Мы все слышали о великих мезоамериканских цивилизациях — ацтеках и майя, а также о южноамериканских культурах, построивших свои города высоко в горах, как, например, инки. Но сколько из вас смогут назвать великую цивилизацию, существовавшую в Северной Америке? Наверное, лишь немногие. Однако они действительно существовали. Более того, одна из них — Кахокия — была первым и крупнейшим доколониальным городом за пределами Мезоамерики на территории современных США. В период своего расцвета её население настолько выросло, что даже превосходило по численности средневековый Лондон.
И всё же, несмотря на грандиозные сооружения и предметы из дальних земель, до недавнего времени не существовало точной временной шкалы строительства кахокийских монументов или импорта иноземных материалов.
Тем не менее у нас остались деревянные столбы-маркеры — своеобразные общественные монументы и священные артефакты. А замечательная особенность дерева в том, что его можно датировать и определить его происхождение, что позволяет создать хронологию материальных связей и общественных событий Кахокии.
Именно это и сделали доктор Николас Кесслер и его коллеги, исследовав крупнейший известный столб-монумент на всей территории Кахокии — так называемое бревно из Митчелла (Mitchell Log).
Учёные сумели определить точную дату, когда это гигантское дерево весом около 4–5 тонн было срублено, установили, когда именно Кахокия достигла пика своего могущества, и доказали, что дерево не было местным — оно выросло, по меньшей мере, в 180 километрах от города.
Древний город Кахокия
Кахокия возникла около 1050 года н. э. и стала крупнейшим городом к северу от современной Мексики, насчитывая примерно 20 000 жителей или более. Она состояла из трёх смежных районов, раскинувшихся на центральных землях так называемого «Американского Дна» — поймы реки Миссисипи.
К 1100 году н. э. Кахокия превратилась в ведущий политический и административный центр Миссисипской культуры Среднего Запада и Юго-Востока. Доктора Кесслер и Эрин Бенсон пишут:
«Кахокия оказала колоссальное влияние на историю Северной Америки и представляла собой уникальное и грандиозное явление — первый настоящий город к северу от Мексики. Самый большой из 120 холмов — Холм Монахов (Monks Mound) — был крупнейшим земляным сооружением в западном полушарии. В период расцвета (~1100 г.) численность населения Кахокии превышала население таких европейских городов, как Лондон и Париж. Город быстро рос в конце XI века, причём переселенцы составляли до трети населения. В XII веке Кахокия достигла апогея, распространив своё влияние от Мексиканского залива до Великих равнин. Её новая политическая, социальная и религиозная система преобразила центр континента и изменила историческое развитие Среднего Запада и Юго-Востока».
Однако величие Кахокии длилось недолго. Уже около 1200 года н. э. начался её упадок. Почему именно — до конца не ясно: возможно, из-за изменения климата, истощения ресурсов, экологической катастрофы или социальных конфликтов. Даже подлинное название города утрачено: «Кахокия» — это имя, данное французскими исследователями по названию племени, которое жило здесь уже спустя века после исчезновения города.
До сих пор большинство археологических исследований сосредоточено на восстановлении численности населения и окружающей среды, тогда как точное датирование религиозных и политических перемен внутри города оставалось в тени.
Монументальные столбы Кахокии
Одним из самых характерных видов сооружений, оставленных этой цивилизацией, были деревянные столбы-маркеры. Это были огромные бревна, вкопанные в землю у общественных зданий, на площадях, вершинах холмов и в храмах. Иногда их переносили, вероятно, чтобы обозначить ось священного пространства, использовать в ритуалах восхождения или полёта, либо потому, что они воплощали дух божества.
Кесслер и Бенсон поясняют:
«Столбы играли важную роль в жизни многих коренных народов Америки. Для одних они были священными, для других — живыми существами, духами или предками. Они становились центром церемоний и праздников, сопровождавшихся танцами, подношениями, восхождениями или акробатическими обрядами. В доколумбовой Кахокии столбы часто располагались в особых местах — на площадях, холмах, у храмов — где они символически соединяли верхний, средний и подземный миры, связывая людей с божественными силами».
