работаешь в том юридическом бюро?
- Да, а что случилось? Ты какая-то странная.
- Мне нужна консультация по семейному праву. И еще... ты не могла бы одолжить мне немного денег? Совсем ненадолго.
Час спустя Марина уже сидела в кабинете юриста, рассказывая свою историю. Каждое слово, слетавшее с ее губ, казалось абсурдом, словно это происходило не с ней, а с героиней какого-то дешевого сериала.
- Значит, три кредита с поддельными подписями, - юрист, пожилая женщина с умными глазами, делала пометки в блокноте. - Плюс кредитная карта, обналичиваемая в другом городе, и заложенные ценности. Марина, вам необходимо немедленно обратиться в полицию с заявлением о мошенничестве.
- Но это же мой муж, - Марина все еще не могла поверить, что говорит такое. - Отец моего ребенка.
Юрист посмотрела на нее поверх очков. - У вас есть дети?
- Нет, но мы планировали... - она осеклась, осознав абсурдность своих слов.
- Тогда благодарите судьбу, что вы не связаны еще и этим. Марина, послушайте меня внимательно: ваш муж совершил преступление - подделка документов, мошенничество. Если вы не обратитесь в полицию, вся ответственность по этим кредитам ляжет на вас. Вы понимаете это?
Марина кивнула, ощущая странное онемение во всем теле.
- И еще, - юрист понизила голос. - Судя по всему, деньги он тратил не на бизнес. У вас есть хоть какое-то представление, куда ушли почти два миллиона рублей?
Фотографии блондинки всплыли в памяти. Курорты, рестораны, подарки - все то, что она себе не могла позволить годами, экономя на всем ради их «общего будущего».
- Кажется, да, - тихо ответила она.
Вечером, вернувшись домой после визита в полицию, где она оставила заявление о подделке документов, Марина механически собирала вещи. Лена предложила пожить у нее, пока все не уляжется.
Телефон разрывался от звонков Антона, но она не отвечала. Только отправила короткое сообщение: «Я все знаю про кредиты и твои командировки. Банк заблокировал карту. Не пытайся со мной связаться».
В ответ пришло: «Мариш, это не то, что ты думаешь! Я все объясню!»
Она горько усмехнулась, вспоминая, как еще вчера продала последнее бабушкино кольцо - единственную ценную вещь, доставшуюся ей по наследству, чтобы Антон мог «заключить важный контракт». Контракт с кем? С совестью? С блондинкой из фотографий?
Сумка была почти собрана, когда в дверь позвонили. Марина замерла. Неужели Антон вернулся? Но в глазок она увидела пожилую соседку.
- Мариночка, извини за беспокойство, - соседка протянула конверт. - Это тебе курьер принес, когда ты была на работе. Я расписалась.
Конверт был от ломбарда. Внутри - квитанция о выкупе бабушкиного кольца и само кольцо, аккуратно упакованное в бархатный мешочек.
«Прости, что продал без твоего ведома. Это было временное решение. Люблю тебя. А.»
Дата на квитанции - трехмесячной давности. Значит, он выкупил кольцо, но вчера забрал его и сделал вид, что она сама его продала. Чтобы получить от нее еще денег? Или чтобы она не нашла квитанцию?
Пальцы дрожали, когда она набирала номер ломбарда.
- Здравствуйте, я хотела бы уточнить информацию по этой квитанции...
То, что она услышала, окончательно разрушило последние иллюзии. Кольцо действительно было заложено и выкуплено Антоном. А затем снова заложено - три дня назад. И не только кольцо, но и ее серьги, и цепочка с крестиком - подарок на крещение от крестной.
- Ценности может забрать только тот, кто их закладывал, - объяснил менеджер. - Либо вы, если принесете паспорт и свидетельство о браке, так как вещи записаны на вас.
Значит, и это ложь. Кольцо не выкуплено. Оно снова в ломбарде, а это - подделка.
Марина опустилась на пол посреди гостиной, держа в руках фальшивое кольцо. Слезы, которые она сдерживала весь день, наконец прорвались.
Она плакала не о деньгах, не о долгах и даже не о предательстве. Она оплакивала три года жизни, отданные человеку, который не заслуживал ни секунды ее времени. Три года экономии «на будущее», которое он строил с другой. Три года, когда она отказывала себе во всем, веря его обещаниям.
Телефон снова зазвонил. Антон. Не глядя, она отклонила вызов и заблокировала номер.
Затем открыла приложение такси и вызвала машину. Пора было начинать новую жизнь - без долгов, без лжи и без Антона.
***
Шесть месяцев спустя Марина сидела в кафе напротив здания суда. Процесс по делу о мошенничестве завершился - Антон получил условный срок и обязательство выплатить все долги. Ее признали потерпевшей, освободив от кредитных обязательств.
Напротив сидела Лена, задумчиво помешивая кофе.
- Знаешь, что самое удивительное? - Марина крутила на пальце бабушкино кольцо, которое выкупила из ломбарда на первую зарплату на новой работе. - Я не чувствую ненависти. Только облегчение и... благодарность.
- Благодарность? - удивилась Лена. - Этому проходимцу?
- Благодарность судьбе, - улыбнулась Марина. - За то, что все открылось до того, как у нас появились дети. За то, что я смогла начать с чистого листа. За то, что теперь я знаю, чего стою.
Она посмотрела в окно, где весеннее солнце раскрашивало город в яркие краски.
- Знаешь, в чем была моя главная ошибка? Я думала, что любовь - это жертва. Что нужно отдавать все, ничего не требуя взамен. А оказалось, что настоящая любовь - это когда не нужно жертвовать собой, чтобы быть счастливой.
Лена накрыла ее руку своей. - А ты изменилась. Шесть месяцев назад ты бы не сказала такого.
- Шесть месяцев назад я бы продала последнее кольцо, чтобы оплатить его очередную «командировку», - Марина горько усмехнулась. - Знаешь, что я поняла? Нельзя построить счастье на лжи. Ни своей, ни чужой.
- И что теперь?
- Теперь? - Марина улыбнулась, и в этой улыбке было больше силы, чем за все предыдущие годы. - Теперь я учусь любить себя так же сильно, как раньше любила его. И, кажется, у меня неплохо получается.
Так же рекомендую к прочтению 💕: