Наконец, сон сморил всех. Они спали недолго. Зирр разбудила всех, и, подкрепившись, маленький отряд, возобновил свой бег. Они быстро нашли нужный проход и теперь равномерно бежали. За их состоянием следил Лой. Когда он понял, что все измотаны до предела, то в ближайшей пещере с родником объявил двухчасовой привал.
Когда Ксения выгнала всех мужчин и занялась с подругами туалетом, в пещеру скользнули двое патуке. Как многие патуке, они защищали голову платками, частично закрывающими лицо.
– Как это вас парни пропустили к нам? – удивилась Пол, разглядывая их.
Патуке разделись, и подруги ахнули.
– Что же вы сразу не сказали, что вы женщины? Мы бы вас сразу позвали с собой!
Присоединившиеся к ним, моясь в роднике, буркнули:
– У нас не принято в походе обращать внимание на половые различия.
– Ну и глупо! – пропыхтела Ксюшка, омывая заснувшую от усталости Зирр. – Вот что, помогите мне. Она не спала ночью.
Обе патуке вынесли спящую Зирр на берег и уселись обсыхать рядом с ней. Ксения, рассматривала их тела со следами шрамов, нанесённых хищниками, про себя отметила, что у патуке регенерация не проходит полностью, потом хлопнула себя по лбу.
– Давайте знакомиться, меня зовут Ксюша, эту спящую крошку Зирр, ну, а это, – она показала. – Это Пол и Нейл.
– Кей и Юм! – представились патуке.
За стеной прогнанные гатанги недоумевали, что можно делать целый час в роднике, но из пещерки доносился разговор, сопровождаемый смехом. Гатанги и женщины патуке разговаривали за жизнь, а смеялись Юм и Кей, когда их спросили, есть в отряде их возлюбленные и есть ли у них дети.
– Вы странные! – говорила Юм. – Мы приучили себя никого не любить. Наша жизнь коротка, мы наслаждаемся любыми её дарами, а на детей мы не имеем права.
– Но ведь мужчины патуке имеют подруг и детей! – удивилась Пол.
– Конечно, какая гатанги откажется родить воина? – ответила Юм.
– Странная логика? – возмутилась Ксения.
Пол криво усмехнулась.
– Ты многого не знаешь! В джунглях, около Санга женщины-патуке также не имеют право на детей, только некоторые, и это решают шаманы. Это связано с комплексом мутаций, дающих сходный внешний облик с нормальными патуке. Только в последние годы, благодаря некоторым генетическим маркерам, работа шаманов стала более лёгкой, и многие женщины патуке, получили возможность иметь детей.
Ксения и Нейл принялись её целовать, Пол в ответ расцеловала их.
– Почему вы её утешаете? – нахмурилась Юм.
– Она когда-то была патуке, а мой гатанг помог ей стать гатанги, – засмеялась Ксения. – Эх, Пол, ты столько интересно знаешь, а ничего нам не рассказывала, вредина! Всё девчонки, пора будить Зирр! Мы уже все высохли.
Кей и Юм переглянулись, они не могли в это поверить, потому что Пол внешне была гатанги, как гатанги.
– А правда, что вам едва по пятьдесят? – поинтересовалась Кей. – А то мы не поверили, что таких молодых послали в разведку.
– Правда! – пропищала Зирр и, одевшись, понеслась к Гарту.
Через час отдохнувшие все опять отправились в путь. Однообразие пути разбавило нападение скрежней, которых они успешно сразу уничтожили, и каких-то мелких пауков, с ними пришлось повозиться, так как их было несколько десятков. Через корни хищных лиан они прошли, как горячий нож через масло.
Сид предложил Лою, сменить ритм движения. Два часов бега, потом час перерыв, через десять часов движения, сон. Лой долго размышлял, но согласился.
Через пятеро суток все стали тупеть.
Дарс предложил, когда безопасно, либо что-нибудь рассказывать, либо петь. Он тосковал по Ксении, с которой у него сложились странные отношения. Она на привалах спала рядом с ним, но, как друг. Она была открыта для него, как для всех, но для его души она была закрыта. Дарс из-за этого тосковал, но сердился, не желая прямо спросить, что между ними произошло? Он так и не вспомнил причину появления холода между ними.
Пройденный путь и бои сделали их отряд более единым, по вечерам, патуке тихо пели исключительно героические песни о доблести, яростных схватках и мужестве. Лой рассказывал истории из своей, богатой событиями, жизни.