Подобные гигантские столбы начали появляться в эпохи Ломанн (1050–1100 гг.) и Стерлинг (1100–1200 гг.), но исчезли вместе с упадком Кахокии. До недавнего времени археологи располагали лишь приблизительными датами их установки и разрушения.
Исследование бревна из Митчелла
Так доктор Кесслер и его команда решили восполнить этот пробел, применив радиоуглеродное датирование годичных колец и анализ стабильных изотопов стронция. Эти методы позволили не только определить точную дату сруба, но и установить регион происхождения дерева.
Бревно было найдено в 1961 году на окраине Кахокии — в районе Митчелл. Это был остаток основания стоячего столба длиной 3,5 метра. Судя по яме, где оно стояло, весь столб имел высоту около 18 метров и весил 4–5 тонн — примерно столько же, сколько взрослая самка африканского слона.
Дерево оказалось таксодиумом двурядным, или болотным кипарисом — породой, не произрастающей вблизи Кахокии. Значит, его доставили издалека. Подобные кипарисовые столбы находили только в Кахокии и в соседнем районе Ист-Сент-Луис. Использование таких пород, как кипарис, красный кедр и сосна, вероятно, ограничивалось жилищами знати, святилищами и монументами.
Радиоуглеродное и изотопное датирование
Радиоуглеродный метод основывается на измерении соотношения изотопов углерода ¹²C и ¹⁴C. Пока организм жив, эти изотопы обновляются, но после смерти ¹⁴C начинает распадаться. Измеряя, сколько его осталось, учёные определяют, когда организм погиб. Годичные кольца деревьев особенно полезны, поскольку фиксируют даже солнечные вспышки, оставляющие заметные «пики» радиоуглерода, что позволяет датировать события с точностью до года.
Изотопы стронция, в свою очередь, указывают географическое происхождение образца, поскольку соотношение ⁸⁷Sr/⁸⁶Sr зависит от состава горных пород и почв конкретного региона. Дерево, впитывая элементы из почвы, сохраняет этот уникальный «геохимический отпечаток».
Результаты исследования
Анализ показал, что дерево действительно было кипарисом болотным, срубленным примерно в 1124 году н. э. (возможный диапазон — 1122–1132 гг.). В нём насчитали 194 годичных кольца, а последнее кольцо указывало, что сруб был произведён летом.
Изотопный анализ показал, что дерево выросло не в окрестностях Кахокии, а, вероятно, в южном Миссури, северном Арканзасе, западном Теннесси или южном Иллинойсе. Ближайший возможный источник находился не менее чем в 180 км от места установки.
Учёные предполагают, что транспортировка осуществлялась по воде, по протокам и рукавам Миссисипи — наиболее вероятный и рациональный путь. Альтернативно, дерево могли тянуть по суше по древним тропам, соединявшим Кахокию с другими поселениями.
Интересно, что заготовка бревна из Митчелла совпадает по времени с пиком монументального строительства в регионе, когда экономика, земледелие и торговля были максимально развиты, а Кахокия обладала наибольшей организационной мощью.
Значение открытия
Если предположить, что столб простоял одно-два поколения, то его разрушение или удаление пришлось примерно на 1150–1175 годы, то есть на период начала упадка Кахокии. Это совпадает с другими признаками кризиса — заброшенными зданиями, прекращением культовых обрядов, изменением климата и засухой.
Таким образом, бревно из Митчелла дало археологам уникальную временную отметку, позволив точно датировать не только пик могущества Кахокии, но и начало её постепенного исчезновения. После 1200 года ни один крупный деревянный столб в регионе больше не устанавливался.
Исследование доктора Кесслера показало, что бревно из Митчелла было возведено в период золотого века Кахокии — времени, когда этот загадочный город достиг наибольшей силы и влияния. Но судьба дерева отразила судьбу самого города: возвышение, величие и неизбежное падение.
Я никогда прежде не слышал о Кахокии, но должен признать — это поразительный город, и мне бы хотелось увидеть его в эпоху расцвета. Думаю, то же самое чувствуют все археологи, изучающие погибшие цивилизации: желание хоть на мгновение взглянуть на них живыми.
Как вы думаете, каким образом кахокийцы смогли перевезти столь огромный кипарис — и почему их город навсегда исчез, так и не возродившись?