Есть у нас в доме одна очень своеобразная соседка — Валентина Павловна. Женщина в возрасте, но с таким чутким слухом, что, кажется, она способна различить шорох мухи на лестничной клетке. Я уверена, в каждом доме найдётся хотя бы один такой человек — с повышенной чувствительностью ко всему, что выходит за рамки «идеальной тишины».
Стоит кому-то передвинуть табуретку или случайно уронить крышку кастрюли — Валентина Павловна уже на пороге, с выражением оскорблённого достоинства на лице. А если, не дай Бог, в соседней квартире запустят стиральную машину после десяти вечера — готовься к стуку в дверь и длинной нотации про «нормы приличия».
Но особенно ее раздражают дети. И не просто раздражают — буквально выводят из себя. Стоит малышам на площадке громче засмеяться, как в окне третьего этажа появляется её фигура, и раздаётся грозный голос:
— Родители! У вас там что, детсад или стройка? Можно потише?!
Мы с мужем уже привыкли. У нас трое детей, и я прекрасно понимаю, что их смех, крики и топот — часть нормального детства. Но Валентина Павловна так не считает.
Она любит рассказывать, как у неё из-за соседских детей «начинается мигрень», «подскакивает давление» и «в ушах звенит так, что хоть в больницу ложись».
— Ну ладно, — часто вздыхает она театрально, — буду дальше мучиться со своей мигренью, а завтра поплетусь на работу с чемоданом таблеток.
Хотя, если честно, её жалобы давно уже никто не воспринимает всерьёз. Особенно после того, как мы узнали, что Валентина Павловна до семидесяти четырёх лет исправно ходила на службу — в бухгалтерию одной строительной фирмы. Болезненная женщина, говорите? Да она с железным здоровьем!
Теперь, выйдя на пенсию, она без дела не сидит. Всё ищет, где бы подзаработать. То объявление на доске повесит — «Помогу с уборкой», то предлагает выгул собак, хотя сама боится даже маленьких шпицев. А недавно, на беду всему подъезду, решила стать няней.
Да-да, именно няней! И это при том, что сама не переносит детские крики.
Подработка с сюрпризом
Первой «клиенткой» Валентины Павловны стала молодая мама с пятого этажа — Настя. Женщина трудолюбивая, одна воспитывает двух детей, поэтому искала недорогую няню. Валентина Павловна сама предложила свои услуги:
— Я же всё равно дома, телевизор смотрю. Пусть детки у меня побудут пару часов, пока вы на работе.
Настю, видно, подкупила низкая цена — «всего символически». Да и пожилая соседка вроде бы вызывала доверие: ухоженная, грамотная, всегда вежливо здоровается. Кто бы мог подумать, чем всё обернётся.
А примерно через месяц после этого я увидела странную картину. У подъезда стояла толпа — несколько мам, один папа, сама Валентина Павловна в центре, а вокруг крики, возмущение, чуть ли не рукоприкладство. Я услышала только одно слово — «садистка».
Любопытство взяло верх, я отправила мужа с детьми домой и подошла ближе.
Оказалось, что Валентина Павловна решила совместить приятное с полезным: и денег заработать, и наконец добиться долгожданной тишины. Детей, которых ей доверяли, она просто-напросто пугала.
«Монстры, которые едят шумных детей»
Малышей дошкольного возраста она стращала историями про чудовищ, которые живут под кроватью.
— Если будешь бегать и кричать, — говорила она, — придут монстры и унесут тебя с собой. Они любят шумных детишек.
А если ребёнок всё же начинал плакать, Валентина Павловна шептала:
— Вот теперь точно услышат… и придут ночью.
Дети постарше уже не верили в сказки про монстров. Тогда она пустила в ход другую «методику»:
— Все, кто плачет или шумит, — попадают в детдом. Там никого не выпускают. Родителей забирают в тюрьму за то, что плохо воспитывали.
После таких разговоров дети стали боязливыми и молчаливыми, отказывались играть, часто просыпались по ночам. Родители долго не могли понять, что происходит, пока одна девочка — пятилетняя Соня — не рассказала маме всё, дрожа от страха.
Возмездие
Когда правда вскрылась, весь дом взорвался. Мамы, папы, даже бабушки — все пришли к Валентине Павловне «разбираться».
— Да как вам не стыдно! — кричала Настя, едва сдерживая слёзы. — Дети теперь боятся даже мультики включать, думают, что за ними придут чудовища!
— Хорошо же вы устроились, — подхватила другая соседка, Лена. — И няней подрабатываете, и покой себе обеспечили!
Я тоже не смогла молчать:
— Вы просто решили превратить детей в безмолвных кукол! Может, вам теперь ещё в сантехники податься, чтобы перекрыть всем воду и никто не шумел кранами?
А наш сосед Петрович, суровый мужик с первого этажа, добавил:
— Если бы мой внук пострадал от ваших «методов воспитания», вы бы уже не стояли тут так спокойно.
Валентина Павловна пыталась оправдаться: мол, «всё придумали дети», «ничего страшного не говорила», «давление подскочило от крика». Но уже никто не верил.
Настя подала заявление в полицию, а остальные соседи пообещали поддержать её показаниями. Валентину Павловну вскоре вызвали на допрос — и, как я слышала, ей грозит административное наказание за жестокое обращение с детьми.
С тех пор дом наш будто выдохнул. На лестничной клетке снова слышен детский смех, и даже шум стиральных машин теперь никого не раздражает.
А окно Валентины Павловны, где раньше вечно мелькала недовольная фигура, теперь закрыто плотными шторами. Видимо, слух у неё наконец действительно стал чутким — только уже к собственной совести.
---