Ксения присматривала за командиром Рэмом, тот постоянно находился в состоянии мрачного отчаяния. Во всех схватках он был первым и искал смерти. Она, наконец, разобралась, что с ним сделали. Его заразили очень изысканным информационным вирусом. Этот вирус, внедрённый в определенные отделы мозга Командира патуке, изменил метаболизм того так, что его потовые железы вырабатывали особое вещество, которое дистанционно подавляло обонятельные рецепторы у гатангов.
Она заметила, что после его рассказа ничего не изменилось, и их избранники, которые почти всё время мысленно сканировали местность, так не почувствовали измененный запах.
Сколько Ксения не раздумывала о механизме, ничего умного не приходило в голову. Пришла к выводу, что пока гатангам об этом не говорить, потому что, возможно, в будущем произойдёт изменение активности вируса у Командира, и они вместо проводника получат расчётливого и умного убийцу.
От всего этого Ксения измоталась, ей надоело противостояния с Дарсом, который дулся, но не понимал её. Боевые песни патуке её раздражали, и ей не хватало душевного контакта со своим гатангом. Однажды она, пошептавшись с Зирр и Нейл, решила спеть сама для отряда. В первой же пещере, где все расположились на ночь, они вышли в центр пещеры и сели спиной друг к другу.
Ксения улыбнулась всем.
– В бывшем мире моей матери, пели не только о сражениях, были и другие песни, в них рассказывали о превратностях любви.
Все услышали аккорды гитары, она заранее напела аккомпанемент Нейл и Зирр, и те держали иллюзию музыки.
Зазвучал голос Ксении:
– «Я, словно бабочка к огню, стремилась так неодолимо, в любовь, волшебную страну, где назовут меня любимой…» – гатанги и патуке замерли, они никогда не слышали такой музыки и такого обнажения чувств, – «… но снова прорастёт трава сквозь все преграды и напасти, любовь – весенняя страна, ведь только в ней бывает счастье…»
Отзвучала последняя нота, но все сидели зачарованные. Сид перевёл дыхание и оглядел всех.
Наконец Лой хрипло попросил:
– Спой ещё что-нибудь.
Ксюшка покачала головой и улыбнулась.
– Нет, я не очень люблю петь. Просто захотелось, чтобы вы очнулись и ожили. Мы не просто воины!
Патуке тихо обменивались мнениями. Ксения посмотрела на Дарса, тот сидел, глядя в пол, потом встал и подошёл к ней, поднял её и вцепился в плечи, яростно вломившись к ней в сознание мучительным криком:
– Ты считаешь, что я лгал тебе?!
Патуке замерли, они видели, как дрены молчали и пожирали друг друга глазами. Силт тоже переживал, они ждали, что ответит Ксения своему дрену.
– Нет. Я хотела, чтобы ты услышал мою любовь!
– Ты мне лгала, когда говорила, что не поёшь, – мягко упрекнул Дарс.
– В романсах поёт тоскующая душа.
Дарс устало сел на землю. Ксения устроилась рядом.
– Мне трудно без тебя! – Дарс почувствовал сопереживание силта.
– А мне невыносимо! – Ксения потёрлась щекой о его щеку, дрен обнял её.
Юм подсела к Сиду и шёпотом спросила:
– Почему они, молчат?
– Они потерялись в непонимании, а теперь нашли друг друга, и говорят их сердца. Зачем им слова?
Юм отошла и что-то быстро говорила своим соратникам. Романтические и пылкие патуке с восхищением смотрели на дренов.
Следующая неделя пути принесла массу сюрпризов. Гигантские слизни, в теле которых вязли палаши и скаши. Стена розовых червей, и постоянные нападения корней хищных лиан.
Гатанги поняли, что они находятся очень близко к поверхности.
Ксения на всех привалах работала с Рэмом. Она даже не притрагивалась к отдельным областям его мозга, так как все нейроны там были заражены вирусом, но усиливала чувство ответственности Рэма за совершенное.
После аккуратного вмешательства Ксении, Рэм сам пришёл к мысли, что единственный выход это – помочь отряду без потерь добраться до поселения патангов. Он принял тяжкое бремя своей вины и был готов к любому наказанию.
Все устали без дневного света, поэтому перед сном кто-нибудь из гатангов рассказывал патуке о Лоанге, Чивоне и Данли. Гатанги и патуке стали ближе.
Однако не обошлось без проблем. Лой всё чаще ловил на себе восхищённые взгляды патуке Кей, а Сида смущало внимание и нежная забота всегда сумрачного Сура. Ксения мучилась от того, что узнала о влюблённости в неё красавицы Юм, которая уже откровенно грезила о ней, и Ксения не знала, что с этим делать.
Дарс веселился, глядя на их муки, но и ему иногда было трудно из-за того, что патуке будили в нём желание стать командиром, а он, как дрен, не мог позволить себе этого.
Наконец, они оказались в пещере, из которой был выход наверх. Снаружи была глубокая ночь, и путники вернулись в подземелья ждать рассвета. Сид немедленно, что-то закапал всем в глаза.
Утром все стояли под моросящим дождём. Зелень гигантских деревьев, золотые и багряные листья лиан буквально светились на фоне свинцово-серого неба, затянутого тучами Земля была почти полностью покрыта водой. Кое-где виднелись островки. Все островки были заняты животными. По воде скользили, огромные крокодилы, которые шарахались от бродящих по мелководью портро-ро. Хищные лианы полностью поднялись на деревья.
Сид тронул за плечо брата и показал, как по глубокой воде скользили паруса. Дарс внимательно следил за ними и разглядел у них щупальца и решил, что это какой-то моллюск. Свои паруса эти существа ловко использовали, скользя по водам и подкрадываясь к островкам. Миг, и зазевавшегося обитателя островков, щупальца, которые неожиданно вытягивались, утаскивали под воду. К счастливчику скользили паруса других монстров, и вода вскипала от драки за добычу.
Дождь полил, как из ведра.
– Что сезон дождей начался? – пробормотала, Ксения. – Вроде бы рано.
– А он не знает, что рано, – угрюмо возразил Сид.
– Ну, вы не передумали двигаться по реке? – спросил их Рэм.
– Рэм, какие ещё хищники здесь есть? – озадаченно спросил Лой.
Командир задумчиво хмыкнул.
– Обо всех не расскажешь, да и мы редко в сезон дождей выходили глубоко в джунгли. Попробую! Проснулись бородачи, которые спали в сухой сезон. Они больше всего напоминают гигантские пни, поросшие длинными тонкими щупальцами, похожими на волосы. Они парализуют ими добычу и подтаскивают к телу. Бородач потом наползает на жертву и засасывает её. Я видел однажды, как бородач напал на молодого портро-ро и утащил его в омут.
Лой угрюмо показал, на странное нечто, похожее на ведро, которое лежало на боку и плыло по течению.
– Это они?
– Не подходи! – закричал Рэм. – Бородачи другие, у этой твари, которую ты видишь длинное тело, как у червя фсыр. Просто она сейчас наполовину в воде. Мы однажды нашли дохлую тварь. У них два отверстия, одним они засасывают воду, и струя воды через второе отверстие бьёт в колокол, и так они двигаются, у них есть и щупальца, ядовитые, конечно. В парализованную добычу они, впрыскивают пищеварительный сок и высасывают переваренную жертву. Мы зовём их колокольниками.
Ксения, которая наблюдала за собранием монстров, уже жалела о готовящемся сплаве.
Дарс, почувствовав её неуверенность, поинтересовался:
– Сапоги мыть хочешь?
Сид и Ксения засмеялись, патуке удивлённо переглянулись, и все спустились в безопасность подземелья.
– Расскажите, почему смеялись? – попросил Сур.
Сид, улыбаясь, пересказал историю первого боя дренов, и как Ксения месяц мыла сапоги дрена. Патуке переглянулись.
– Сид, мы не поняли, почему Дарс это сказал опять? – спросила Юм.
– Он что-то придумал, а мы никак не можем сообразить, – вздохнул Сид.
– Ты придумал?! – Рэм удивлённо смотрел на дрена.
– А слабо вам догадаться? – Дарс ухмыльнулся.
– Нет, нет и нет! – возмутился Лой. – Даже думать об этом не желаю! Сколько их, по-твоему, надо?
Дарс, закутавшись в мысленный блок, улыбался и молчал. Патуке-гигант Сур вскричал в ужасе?
– Ты хочешь запрячь колокольников?! А на чём мы поедем? Надо же делать лодки! А из чего? Ты посмотри, все деревья промокшие, и у нас не топоров!
Кей угрюмо возразила:
– Ерунда, лодки можно сделать. Что, мы не сможем убить кого-нибудь? Каркас из костей, а натянуть на него шкуру тех же колокольников. Вот как их убить?
– Мы их поймаем на приманку. Я видел на острове ро-ро, их и пустим на приманку, но как запрячь колокольников? – пророкотал Сур.
– Надо поймать слизней, я видел, что колокольники их избегают, – предложил Рэм.
– Их все избегают, – саркастически усмехнулась Юм.
– Ерунда, мы не побежим! – Сур даже стукнул по плечу Юм от переживаемого восторга, – Надо поймать подземных слизней, заодно из тварей сделаем клей.
Ксения с восхищением посмотрела на Дарса и мысленно ему сказала:
– Я уверена, что ты ничего этого не знал!
– Однако я точно был уверен, что они смогут найти выход.
Патуке в восхищении от выдумки своего дрена разбежались выполнять план, который они только что, сами придумали. Седой ухмылялся, наблюдая за происходящим.
Посовещавшись, гатанги добыли пару ро-ро и притащили на свой остров, решив остальное предоставить патуке.
Через двое суток незамысловатая, но очень крепкая и широкая лодка-плоскодонка с высокими бортами, обтянутыми кожей, снабжённая рулём, вырезанным из костей портро-ро, найденных на острове и несколькими рулевыми вёслами ожидала отряд. На длинных жердях была подвешены остатки тушки ро-ро. Лодку должны были тянуть шесть колокольников, пойманных в сеть и приклеенных к ней кашицей из подземных слизней.
Отряд загрузился в лодку, и колокольники, влекомые голодом и подгоняемые соком, выжатым из подземных слизней, потянули плот. Гатанги с арбалетами, заряженными болтами с кислотой, стояли в центе плота, предоставив патуке с длинными копьями стоять вдоль двух бортов. Если бы они этого не позволили патуке, то те сочли бы личной обидой, что им это не доверили.
Их путь, сначала показавшийся невозможным, затем осуществлённый, всё равно оставался очень опасным. Самую высокую опасность представляла сама дорога по бурной и стремительной реке, которая в сухой сезон была глубоким, но ручьём. Поэтому на этой реке были и омуты, и отмели. Не меньшая опасность таилась в тумане, из которого внезапно вылетали щупальца бородачей.
Колокольники, выйдя за пределы своей охотничьей территории, залегли на дно, и их пришлось отпустить, в ход пошли шесты и весла.
Ксения и Дарс практически не спали, сканируя местность, но бородачей они не могли воспринимать. За четверо суток пути они потеряли двух патуке. Дарс был в ярости, но никак не мог придумать, что делать. На одном из перевалов командир Рэм нашёл выход. Ничего никому не сказав, он решил проверить своё наблюдение, бродя по пояс в воде, там, где были густые заросли редкой красоты, солнечно-жёлтых цветов. Ни один из бородачей не напал на него. В лагерь он вернулся с охапкой цветов.
– Вот! Я проверил, их боятся бородачи.
Дарс незаметно просканировал его память и крякнул, узнав об экспериментальной деятельности Рэма.
Цветы расположили вдоль бортов и продолжили путь, через сутки их плот вышел в ещё более полноводную реку.
– Это Сугати, по ней через сутки плавания мы будем на тайном острове патангов, – сообщил Рэм.
Гатанги обнимались и смеялись от радости. Они выиграли в гонке четыре дня и решили ночью расслабиться и отдохнуть.
Дрена мучили какие-то предчувствия. Однако вечер привала был так хорош, а Ксения так весела и нежна, что он поддался на уговоры своей гатанги и предложил Юм провести эту ночь с ним и Ксенией. Его даже не насторожило услышанное, когда Ксения, целуя Юм, прошептала, странное, когда уговаривала её на ночь любви:
– День. Ради меня!
Ночь любви, прошла под охраной Седого и Рэма. Гатанги тонули в нежности, которые испытывали друг к другу дрены. Все проснулись, когда солнце стояло высоко и обнаружили, что они связаны.
Дарс, дёрнувшись, провыл:
– Не верю, он не мог!
– Это не он, а мы! Не волнуйся, к вечеру мы вас освободим, – проговорила сурово Юм, которая внимательно смотрела, как пытались освободиться мужчины патуке и гатанги.
Сид, извиваясь в верёвках, прошипел:
– Руки-ноги переломаю, когда освобожусь! – и мысленно закричал в отчаянии. – Дарс! Я же чувствовал, что они что-то задумали!
Патуке с ненавистью смотрели на девушек, но так как бойцы лежали далеко друг от друга, то не развязаться, ни перегрызть верёвки друг другу они не смогли. Дарс в отчаянии катался в верёвках, пытаясь освободиться.
– Юм! – он зарычал от ярости. – Почему? Ты же предала её!
Дарс увидел, как Юм напряглась, но упрямо нахмурилась:
– Она просила, задержать вас на день. Я поклялась ей помочь.
– Что они задумали?
– Не знаю, но они просили быть вас очень осторожными и ночью уже выступить.
– Развяжи нас, или я заставлю это сделать! – пригрозил ей Дарс.
– Даже не пытайся! – Юм усмехнулась. – Ксения мне с Кей поставила блок, чтобы защитить нас от тебя, дрен.
Дарс попросил Сида и Лой подкачать его, закрыл глаза и потянул узел своей верёвки. Узел соскользнул и завязался в новую петлю.
– Хитрая гадина! – восхитился он Ксюшкой и коснулся сознания Сура, тот был ближе всего и яростно пытался освободиться.
Он ещё никогда так не делал, но зная, возникшую привязанность Сура к Сиду, легко скользнул в открытое сознание в область наиболее незащищённую, где хранилась нежность к Сиду, и смог оттуда активировать его способность воспринимать мысленную речь. Потом Дарс заговорил с ним:
– Не дёргайся, Сур! Это я, Дарс. – Сур застыл, дрен продолжил. – Ты не спятил! Я дрен, и мне нужна твоя сила. Говори со мной, но мысленно.
– Что нужно сделать? Учти, даже если мы развяжемся, часа два мы с трудом будем ходить, они… – Сур мысленно говорил, дёргаясь от неумения. – Они добавили в еду корень «рой».
– Хорошо! Представь, что ты свободен и потяни конец своей верёвки и отдай его Сиду.
Дарс усмехнулся, он был убеждён, что Ксения плела верёвки только для него, зная его способности, но не для патуке, дрен позвал:
– Сид, не думай о своей верёвке, и помоги Суру.
– И как ты себе это представляешь?
– Возьми то, что тебе передаст Сур!
Через несколько минут Сур был свободен, Дарс запретил ему шевелиться и попросил всех сконцентрироваться на дальнем конце острова, который им дал приют. Вскоре там зашевелились кусты, и Юм с Кей бросились туда разбираться. Когда они вернулись, их ждал сюрприз – все мужчины были свободны.
Юм нерешительно взглянула на Кей, но та фыркнула:
– Успокойся! Все равно ещё два часа они не смогут ходить. У нас другая задача – их защита!
Дарс оглядел всех и похлопал рукой около себя, приглашая Юм и Кей, те сели под злобное рычание своих соратников. Дарс посмотрел на всех и нежно поцеловал Юм в щеку.
– Успокойся, я не злюсь! Я тоже её люблю.
Юм закрыла лицо руками. Патуке замолчали, они были в замешательстве. Дарс улыбнулся смущённой женщине.
– Даже я не всегда могу ей отказать, а ты, тем более. Она, как весна, и мы оба захмелели в это ночь.
Юм закусила губу, вспоминая сумасшедшую ночь с обоими дренами, она задыхалась от воспоминаний, и по её лицу потекли слезы. Дарс дотронулся до её сознания, и порозовел сам, но собрался.
– Я прошу всех успокоиться! Давайте все вместе подумаем и вспомним всё, что мы видели в последнее время. Ведь не просто так они просили нас, не опоздать.
– Значит, рассчитывали на наши мозги, – бросил Сид. – Вот что, девочки, разбавьте в воде вот этот порошок. Не волнуйтесь! Это не стимулятор, а набор аминокислот. Процессы восстановления пойдут чуть быстрее.
Кей напоила всех приготовленной смесью, подумала и выпила сама с подругой.
– Мы с Юм, поможем вам всем вспоминать, – пробормотала она. – Не злитесь на нас! Это очень важно, сказала нам Ксения, и вы должны понять.
– Ладно. Что вспоминать? – прогудел Сур.
– Отлично! Сосредоточьтесь! – попросил Дарс. – Вспоминайте любые даже незначительные, но странные поступки, то, что тогда показалось не важным, может помочь сейчас. Мы соберём эту мозаику.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: